ответил я сквозь зубы, начиная заново протирать контакты.
Ну погоди, маленькая вредина, я тебе еще припомню!
Следующая пакость была куда серьезнее. Ева подменила несколько деталей для двигателя ЗИСа на заведомо неисправные. Я, заметив подмену, едва успел предотвратить серьезную поломку. И как она разобралась в этих деталях?
Лисья морда Евы в этот момент лучилась довольством.
— Слушай, Ева, что ты задумала? — спросил я ее напрямую, когда она в очередной раз появилась в боксе, виляя бедрами и сверкая своими огромными карими глазами.
— Я? Ничего, — ответила она, отводя глаза.
В этот момент она казалась почти невинной, если бы не ехидная улыбка, мелькнувшая на ее губах.
— Просто мне кажется, что ты не справляешься с ремонтом. Может, папе стоит найти другого мастера?
Я понял, что Ева перешла к открытому шантажу. Ну уж нет, я не позволю этой девчонке выжить меня отсюда!
— Давай начистоту, — начал я, отложив гаечный ключ и вытирая руки ветошью, — я понимаю, что тебе не нравится мое присутствие здесь, но устраивать саботаж — это уже перебор. Хочешь поиграть? Отлично, я в деле. Но если ты продолжишь свои выходки, клянусь маслом и бензином, я расскажу обо всем Борису. И поверь, его реакция тебе не понравится.
Ева фыркнула, откинув прядь волос с лица.
— Ой, боюсь-боюсь! Думаешь, папа поверит какому-то смазливому механику, а не своей любимой дочурке?
Я усмехнулся.
— Смазливому? Ева, детка, ты ранила меня в самое сердце! А если серьезно, то я единственный, кто может превратить эту груду металлолома, — я кивнул на ЗИСа, — в рабочую лошадку. Так что, давай заключим перемирие? Ты прекращаешь свои диверсии, а я обещаю не рассказывать Борису о твоих маленьких шалостях. Идет?
В ее карих глазах промелькнуло что-то похожее на уважение.
— Хм, а ты не так прост, как кажешься, механик, — протянула она, окинув меня оценивающим взглядом, — Ладно, перемирие. Но учти, я буду следить за тобой.
— Договорились, принцесса, — подмигнул я, возвращаясь к работе.
Причина наших «боевых действий» была понятна, как мне кажется. Ева ревновала отца к его работе, к ЗИСу, и, конечно, ко мне — человеку, который может воскресить его любимицу — ЗИС-110. Борис, увлеченный работой, действительно уделял дочери меньше внимания, чем ей хотелось бы. А я стал для нее соперником, этаким захватчиком ее территории.
Ева, привыкшая быть центром вселенной, не терпела конкуренции. Мое появление и упорство, с которым я противостоял ее манипуляциям, задели ее самолюбие. Ну и, конечно, я не соответствовал ее идеалу мужчины. Замасленные руки и рабочая одежда — не то, что привлекает избалованных принцесс.
Но я не собирался сдаваться. У меня была работа, которую я любил, и цель — помочь Борису восстановить его антиквариат. А с Евой, кто знает, может, со временем из нас получится неплохая команда. В конце концов, даже самые непримиримые враги иногда становятся лучшими друзьями. Или, по крайней мере, интересными соперниками.
А может все намного глубже? К примеру, у нее глубокая душевная травма — я похож на ее бывшего. Или наоборот — проще, она тупо стервочка.
Точно. Евочка-стервочка. Так и буду ее называть. Я усмехнулся своим мыслям, копошась под двигателем.
Сегодня эта лапочка должна завестись. Я вылез из-под машины и приготовился к долгожданному событию. Последний болт закручен, капля пота скатывается по виску. Я вытираю руки промасленной тряпкой и с замиранием сердца смотрю на двигатель ЗИСа.
Я аж поерзал от предвкушения. Ну же, старичок, не подведи! Поворот ключа, напряженное ожидание… и вот он, этот звук! Ровный, мощный гул ожившего мотора.
Улыбка сама собой растягивается на моем лице. Получилось! После такой кропотливой работы, поиска редких запчастей и долгих часов, проведенных под капотом, этот железный конь снова дышит!
И именно в этот момент в гараж зашел Борись. Звук работающего двигателя заставляет и его улыбаться. Его глаза горят восторгом, он буквально светится от счастья.
— Завелся⁈ — кричит он, не веря своим ушам.
Я киваю, не в силах сдержать гордости.
— Завелся, Борис. Твой железный конь снова в строю!
Борис бежит к машине, как мальчишка к новой игрушке. Он гладит крыло, заглядывает под него, прислушиваясь к ритмичному стуку мотора. Его радость заразительна, и я сам чувствую, как внутри все ликует. Другие сотрудники гаража также подбегают, умиляясь восторгу Бориса.
Я замечаю Еву, стоящую за моей спиной. Ее руки скрещены на груди, губы надуты, а в глазах плещется ревность. Ну да, конечно, папочка больше внимания уделяет старой машине, чем своей гламурной дочурке.
— Ну что, Евочка, ревнуешь? — спрашиваю я, не удержавшись от подколки.
— Еще чего! — фыркает она, — Просто не понимаю, что папа нашел в этой рухляди.
— Это не рухлядь, а легенда! — отвечаю я, — и, в отличие от некоторых гламурных аэроциклов, эта машина сделана на века. Во всех смыслах этого слова.
Ева закатывает глаза, но я вижу, что за ее показным равнодушием скрывается интерес. Может, эта стервочка еще и проникнется уважением к старой технике. А может, и к увлечению отца будет смотреть, как на мальчика, играющего в игрушки.
Борис, отошедший от радости, настроился на деловой лад. Он попросил в течение недели привести внешний облик машины к товарному виду, пока он договорится о новой поставке. О том, каким будет новый проект он с хитринкой в глазах умолчал. Сообщил только, чтобы я не волновался, что не справлюсь. Он считает, что раз смог завести ЗИС, то и остальные машины мне удастся восстановить.
Оставшееся рабочее время я потратил на поиск информации. Я уселся за гаражный моноблок и погрузился в поиск необходимых деталей. Найти оригинальные запчасти для ЗИСа — задача не из легких, но за годы работы механиком еще в прошлой жизни я научился находить нужные контакты и ресурсы. А здешняя сеть не сильно отличается от Интернета моего времени.
Первым делом я связался с поставщиком из списка постоянных поставщиков нашего гаража, который специализировался на реставрации ретро-автомобилей. У него я заказал несколько банок аутентичной нитрокраски. Затем я отыскал небольшой магазинчик в соседнем небоскребе, где удалось раздобыть оригинальные хромированные молдинги для кузова и капота.
Каждый найденный элемент, каждый клик мышкой приближал меня к цели — увидеть ЗИС во всей его красе. Я представлял, как эта краска ляжет на отполированный до блеска металл, как засияют хромированные детали на солнце. В голове уже рождались картинки восстановленного автомобиля.
Закончив с
