занятия и кладет голову на стол, да в окно смотрит. Не может быть, чтобы ее отец был замешан во всем этом. Тогда получается, что его руки, как главы, не просто по локоть в крови… он весь искупался и не один раз в ней. Но она же помнит его, как доброго, веселого и заботливого, а тут получается, что папа в разы хуже, чем Итан…
Звенит звонок. Вэнди меланхолично осматривает аудиторию и начинает собираться тоже. Она выходит в коридор, сверяется с расписанием и плетется на пару по бизнесу, когда чья-то рука ее больно хватает за горло и прижимает к стенке, ударив затылком об нее.
— Где эта мразь?
— Кто? — Вэнди хрипит, цепляется пальцами за руку незнакомца и пытается успокоиться, чтобы дать отпор.
— Тео Уокер, где он?
* * *
Тео сидит на койке и застегивает пуговицы рубашки, все еще испытывая болезненные ощущения от ран. Ему бы полежать еще, но работа не ждет, да и новые обстоятельства подталкивают к действиям. Сам факт того, что Вэнди не понимает, в какой она находится опасности, подталкивает его к действиям. Выходит так, что она не хочет принимать тот факт, что, по сути, является наследницей Уробороса, а значит, стоит остальным кланам прознать про нее, некоторые захотят вновь объединиться, но так же остальные будут желать ее прибить, даже не думая поддаваться.
— Что ты узнал по встрече? — Тео опускает ноги на пол и пробует пройтись по комнате. — Какая тварь решилась порвать нас?
— Насчет этого мы еще роем носом землю, но голову даю на отсечение, что кто-то прознал про нее. Понимаешь, тебе теперь жизни не будет, а если Большой босс услышит, то и мне пиздец настанет. Он же не станет слушать, да и вообще не захочет терять власть из-за какой-то девчонки, которая потенциально может встать во главе всех кланов. Ты как себе представляешь женщину, управляющей кланом?
— Мертвой, — хмуро отзывается Тео.
— Вот и я так же.
— И что ты предлагаешь? — Уокер не может делать резких движений, поэтому медленно расхаживается.
— Лучший вариант спрятать ее, закрыть и использовать в своих целях, но ты же понимаешь, что с ней не продет такой фокус. Она скорее вырубит охранника с правой, а потом сбежит, и тогда кто-нибудь из того же Эмпайр просто пристрелит ее или подорвет. Но я считаю, что Вэнди нужно держать рядом, тогда мы сможем выбраться из этого дерьма.
Тео молчит, обдумывая слова друга. Он согласен, что лучше держать девчонку подле себя, но пока не знает варианта, кроме одного. Привязать к себе? Сделать их фиктивные отношения настоящими? Подписать себе смертный приговор, но такой ход будет вознагражден, поэтому Уокер решает еще подумать на этот счет.
— Отвези меня в универ.
— Блять, мы тебя с того света достали, а ты все про образование думаешь… Не кажется, что на тебя просто кто-то ополчился, типа босса? Он-то планировал Вэнди сразу грохнуть, но ты помешал ему своим геройством.
— Похуй, — Тео идет к выходу, — сейчас она важная карта в нашей игре, поэтому я не могу отпустить ее. Поехали.
Тео приезжает к третьей паре, поэтому сразу плетется к кабинету по бизнесу, но не доходит до него, замечая, как Вэнди кто-то прижимает в коридоре к стене. Он видит, что ее держат за шею, и подскакивает к незнакомцу, отталкивая и сразу же признавая в нем Калеба Миллера. Озлобленного, хмурого, исхудавшего Калеба, за которым просил приглядеть собачник.
— Блять, Калеб…
— Тварь! Я видел тебя с отцом! Это ты его убил?
Вэнди сползает по стене, уставившись на парней.
Глава 12
— Видел? Убил? — Тео подходит близко и за шею хватает паренька, как он до этого держал Вэнди, да толкает его в закуток рядом. — Я бы на твоем месте о таком не орал на каждом углу, если жить хочется, и не приставал к чужим девушкам с расспросами.
Калеб немного теряется, но смотрит с такой прожигающей злобой, что Уокер хмыкает. Глаза ему достались от отца. Виден характер, стержень, такой же несгибаемый, видимо. Уже сейчас Тео понимает, что уберечь пышущего ненавистью парня от тайной жизни его отца будет трудно, если вообще удастся.
— Видел, — сипит Калеб, сжимая запястья Уокера, — пару раз, а еще ты на похороны приходил. Но я не мог тогда подойти.
— Приходил, — Тео не отпирается, — что с того? Что за обвинения?
— Я знаю, чем ты занимаешься, — Миллер акцентирует внимание на слове «чем» и ухмыляется, будто у него в руках козырь.
— Занятно, — Уокер склоняет голову вбок, осматривает парня, нажимает сильнее несколько раз на его горло, будто проверяет, сколько оно может выдержать, — как же ты тогда еще жив-то? Могу тебе сказать, что я занимаюсь вещами хуже тех, про которые ты как-то узнал. Гораздо хуже. И лучше не лезь во все это дерьмо, оно того не стоит. Твой отец очень просил об этом, а я его уважал, поэтому постараюсь исполнить его просьбу.
Тео убирает свои руки и поправляет рубашку Калеба, постукивает по плечам ладонями, а потом невозмутимо смотрит ему в глаза, в которых читается смятение.
— Что за просьба?
— Уберечь тебя, — Тео склоняется к нему, — подумай о матери, не лезь не в свои дела.
— То есть, ты не отрицаешь, что его убили? — Калеб голос повышает и сразу получает по губам.
— Ты чё такой шумный? Иди, грызи гранит науки, становись врачом, спасай жизни, а сюда не лезь, я сам разберусь. Давай, будь послушным мальчиком, — Тео по щеке его несколько раз похлопывает и подобие улыбки давит. — Ты в порядке? — он обращается к уже стоящей на ногах Вэнди, потирающей шею.
— Да. Ты его знаешь? — она стоит чуть поодаль, поэтому не слышала разговора, кроме громких реплик незнакомца.
— Так, заочно и немного, — Тео берет ее за руку, и сердце девушки, наконец, успокаивается. Уокер жив, почти здоров и продолжает излучать свою пугающую ауру. — Что там у нас по расписанию? Бизнес? Пошли на пару.
— Кто он? — девушка оглядывается, когда они идут по коридору.
— Скрывать от тебя нет смысла, ты и так все знаешь, просто без подробностей, — Тео сворачивает и на память сверяется с местностью, пытаясь вспомнить, где находится нужный кабинет. — Он сын собачника, ты слышала про него.
— Слышала, но не понимаю, кто он.
— Доктор наш… был. Его убили за измену в тот день, — парню даже не надо упоминать, про какой именно день он говорит — у Вэнди картинка сразу перед глазами появляется. — Хороший мужик был, с того
