Читаем без скачивания В поисках Эльдорадо - Иван Медведев

На берегу залива Атласов решил разделить свой отряд. Половину людей под командой Луки Морозко атаман послал на юг вдоль тихоокеанского берега Камчатки, сам же вернулся к Охотскому морю и двинулся параллельным курсом вдоль западного берега полуострова. Юкагиры, сопровождавшие Атласова, получили известие от сородичей, осадивших Анадырский острог. На реке Палане они составили заговор и неожиданно для казаков тоже восстали. Начали стрелять из луков в спины белых спутников, набросились с копьями на группу, посланную разведать лыжный след. В ложбине между заснеженными сопками произошло многодневное сражение, с засадами, погонями и партизанскими рейдами. Три казака были убиты, пятнадцать ранено, сам Атласов получил шесть ранений. Казаки держали круговую оборону. Послали верного юкагира за помощью к Морозко, который поспешил на выручку товарищей.

От восставших юкагиров отбились общими усилиями. Часть изменников была убита, остальные разбежались. Неудачно начавшийся поход вызвал у некоторых казаков мысли о возвращении. Как только атаман оправился от ран, он немедленно тяжелой рукой выбил из подчиненных упаднические настроения. Верные казаки подали атаману челобитную о продолжении похода.

Соединенный отряд продолжил движение вверх по реке Тигиль, перевалил через Срединный хребет и вышел на берега реки Камчатки[11], где она круто поворачивает на восток, к океану. В устье реки Канучь, притока Камчатки, Атласов поставил большой крест первооткрывателя с памятной надписью: «7205 (1697) году, июля 18 дня поставил сей крест пятидесятник Володимер Атласов с товарищи»[12].

Оба берега реки Камчатки были густо заселены камчадалами (ительменами), жившими в каменном веке. По самым скромным подсчетам в низовьях реки на тот момент проживало 25 тысяч человек. «Телом они смуглы и черноволосы… глаза малы и лица плоски». Росту «среднего, плечисты и присадисты». «В житье гнусны, никакой чистоты не наблюдают, лица и рук не умывают… едят из одной посуды с собаками, и никогда ее не моют…». «Одежду носят соболью, и лисью, и оленью…». «А юрты у них зимние земляные, а летние на столбах вышиною от земли сажени по три, намощено досками и покрыто еловым корьем, а ходят в те юрты по лестницам» (этот тип построек сохранялся у камчадалов до середины XX века). «Питаются рыбою и зверем… а в зиму рыбу запасают сырую: кладут в ямы и засыпают землею… а от тое рыбы исходит смрадный дух… кой рускому человеку сдюжить нету сил». «Державства великого над собой не имеют, только кто у них… богатее – того больше и почитают».

«Руским людям они были рады». Камчадалы пожаловались казакам на соплеменников с низовьев реки. Те регулярно совершали на них набеги, убивали и грабили. Атласов быстро разобрался в политическом раскладе сил среди местных племен. Они разделялись на несколько враждебных друг другу родов. Казачий атаман решил действовать по старой римской формуле, успешно опробованной многими великими завоевателями: «Разделяй и властвуй» – с помощью одних племен покорить другие, хотя вряд ли когда-либо слышал о Римской империи или о Кортесе. Инстинкт успешного лидера подсказал Атласову верное решение, тем более, что камчадалы сами предложили пришельцам совершить совместный поход против своих обидчиков.

Казаки с новообретенными союзниками построили струги[13] и поплыли вниз по реке. Через три дня они высадились у большого селения в 400 юрт. Тамошние камчадалы отказались платить ясак. И тогда «их …громили… людей побили… и посады их выжгли…».

Еще ниже по реке Атласов выслал разведку. Она доставила первые сведения о двух вулканах Камчатки – Толбачике и Ключевской Сопке, из которых «днем идет дым, а ночью искры и зарево».

Вернувшись из карательного похода, казаки обнаружили, что племена коряков угнали их оленей – не только эффективное средство передвижения, но и основной продукт питания. Атласов бросился в многодневную погоню. Он догнал коряков у берегов Охотского моря. Кара была жестокая. После суточного боя 150 коряков было убито, остальные разбежались по лесам.

