— Не согласен с вами, — возразил Зенхан Вар. — Она действует вовсе не по наитию. И не такая уж она слабенькая, не такая глупая. Она сильный и опасный противник. Вспомните хотя бы, с каким искусством она избежала ловушки с Баркашем. Есть еще кое-какие сведения…
— Это все выдумки Самсара! — выкрикнула Андра. — А даже если и так, то во всем повинен этот грязный колдун. Именно он спас ее.
В этот момент в комнату вошел стражник-гвардеец и доложил:
— Внизу рабыня, госпожа. Требует допустить ее. Назвалась Вали.
Принцесса тут же распорядилась:
— Привести ее сюда. Доставить также раба Самсара, колдуна Ктенофими, черного леонтинца, который вчера явился сюда из замка.
Солдат отдал честь и вышел.
— Вот видишь, Зенхан. Можно ли назвать разумным человека, который до сих пор пользуется услугами рабов, приставленными следить за ней? Она, собственно, никого не выгнала. Что это, как не глупость? И куда смотрит этот хваленый Ландор? Что же, он даже не может предупредить ее? Я настаиваю — нам нельзя терять времени. Неделя, и мы должны покончить с этой моей горе-сестренкой! Мы должны разорвать ее в клочья. Пусть их разнесут все восемь ветров Аргуса.
Дверь вновь распахнулась, и в комнату вошел все тот же гвардеец, который ввел закутанную в плащ женщину. Грубая материя доходила той до лодыжек, ноги были босы. Следом за ней вошли огромный темнокожий леонтинец, затем Самсар, а также маленький пронырливый человечек со сморщенным, подобно полежавшему яблоку, лицом. Он беспричинно улыбался и что-то жевал беззубым ртом.
Солдат отдал честь и только было собрался уйти, как Андра возгласом остановила его:
— Подожди, гвардеец. Ты, может, еще понадобишься.
Тот отступил к двери и застыл.
— Итак, — объявила Андра и поудобнее устроилась на шкурах каталаба, наваленных на кушетку. — Прежде всего ты, Самсар.
Раб молча шагнул вперед.
— Повтори свою историю. Только не надо про появление Келаба и уход Баркаша. Расскажи все, что случилось с самим текстом договора.
— Ну… Значит, я… Госпожа, я уже столько раз рассказывал о том, что случилось после ухода Баркаша. — Слуга был изрядно напуган, на лице у него запекся огромный кровоподтек, нижняя челюсть подрагивала, он поеживался от страха. Не получив ответа, Самсар начал рассказывать. — Мне было приказано отыскать пергамент и доставить его вам, госпожа, однако этот проклятый капитан первым заметил документ. Как я мог украсть его на глазах у всех придворных?..
— Достаточно, — прервала его принцесса. — Ктенофими!
Плюгавый человечек шагнул вперед, при этом он все время что-то невразумительно бормотал.
— Поработай с памятью рабыни Вали, — приказала Андра.
Колдун приблизился к рабыне.
— Не теряй попусту время на всякие не относящиеся к делу подробности. Только то, что мы ищем. Понятно, Ктенофими?
Рабыня стояла вытянувшись в струнку. Глаза ее сияли каким-то безумным огнем. Колдун снял с ее головы капюшон, тот упал на плечи, затем Ктенофими начал совершать пассы руками — глаза у Вали раскрылись еще шире. Рабыня, повинуясь чужой воле, шагнула по направлению к Андре и встала перед ней.
— Вали, ты запомнила все, что происходило в покоях моей сестры?
Та машинально кивнула.
— Расскажи о брачном союзе с Баркашем. О чем они там говорили? — спросила Андра и поерзала на шкурах.
Вали заговорила ровным голосом. Как автомат. Она описала реакцию Шарлы и Ландора, затем появление Ордовика. При этом Вали ухитрялась передавать все оттенки голосов участвующих в той сцене, да так ловко, что Зенхан Вар даже отер пот со лба. Сначала Ландор и Шарла говорили на аргианском наречии, затем, с приходом Ордовика, перешли на какой-то странный приграничный диалект. Вали, не понимая ни слова в этой речи, по-прежнему молотила без задержки, однако ее прервали, позвали переводчика. Андра с большим интересом слушала, о чем эти трое говорили между собой. Самсар напряженно прислушивался к переводу. Капельки пота выступили у него на лбу.
Когда Вали сообщила, как Ордовик заметил попытку Самсара спрятать документ, Андра подняла руку.
— Достаточно! — заявила она. — Самсар, иди-ка сюда.
Тот не двинулся с места.
— Гвардеец… — напомнила Андра.
Солдат схватил извивающегося раба за шиворот и подтащил к кушетке.
— Самсар, ты солгал мне, — мягко сказала Андра.
— Госпожа! — взвизгнул раб. — Я сделал все возможное…
— Все или почти все! — оборвал его Зенхан Вар. — Однако ты солгал своей госпоже, и за это тебе следует вырвать язык из твоей поганой глотки.
Андра опять жестом остановила бывшего управляющего:
— Зенхан, держите себя в руках. Я придумала, как нам обратить в свою пользу и эту неприятность. Переводчик, в чем смысл угроз, с какими Ордовик обратился к этому рабу? — Она указала на Самсара.
— Не могу понять, госпожа. Это не аргианский язык и не какой-нибудь приграничный диалект.
Андра настороженно глянула на Самсара, затем перевела взгляд на управляющего.
— Зенхан, растолкуйте смысл сказанного.
Старик побледнел от страха.
— Это… Это… — Он отвернулся от принцессы и сказал куда-то в сторону: — Это не для ваших ушей, госпожа.
— Полноте, Зенхан! Итак, никто из вас не собирается объяснить мне. Хорошо, тогда мне поможет солдат. Эй ты, у двери, говори!
Глаза у гвардейца округлились, взгляд остановился, он заговорил ровным голосом. Когда закончил, принцесса кивнула и, совсем как кошка, кончиком языка облизнула губы. Затем медленно, в растяжку, произнесла:
— Ра-аб.
Гигант леонтинец шагнул вперед.
— Возьми этого негодяя, — она указала на Самсара, — и поступи с ним так, как только что слышал. Если будет вопить, не обращай внимания.
Самсар издал протяжный вопль. Леонтинец тут же зажал ему рот. Между тем Андра продолжила:
— Когда закончишь, ступай в нижний город и распространи известие, что Ордовик выполнил обещанное. Сделай так, чтобы после рассвета где-нибудь в укромном уголке был найден труп Самсара.
— Слушаюсь и повинуюсь. — Гигант склонил голову, подхватил Самсара под мышки и поволок к выходу. Зенхан Вар с выражением неописуемого удивления и отчаяния на лице попытался было что-то сказать, однако Андра жестом остановила его:
— Зенхан, сейчас не время для ссор. Мы сражаемся за восстановление империи, и никто не смеет встать у нас на пути. Мы должны быть готовы пожертвовать кем угодно и сколькими угодно. Вы солдат, Зенхан, а не красная девица, так что нечего хныкать! Ктенофими, займитесь солдатом. Пусть он забудет все, что видел и слышал здесь. Пусть он будет уверен, что с Самсаром поступили по приказанию Ордовика.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
