помочь. Плата — раз в семь дней, при этом мы будем тебя кормить и одевать, и ты сможешь помогать родителям. Договор заключим на два года, а потом ты сама решишь, оставаться служить дальше или уйти. Если решишь остаться, то наша семья купит тебе подходящего душевного зверя.
— Госпожа Ли, — укоризненно проговорил Чжоу Чунь, — условия нужно обсуждать не с ней, а с ее родителями. К тому же это моя прямая обязанность.
— Но служить-то будет она. Пусть сначала Ши Хэ решит, чего хочет.
Торговки вокруг обступили девочку и принялись поздравлять ее:
— Какая удача для тебя, Ши Хэ!
— Будешь есть досыта!
— Госпожа, возьми лучше меня! Готова прислуживать даже вашим собакам! Они, поди, едят лучше нашего!
— Нечего думать, Ши Хэ, соглашайся!
— Поспеши поблагодарить молодую госпожу! Экое везение привалило вашей семье. Вот твоя мама обрадуется!
Девочка совсем растерялась. Она испуганно оглядывалась, слушая возгласы соседок, и не знала, что ответить.
— Если хочешь, можешь посоветоваться с родителями, — подсказала я.
— Нет, я хочу! — выпалила она. — Я хочу служить госпоже. Только как мои родители будут жить без меня? И сестра…
— Мы поищем твою сестру, я обещаю.
Ши Хэ сложила свой товар в большие корзины, и мы все вместе отправились к ней домой.
* * *
1 Байгу — злой дух-оборотень. Байгу принимают облик животных (змей, пауков), показывают ложные видения, насылают мороки.
2 Цянь — денежная единица времен династии Тан
Глава 9
Это случилось на третьем или четвертом месяце брака. Я ходила по саду поместья Сюэ и повторяла про себя поучения свекрови. Я так хотела стать идеальной женой!
К тому времени я поняла, что мой муж вовсе не такой, каким я его представляла. Сюэ Сюэ не был утонченным юношей с нежной душой, что оторван от земного мира и целыми днями раздумывает лишь о возвышенных материях. Наоборот, Сюэ оказался весьма практичным, умным и требовательным мужчиной, умело сражался мечом, особенно в паре со своим душевным зверем. Я не могла упрекнуть его в обмане — это я была так глупа, что влюбилась в эфемерный образ. Поэтому мне нужно было узнать и полюбить истинного Сюэ.
Он обладал всеми нужными качествами для этого: красив, воспитан, образован, обаятелен, про таких говорят, что они хороши как за столом, так и с мечом. А то, что он не вмешивается в дела женской половины поместья, так это правильно. Я сама должна поладить с его матерью, наложницами отца и многочисленными братьями-сестрами.
— Спину держать прямо, а голову слегка склоненной, чтобы был виден бугорок у основания шеи, — я в очередной раз пощупала его, — но плечи не сутулить. Круглая спина — признак раба, склоненная голова — признак скромной и покладистой жены.
Мои размышления прервал шум из-за каменной ограды поместья, оттуда доносились чьи-то возмущенные голоса, крики, рыдания, но слов я разобрать не могла из-за оглушительного грохота, словно били колотушкой по медному тазу. Охваченная любопытством, я подошла поближе к стене.
— Справедливости!
— Мы требуем справедливости! Сюэ, вы должны ответить!
— Правосудия!
— Небеса покарают вас!
— Выходите и ответьте нам!
Тоненький, но очень звонкий голосок сумел перекрыть общий шум:
— Верните мне сестру! Верните Ши Лим! Вы забрали живую, а вернули мертвую! Ши Лим! Она не заслужила такой участи!
— Сюэ-гуй! Кровавый призрак! Ты должен ответить за смерть Ши Лим!
Тогда я впервые услышала, как Сюэ Сюэ назвали кровавым призраком, Сюэ-гуем.
— Пусть я умру, но буду преследовать тебя! — раздался громкий женский крик. — Я не оставлю тебя в покое! Моя Ши Лим! В чем она провинилась? В чем ее вина? В том, что родилась красивой? У нас нет ничего, кроме детей, но вы отбираете даже их!
— Справедливости!
— Правосудия!
Я подкралась поближе к воротам, стараясь не показываться из-за кустов. Хоть я уже вошла в семью Сюэ, многое в их поместье было для меня под запретом: нельзя заходить к дальним дворам, нельзя ходить в дома наложниц и их детей без приглашения, нельзя расспрашивать прислугу о том, что тебя не касается, нельзя разговаривать с охраной поместья. Так что я могла узнать о происходящем лишь при помощи подслушивания.
— В чем дело? Что за шум? — к воротам подошел управляющий поместья Сюэ.
— Да вот, пришли какие-то оборванцы, требуют справедливости. Говорят, что Сюэ-цзюнь виновен в смерти некой Ши Лим, — доложил один из охранников.
— Открой малую дверь, впусти двоих-троих. Послушаем, что они скажут.
— Слушаюсь!
Впустили всего троих: мужчину, женщину и девочку. Я поняла это по голосам, так как боялась высунуться. Если бы меня заметили, то сразу бы прогнали.
— Ты господин Сюэ? Позови своего сына, пусть он ответит! — сказала женщина.
— Я управляющий поместьем. Звать никого не буду, пока не объясните, для чего подняли такой шум. Бунтовать вздумали перед воротами левого министра? Палок захотели отведать?
Женщина захлебнулась слезами, мужчина робко бубнил, что бунтовать они не хотели. Тогда заговорила девчонка:
— Твой господин украл мою сестру, Ши Лим, и продал в бордель. Мы несколько лет ее искали! Мы свободные люди, не рабы и не слуги! Отец ловит морских ежей, а мы с мамой продаем их на Рыбном рынке, мы не просим милостыню, а зарабатываем на жизнь сами. Да, мы бедны, но разве это преступление? Как можно хватать свободного человека? Ши Лим была доброй и красивой, она никогда бы не посмела оскорбить твоего господина! А он ее продал!
— С чего вы взяли, что в этом виновен господин Сюэ Сюэ? Как вы узнали, где она?
— Моя Ши Лим, — едва успокоившаяся женщина вновь разрыдалась.
— Она пропала прямо с рынка. А недавно в наш дом принесли ее тело! Сказали, что она заплатила, чтобы ее похоронила семья по всем обычаям. Сказали, что она была… жила в борделе «Сад бабочек». Мы узнали, что он принадлежит молодому господину Сюэ!
— Господину Сюэ много чего принадлежит, но где доказательства, что это он украл ту девушку? Вдруг ее украл и продал кто-то другой? Или вы думаете, что господину Сюэ больше делать нечего, как следить за всеми, кто приходит в его заведения? Нашли виноватого! Узнали, кто такой господин Сюэ и решили потребовать с него деньги? Думаете, раз он живет богато, так любой проходимец может его ограбить? Пошли вон отсюда! И поблагодарите, что я вас встретил, а не господин Сюэ! Иначе бы вас побили палками за клевету!
Несчастных людей вытолкали прочь из поместья и разогнали толпу.
Вот так я впервые засомневалась, таков ли на
