Читаем без скачивания Ночная жизнь моей свекрови - Дарья Донцова

Глупо пользоваться косметикой, не глядя в зеркало, но я в тот момент начисто отключилась. Дорогие мои, не повторяйте моих ошибок, если надумали поправить макияж, гоните прочь все размышления, не глазейте на то, что никогда не станете покупать, и тогда не намажете губы клеящим карандашом.

Я уставилась на футлярчик. Каким образом он попал в мою сумку? Вероятно, сгребая со стола противного Баландина ксерокопии документов, я прихватила одну из разбросанных канцелярских принадлежностей. Извините, дать более точный ответ на этот вопрос я не могу. Кстати, а как в моем ридикюле оказалась чайная ложка? Вот она, лежит на дне. Добро бы серебряная, так нет, алюминиевая, гнутая, страшная. Я перевела дух. Не стоит думать о ерунде, надо изучить этикетку на карандаше, авось там написано, чем смыть клей.

Как обычно, инструкция была напечатана крохотными буковками, но мне все же удалось разобрать текст. «Клей для склеивания любых предметов. Железо, металл, стекло, керамика, дерево, пластик и др. Удобная форма в виде карандаша украсит любой офис. Моментальная сцепка. Гарантия восемьдесят лет. Не давать детям. Не употреблять в пищу, не держать вблизи открытого огня. Произведено в Германии». Я приуныла. Жаль, изделие не китайское, тогда оно мигом потеряло бы свои свойства. К сожалению, немцы производят качественные товары бытовой химии. Неужели мне придется восемьдесят лет ходить с заклеенным ртом?

– Пиццаааа, – завопила официантка, – вкуснаяяя.

Я вынула из сумки ручку, блокнот и написала:

«Дайте масло. Растительное».

Девушка живо исполнила мою просьбу. Я взяла бумажную салфетку, капнула на нее масла из прозрачного графинчика и энергично потерла рот. Губы не расклеились.

– Эй, ты не то ешь! – заботливо сказала официантка. – Бумага даже с оливковым маслом дрянь. Попробуй пиццу!

«Ацетон», – нацарапала я новое слово.

Девица выкатила глаза:

– Чего?

Я ткнула пальцем в написанное слово.

– У нас такое не подают, – твердо сказала официантка, – он несъедобный! Химия! Яд! Отрава! Поняла?

Я написала:

«Мне очень нужен ацетон. Посмотри в кладовке».

– Наркоша? – предположила официантка. – Ну ты даешь! Уходи отсюда! Двигай, пока я ментов не позвала, здесь приличные люди едят. И ведь одета хорошо, богато, а травишься. Может, ты еще клей нюхаешь?

Я решила прояснить ситуацию.

«Нет. Я помазала им губы. Хочу смыть».

– Клеем? – попятилась девушка. – Рот? Иди вон! Нету у нас ни ацетону, ни бензину с керосином.

Я обрадовалась. Бензин! Его легко найти на любой заправке.

Заплатив за нетронутую пиццу, я выбежала на улицу, влезла в машину и в два счета домчалась до автозаправки.

«Оранжевая свинья» находилась на расстоянии вытянутой руки, времени до девяти оставалось предостаточно, и я, вбежав внутрь стеклянного павильончика, сунула кассирше записку.

– Стакан бензина? – удивилась она.

Я закивала.

– Один? – недоумевала тетка.

Я снова затрясла головой.

– Здесь не аптека, – отрезала кассирша, – мы его литрами отпускаем.

Я живо изменила фразу.

– Литр топлива? – снова поразилась баба. – Ваще! Делать мне больше нечего, какая колонка?

Я потыкала пальцем в свою грудь.

– Чего! – нахмурилась женщина. – Где машина?

Я указала на двор.

– Номер колонки скажи! – заорала служащая.

Мне пришлось снова брать блокнот.

«Бензин не в бак».

– А куда? – опешила тетка.

Я поводила пальцем по губам.

– Выпить хочешь? – подпрыгнула баба. – Может, тебе еще машинного масла для лакировки дать? Вали отсюда.

Но я решила не сдаваться и приписала:

«Очень надо расклеить рот».

Кассирша повернулась и закричала:

– Мишка, гони сюда скорей, тут психическая пришла!

Я испугалась, юркнула на улицу и увидела мужчину с добрым лицом, который стоял около потрепанной «Волги». Я осторожно потрогала его за плечо и улыбнулась.

– Чего тебе? – хмуро спросил шофер, окидывая меня взглядом.

Я на всякий случай еще раз улыбнулась. Рот плохо слушался, поэтому ухмылка получилась кривая.

– Ступай мимо, – вздохнул мужик, – старая ты, мне помоложе нравятся.

Я вынула блокнот и протянула мужчине.

– «Дайте бензина», – прочитал тот, – еще чего! Сама купи.

На листке появилась новая надпись:

«Не продают стаканами. Умоляю! Мне очень надо».

