Со стороны воспринять все это может быть реально трудно. Банды и их дела – это не то, что в кино показывают. Там все сложно и есть правила, которые людям извне не понять. У них своя история. Они не возникают из ниоткуда. До того, как стать крупными гангстерами, крупные гангстеры были мелкими. Да и до мелкого надо дорасти. Для таких, как я, это, наверное, очевидно, но для вас – нет. Я с детства про эту херню наслушался. Это типа мои знания местной действительности. У меня в районе это все знают. Но вы вряд ли из моего района, так что я постараюсь объяснить получше, потому что это важно – вы потом поймете.
Олды – это такая матерая банда наркоторговцев, которых в восьмидесятых и девяностых пересажали на десять-пятнадцать и даже двадцать лет сразу. Этих ребят все знают, в чем они только не замешаны – и в перестрелках, и в вооруженных ограблениях.
Короче, Олды как раз начали выходить на свободу. Странно, но выходили они примерно в одно время, ну или нам так казалось. Каждый день всплывало знакомое имя:
– Про Цезаря слышал? Он откинулся и собирает команду.
Типа того. И кроме того, что все они Олды, их объединяло еще одно – желание вернуться в дело и срубить бабок. Ну, бабла, вы поняли. Денег. Но на этот раз рисковать им по возможности не хотелось. Правда, они более чем охотно платили пацанам, которые готовы рискнуть и продавать наркоту за них. За процент. Тут-то и пригодился Джамиль со своей компашкой. Так у них и закрутилось.
Потом все вроде как узнали, что Джей Си связался с кем-то из этих Олдов. Не то чтобы вся его компашка стала этим известна. Реально этим стал известен только он. Узнавать стали его. Он стал – ну, не совсем знаменитостью, но в районе его теперь знали по имени. А почему? Потому что он продавал столько, сколько никому раньше и не снилось. Он, конечно, не по двадцать штук срубал, как Олды. Это другое. Но на улицах, где он толкал наркоту, – там он был суперзвездой. Но тогда я этого не знал. Потому что я, как я уже говорил, с бандами не путаюсь.
Так что, связавшись с Олдами, из пацана, который помыкает другими пацанами, Джей Си типа превратился в бизнесмена. Никто и глазом моргнуть не успел, а он уже везде пролез. Никаких барьеров для него не существовало, он толкал товар где и кому только мог, даже школьникам.
Но это не все. Любой, у кого есть мозги, понимал, что Джей Си, Джамиль, – опасен. Все потому, что он действовал методично. Его лучшая идея, которая принесла ему кучу денег и уважение, – подходить к делу по-современному и систематически. Если продажи падали в одном районе, он шел со своим крэком в другой. Он лез в интернет, находил все школы и колледжи в радиусе пяти миль и обходил их по очереди. Начинал со школ, потом шел в колледжи, потом вечером – в пабы, а поздно ночью – в клубы. По утрам и в середине недели, когда поспокойнее и в клубах не такая толпа, он ходил по наркопритонам и продавал там. Он толкал крэк в притонах по всему городу – там, короче, можно юзать, и никто не будет докапываться; где много клиентов, которым по большому счету надо только одного. Притоны – та еще клоака, отвечаю. Но так Джамиль познакомился со всеми мелкими барыгами и проститутками, которые там тусовались.
Шлюхи для него были золотой жилой. С ними он использовал ту же тактику, что и Олды – с ним самим. За каждые двадцать доз он давал им одну бесплатно, и они были в восторге. Еще у них бывают клиенты, которым нравится торчать в процессе. Тогда и девчонки зарабатывают вдвое больше, и у Джамиля продажи растут. В деловой хватке ему не откажешь. Говорили даже, что у него в телефоне была таблица. Электронный список покупателей. Ни у одного уличного барыги такого не было. У всех в основном клочки бумаги с телефонами. А Джамиль делал зашифрованные списки. Наркодилер следующего поколения, понимаете?
Примерно тогда Джамиль начал становиться матерым и толкать крэк по всему Лондону. Не поймите неправильно, он все еще был мелким барыгой и продавал в основном напрямую тем, кто юзает, но продавал реально много. Олды впечатлились. Он начал в марте с десяти доз, а в августе продавал уже по двести в неделю и купил новую тачку. Олды велели ему быть осторожнее, чтобы не прижали, потому что пацанов на тачках за пятьдесят косарей часто щемят. Но ему было насрать. У него была компашка, которая его прикрывала, и теперь он мог эту компашку вооружить.
