ваше высочество.
Он щелкнул пальцами, и рядом с ними опустился поднос.
– Бокал вина?
Юля с сомнением покосилась на угольно-черную жидкость. Из чего, интересно, они ее гонят? Больше похоже на нефть.
– Благодарю, но нет.
Его высочество одобрительно улыбнулся, взмахом руки отправив поднос обратно. Юля нахмурилась – ее проверяют? Тут же захотелось напиться, исключительно из чувства противоречия. Сердце кольнуло от дурного предчувствия, уж больно холодно-оценивающим был взгляд принца.
– Скажите, ваше высочество, меня все еще в чем-то обвиняют?
Принц Харт вздохнул, нашел глазами ее величество, снова вздохнул и медленно покачал головой.
– Насколько мне известно, нет.
Юля просияла. Как чувствовала – Четвертый скрывает правду. Обвинение с нее снято, значит, завтра она может отправиться домой.
Хотела поделиться радостью с Третьим, но тут среди толпы мелькнула крайне приметная и очень знакомая короткостриженая макушка. Юля вытянула шею – без сомнения, это был «русский». И если завтра она вернется домой, у нее последний шанс попытать товарища.
Аль был увлечен беседой с высоким мужчиной, и Юля сочла возможным отлучиться.
– Прекрасная новость, благодарю. Я рада, что все разрешилось, а сейчас прошу меня извинить, срочные дела. Было очень приятно познакомиться, – выпалила девушка на одном дыхании и, не дав собеседнику возможности ответить, круто развернулась, вставая на след «русского». Третий остался в одиночестве с круглыми от удивления глазами.
– Простите, извините, разрешите.
Как назло, в этой стороне зала плотность сероволосых возрастала, впрочем, не плотнее, чем на Невском, когда одни торопятся, вторые фотографируют, третьи слушают гида, четвертые остановились купить мороженое. Юля протискивалась, извинялась, лавировала, высматривая цель. «Русский» был важнее, а местное общество посудачит о наглой иномирянке, оттоптанных ногах, прерванной беседе и забудет.
«Русский» же, как кролик с часами, был неуловим. То он совсем рядом, то мелькал в десяти метрах от девушки. Наконец она заметила, как мужчина шагнул к стене, прямо в «костер», и пропал. Вопиющая наглость! За ним такая красавица бегает, а он пропадает! – разозлилась Юля, направляясь к месту исчезновения. Секрет оказался прост – в стене наличествовала дверь.
Она стояла в слабо освещенной галерее, ее дальний конец тонул в полумраке. Никого. «Русского» точно корова языком слизала. Только картины со сценами из местной истории разделяли растерянность девушки. И что делать? Она нерешительно прошла вперед. Прислушалась. Бесполезно. В тишине раздавался лишь звук ее шагов. Похоже, отсюда можно было открыть портал, чем поганец и воспользовался, нагло сбежав.
– Могу я полюбопытствовать?
Юля вздрогнула, сердце испуганно скакнуло, затрепыхавшись в горле. Она резко обернулась. Третий стоял у нее за спиной, смотря заинтересованно и чуточку лукаво. Девушка выдохнула, проклиная дурацкую привычку обоих братьев бесшумно подкрадываться.
– Что вы здесь делаете?
Говорить правду не хотелось. Юля раздумывала недолго, да и подсказка висела прямо перед носом.
– У вас прекрасная живопись. Очень необычная манера.
Действительно необычная – задний план размыт, зато передний прописан до мельчайших деталей.
– Увлекаетесь?
– Немного, – честно призналась Юля.
– Тогда позвольте провести небольшую экскурсию, – предложил мужчина.
Девушка нижней частью спины ощутила, что второго «ой, у меня дела» ей точно не простят. Пришлось соглашаться. Его высочество, словно боясь, что она сбежит, положил ее ладонь себе на локоть, и они чинной парочкой двинулись по галерее. В тишине дошли до известной его высочеству точки и развернулись. Видимо, это было начало осмотра, так как ближайшая к ним картина ярко светилась из темноты. На ней в одиночестве красовался величественный, импозантный мужчина средних лет в боевом доспехе. Характерный окрас волос и черты лица намекали на знакомых Юле потомков.
– Наш предок и первый правитель эсхарата, его величество Листраг Великий. Пять кораблей с его сторонниками на борту нашли неизвестные земли и высадились здесь тысячу четыреста двадцать лет тому назад.
На следующей картине художник эту самую высадку и запечатлел.
– И откуда он сбежал?
– С чего вы решили, что сбежал? – удивленно переспросил его высочество.
Юля пожала плечами.
– Вы сами сказали, что земли неизведанные, значит, разведки не было. Не знаю, как у вас, а у нас в экспедицию не берут детей, да и женщин стараются тоже. – Она кивнула на сходящих по трапу людей. – И вы упомянули про сторонников. Так обычно говорят о тех, кто участвовал в заговоре либо был в партии, разделяя взгляды патрона. Рискну предположить, что ваш предок попытался захватить власть или его обвинили в заговоре, и он был вынужден бежать. Пять кораблей… Он был знатен и богат. Вероятно, близок к трону.
Тишину галереи разорвали редкие хлопки.
– Браво. Приятно осознавать, что Шестой в надежных руках.
Юля решила не заострять вопрос с Совенком. Пока он под присмотром, а завтра девушка передаст Аля Седьмой. Сердце кольнуло, но Юля приказала себе не раскисать. Нечего на чужих детей рот раскрывать, да и кто мешает самой выйти замуж и родить собственного?
– Костры тапунов, – они перешли к следующей картине, – первая стычка.
Группа чернокожих людей с копьями и луками против мечей. Магией, как успела заметить Юля, владели обе стороны.
– А это карта Асмаса.
Его высочество замер напротив большой, изображенной прямо на стене карты островов. Барельеф был выполнен искусно – со всеми бухтами, горами, реками и даже болотами.
Юля принялась считать, но Харт опередил:
– Тридцать два острова от мелких до крупных, разделенных на восемь тэоратов, и восемь вулканов: три надземных, пять подземных.
Его высочество умолк, выжидательно глядя на Юлю, предоставив ей самой сделать вывод.
– Восемь тэоратов и восемь вулканов.
Она вгляделась в карту, где прерывистой линией были отмечены границы. Не зря принц упомянул вулканы. Точно есть какая-то связь…
– Не мучьтесь, – сжалился над ней Харт, – вы не из магического мира, вам сложно понять, как сильно мы завязаны на магии. Да, вы были правы, мой предок бежал с Большой земли, и тысяча четыреста двадцать лет назад вступил в бой за право жить на Асмасе. Его люди были искусными воинами, но у местных было преимущество в численности, к тому же они проводили большую часть жизни, сражаясь друг с другом. Видите ли, тапуны поклоняются предкам. Если соплеменника убивают, его относят в специальную хижину, притаскивают туда еду, выпивку, а чтобы окончательно умилостивить дух умершего, тапуны мстят, уничтожая любого из племени убийцы. Если враг силен, то его внутренности поедаются. Теперь вы понимаете, почему эта война никогда не заканчивалась? И стоило одному из людей Листрага случайно прикончить местного, как запускалась цепочка бесконечных убийств.
Так «шоколадные зайцы» – каннибалы? – похолодела Юля. Воевали друг с другом и поедали врагов? «Милые» создания, а с виду и не скажешь…
– Вы побледнели, – проявил наблюдательность его высочество, – не бойтесь, их кровожадные привычки в прошлом. Некоторые обычаи, увы, – Харт вздохнул, – даже мы не в силах искоренить, но войны на Асмасе нет давно, как