Отбив оленей, Атласов вновь повернул на юг. На реке Иче местные камчадалы рассказали ему, что на соседней реке Нане живет в плену некий иноземец. Атласов приказал доставить пленника. Им оказался японец Татэкава Денбей родом из г. Осака (остров Хондо), которого казаки долго считали «подъячим Индейского царства». За несколько лет до вторжения Атласова японский корабль потерпел крушение у южной оконечности Камчатки, и три японца попали в плен к айнам. У японцев было четыре пуда золота, но ничего не зная о ценности желтого металла, айны отдали его на забаву детям. Два товарища Денбея позже умерли, а его самого айны, вероятно, обменяли на что-то у камчадалов. Атласов оставил японца при себе и учил его русскому языку «в меру своего разумения». Позже Денбей был доставлен в Москву и сообщил российскому правительству ценные сведения о Японии, с которой Петр I стремился завязать торговые отношения. Денбей много лет прожил в России, обучая русских «робят» японскому языку.

Получив от японца сведения о южных областях Камчатки, Атласов решил дойти до крайнего мыса и привести тамошние народы «под царскую высокую руку в ясашной платеж». Где «ласкою и приветом», когда камчадалы не противились и соглашались «давать ясак», а где огнем и мечом, когда коряки и айны «учинились непослушны», отбивая у местных племен оленей для пропитания, добрались казаки до южных областей полуострова. К разочарованию Атласова айны оказались бедны на пушнину, так как не вели меховой торговли с соседними народами. Айны и коряки, населяющие склоны камчатских хребтов, оказывали упорное сопротивление пришельцам, со стен своих поселений осыпали их костяными стрелами, камнями и заостренными кольями, бились с «огненными людьми» отважно, но не могли устоять против пищалей. Когда, закрывшись щитами, казаки подбирались достаточно близко к обороняющемуся острогу, они поджигали его и расстреливали в упор выскакивающих из огня аборигенов. Одно из таких сражений закончилось гибелью 50 айнов.

Дым пожарищ стелился за отрядом первопроходцев. Несли потери и казаки. В стычках с камчадалами погиб Лука Морозко – верный товарищ атамана.

С берегов реки Озерной атаман увидел Алаид – самый северный из Курильских островов, вулканическая вершина которого вздымается на 2339 метров над уровнем моря. Порох и свинец были на исходе – «служить не с чем». Атласов находился в ста километрах от мыса Лопатка, когда решил возвращаться.

Глубокой сырой и туманной осенью казачий отряд повернул обратно, на север. Неожиданно ударили морозы, стеной повалил снег. Олени пали от голода: они не могли добыть пропитание из-за глубокого снега и покрывшейся коркой льда земли.

На реке Иче Атласов выстроил зимовье и основал Верхне-Камчатский острог – российский форпост на новооткрытых землях. Казаки приготовились к зимовке. Опасаясь голода из-за нехватки продовольствия, атаман отправил половину отряда «на прокорм» к союзникам-камчадалам. Всю зиму казаки охотились в лесах, добывая пушнину и мясо. Весной на казачьем сходе приняли решение о возвращении домой. Атласов оставил в остроге небольшой гарнизон в 15 человек во главе с Потапом Серюковым. Три года спустя гарнизон был полностью перебит восставшими коряками.

2 июля 1699 года 15 казаков и 4 юкагира (шестая часть от первоначального количества отряда) вернулись в Анадырь. Через год, залечив полученные в боях раны, Атласов прибыл в Якутск с докладом и богатой ясачной казной – 362 шкурки соболиных, 227 лисьих, 10 бобров морских и 4 выдры. Все долги были возвращены. За пять лет отряд Владимира Атласова прошел 11000 километров – большую часть по земле, где не ступала нога европейца.

Под царские очи

Рассказ Атласова о присоединении Камчатки, ее обитателях, относительно мягком климате, богатых рыбой реках и пушным зверем лесах, огнедышащих горах, о незамерзающих морях, омывающих полуостров, был настолько поразителен, что якутский воевода отправил казака-первооткрывателя в Москву под царские очи.

В Тобольске Атласов сделал короткую остановку, чтобы встретиться со знаменитым картографом СУ. Ремезовым, который со слов казака составил подробную карту Камчатки, где она впервые была показана, как полуостров. А когда атаман прибыл в Москву, подьячие Сибирского приказа несколько дней скрипели перьями, записывая удивительные для того времени «скаски» атамана о походе на край земли. Атласов проявил редкий ум и наблюдательность, дал ценнейшую детальную географическую и этнографическую характеристику полуострова, первым сообщил о Курильских островах. Ни один из русских землепроходцев XVII века не оставил таких содержательных отчетов, как «Якуцкого города пятидесятник Волотька Атласов».

В столице за свои открытия Атласов получил чин казачьего головы и снова был отправлен на Камчатку для сбора ясака со всей полнотой власти. Страна нуждалась в новых источниках пушнины, дававшей царской казне четверть годового бюджета. Атаману выделили две походные пушки, поскольку после «приходу русских людей иноземцы строга свои почали крепить».