По точкам он всегда ездил с парой костоломов, а еще несколько все время были на телефоне, так что ему стоило только позвонить и сказать нужное слово. Но постоянными его напарниками были Шайло, обычный бугай, и Бинкс – этот с оружием. Они всюду ходили за Джамилем, и это давало нужный эффект. Шайло напрочь отмороженный. Размером с автобус, а лицо у него как будто сделано из кусков разбитого стекла, которые склеили обратно, но получилось что-то не то, если вы меня понимаете. Не особо разговорчивый, но, чтобы что-то донести, слова ему не нужны. Второй, Бинкс, – полная противоположность, но даже хуже. Рот у него не закрывается. С виду он худой, но тот, кто примет его за слабака, сильно ошибется. Иногда казалось, что он стреляет по людям просто ради забавы. Если на него смотрели косо, ему ничего не стоило вытащить пистолет. Может, даже «Байкал», а?
Извините. Шутка так себе, знаю. Мне это сложно дается, ведь вы все на меня смотрите.
Короче, хотя тогда я этого и не знал, примерно в то время, когда Киру увезли на север, Джамиль и его парни стали банчить там по серьезке. Просто так совпало. Случись это месяцем раньше, может, ничего бы и не было. Я хочу сказать, может, он до сих пор был бы жив. Мой адвокат как раз не хотел, чтобы я об этом рассказывал, потому что я-то знаю, что случилось с Джамилем, но я его не убивал. Он такой: так нельзя, тебе нельзя это рассказывать, даже если это правда. Но я же должен, разве нет? Чтобы вы увидели все, что я видел, и прожили то, что прожил я, так?
Короче, Джамиль появился на севере и стал банчить наркотой, как на распродаже. Это было дерзко, потому что чуваки на севере, как и на юге, не рады, когда лезут на их территорию. И скоро он попал в поле зрения Пушек.
Они уже слышали, что кто-то торгует на их территории, но точно еще не знали, что это за чуваки. Обычно, когда скользкий – ну, член другой банды, я уже говорил – лезет на чужой участок, об этом тут же кричат на каждом углу. Суету наводят. Рисуют по всей улице граффити. Хотят, чтобы их заметили, чтобы все знали, кто они. Для таких банд репутация – это все. Но Джамиль был не такой. Он, как я уже говорил, был умный. Если он залезал в чужой район, он не рассказывал, кто он и откуда. Если кто-то, кому он толкал крэк, думал, что он просто рядовой из Пушек, он не разуверял. Но почти никто не спрашивал, а он не говорил; покупателям просто нужна доза. На самом деле, половина тех, кому он продавал, могли бы поклясться, что Джамиль из Пушек. Спросите их, если хотите, ну или пусть полиция спросит. Джамилю было по фиг. Если бы это помогло ему продать больше крэка, он бы сказал, что он из «Бладс» или «Крипс»[9].
Пушки его тогда не волновали, потому что он обрабатывал самые незаметные точки. Заезжал в глухие притоны, где другие дилеры не бывали. Как и на юге, он ездил по школам. По колледжам. И потом, когда обстановка совсем накалялась, возвращался к себе на юг и снова торговал там, пока жара не спадет. Так что в тот день, когда я его встретил, мне не стоило удивляться, что он знает про Киру. У этого засранца везде были уши.
После той встречи я пришел домой и некоторое время просто сидел на кровати, прокручивая всю херню в голове. Похоже, все серьезно. Я размышлял вот как. Если вдруг Пушки поймают Джамиля и начнут угрожать, ему стоит только упомянуть Киру. «Я знаю где та сучка Кира, которая вас вокруг пальца обвела. Я скажу, если отпустите», – и так далее. Тогда не пройдет и секунды, как их ребята высадят нам двери. Им даже причин особенно не потребуется. Скорее всего, они бы так и сделали с одних его слов, просто чтобы сравнять счет после того, как Джамиль залез на их территорию. Если ты приходишь на север, мы придем на юг. Хватит даже пустякового повода.