Шофер неожиданно зацокал языком:

– Эх милая, помотала тебя жизнь, побила. Точно говорят, бабы худшие алкоголики, чем мужики. На-кась, держи. Купи себе пивка, авось полегчает.

Прежде чем я успела возразить, дядька сунул мне помятую купюру, влез в свой рыдван и укатил. Я не ошиблась, шофер оказался добрым человеком, пожалел непутевую женщину, решил угостить ее хмельным напитком.

Втянув голову в плечи, я вернулась в здание заправки и стала бродить между рядами, где торговали всякой всячиной. Тормозная жидкость. Очиститель стекол. Полировка для кузова. Машинное масло. Ни ацетона, никакого другого растворителя не было.

Я разозлилась. Странно получается! На заправке можно свободно приобрести пиво, водку, коньяк, виски. Разве это правильно – торговать алкоголем там, где тусуются водители? Зато стакан бензина вам не отпустят! Почему? Логичнее убрать из ассортимента спиртные напитки и расширить его за счет керосина и топливной жидкости. Вдруг кому-то не хватает двухсот миллилитров до конца поездки? И что? Покупать целый литр? Кстати, один литр мне тоже не отпустили!

Я дошла до конца ряда и уперлась в объявление: «Граждане! У нас можно пить, есть, ругаться, драться и плевать на пол, но нельзя курить! Увидим сигарету, оторвем с губой. Администрация».

Глава 12

Первым моим желанием было засмеяться, потом я вдруг сообразила. Здесь должны где-то стоять баллончики для заправки зажигалок. В них есть бензин! Как раз то количество, которого мне хватит.

Я развернулась и опять пошла вдоль полок. Зубная паста, чипсы, кексы, игрушки, открытки… вот он! Руки схватили ярко-оранжевый цилиндр. Вне себя от радости, я сбегала к кассе, отошла к туалету, попыталась выцедить наружу каплю жидкости и потерпела неудачу, из длинной трубочки ничего не выливалось. Я вертела баллончик в руках, потом поднесла к губам и с силой нажала на распылитель. Раздалось тихое шипение, но кожа не ощутила влаги. Я старательно давила на головку клапана. Всем известно, что новые упаковки не сразу расстаются с содержимым. Я усердно пыталась добыть из зажигалки бензин, но мне удавалось лишь извлечь звук «пш-пш-пш», на губы не попало ни капли жидкости. Неожиданно у меня закружилась голова, перед глазами затряслась серая сетка, колени подогнулись, затем меня затошнило, но вдруг стало ясно: мир прекрасен, светит солнце, люди улыбаются, в особенности симпатично выглядит кудрявый блондин с обнаженным торсом. Он приближается ко мне, размахивая чем-то вроде метелки с розовыми перьями.

– Эй, тебе плохо? – словно сквозь вату услышала я.

Я хотела ответить, но голова перестала держаться на шее, запрокинулась назад. На секунду в мозгу мелькнула мысль: дело плохо, кажется, я заболела. Но потом мир снова показался мне на удивление веселым. Блондин обнял меня и повел в стеклянный дом, разукрашенный яркими лампочками.

– Давай сюда, – сказал он, забирая что-то у меня из рук, – садись!

Здание завертелось, свет погас, потом зажегся вновь. Я увидела небольшую комнату, пару табуреток, стол и кряжистого деда в форме охранника. В одной руке старик держал открытую бутылку с лимонадом.

– Полегчало? – спросил он. – Попей еще.

Я осторожно помотала головой, дед внезапно плеснул мне в лицо воду, она потекла по щекам.

– Ой! – взвизгнула я. – Мокро!

– Очухалась, – обрадовался пенсионер и протянул рулон бумажного полотенца: – На, утрись.

Я оторвала кусок, промокнула липкую жидкость, попавшую на рот и подбородок, а потом спросила:

– Где мой баллон для заправки зажигалок?

– Забудь навсегда про эти глупости, – отрезал дедок.

– Как вас зовут? – прошептала я.

– Дядя Миша, – ответил охранник.

– Пожалуйста, – чуть не заплакала я, – продайте мне бензин!

Михаил горестно вздохнул:

– Эка, что с людьми жизнь делает!

– Полстаканчика, – ныла я, – мне очень, очень надо. Понимаете, я не могу говорить, рот склеился.

– Если и дальше газ из баллончика нюхать будешь, то еще и ласты склеишь, – угрюмо перебил меня дедушка, – ты молодая, работай, иди на завод, там из тебя человека сделают, квартиру к пенсии дадут! А разговариваешь ты нормально. Я тебя отлично понимаю.

Я замерла. Действительно! Только что я объяснила свою проблему, вытерла лицо от сладкой жидкости, и рот открылся!

– Дядя Миша, чем вы в меня плескали? – обрадовалась я.

– Дык сладкая вода с пузырями, – пояснил охранник, – со стеллажа взял, когда увидел, что ты из дозатора унюхалась!

– Заправка для зажигалок была газовая! – осенило меня. – Вот почему она только пшикала! А я хотела из нее бензин добыть. Спасибо, дядя Миша!