я почувствовал лёгкое касание. Девушка плавными движениями рук очертила мои плечи и аккуратно прислонилась к напряжённой спине щекой.
— Он уехал.
— Знаю.
Странное молчание образовалось между нами.
— Алан, боюсь, он знает, что ты тут… — начала Каролина. — Он пытался под любым предлогом зайти в дом. И шум на втором этаже он слышал…
Я развернулся к ней и отстранённо спросил:
— Что он сказал?
— Он заподозрил, что в доме кроме меня ещё кто-то есть…
— И? — продолжал вытягивать информацию.
Я знал, что там, внизу что-то произошло. Слишком надолго повисла тишина на первом этаже, после того, как я случайно уронил стул. Меня это заставило напрячься. Что между ними двумя случилось? Может, Каролина сдала меня и сейчас пыталась выгородить себя? Прожигая её своими глазами я хотел услышать от неё правду.
Понурив голову, она отступила от меня и еле слышно сказала:
— Мне пришлось его поцеловать… Так я отвлекла его от шума.
— Пришлось? — переспросил, понимая, что не ожидал такого ответа.
— Я не хотела этого. — Девушка стояла передо мной, словно провинившаяся школьница, которая разбила окно. И это меня почему-то ещё больше раздражало.
— Странные у тебя способы «отвлекать», — сказав это, я занёс последнее слово в воздушные кавычки. — Страшно подумать, от чего ты меня отвлекала…
И тут у Каролины переключился тумблер, и, оскалившись, она выпалила мне в лицо:
— Я пыталась его переключить на что-нибудь! Что мне ещё было делать?! И вообще, это из-за тебя произошло!
— Могла бы просто соврать, что это кошка… Кошка, что-то уронила!
— Да, двухметровая здоровая кошка! — На этих словах девушка вылетела из комнаты и хлопнула дверью.
«И что это сейчас, твою мать, было? Я что, сейчас приревновал её?»
Непередаваемый хаос бушевал во мне. Я чувствовал себя как загнанный зверь в клетке. Мне хотелось крушить всё вокруг, метаться из стороны в сторону и кричать от злости. Я поспешил убраться из спальни Аманды, чтобы ничего не сломать.
Весь день я провёл в скитаниях между гостиной и кухней, периодически проверяя ситуацию у дома. Ближе к вечеру фургон сменился на чёрный мустанг, который почти не было видно в вечерних сумерках. Этот настырный коп вернулся.
Каролина находилась всё это время наверху, ни разу не показавшись.
«И зачем я вообще на неё сорвался? Она в очередной раз прикрыла мою задницу, а я…» — вёл с собой монолог.
Посчитав, что повёл себя глупо, я решил извиниться перед девчонкой. Не хотел уходить на такой ноте.
Поднявшись в её спальню, услышал звук льющейся воды.
— В душе… — ухмыльнулся и скинул с себя вещи.
Я тихо вошёл в ванную, где девушка стояла под струями душа. В ванной звучала расслабляющая музыка. Я подошёл к ней и, обняв её за талию, нежно припал устами к влажной шее.
— Успокоился? — спросила она.
— А ты?
Каролина развернулась ко мне лицом, покачивая упругими бедрами, и ехидно улыбнулась.
— А ты как думаешь? — сказав это, потянулась к моим губам, мягко касаясь их. Мне чертовски этого было мало. Я крепче прижался к её устам, раздвинул их языком и с большей страстью погрузился в поцелуй.
Моя девочка тут же ответила, прижавшись своим горячим телом к моему. Между нами распалялось настоящее пламя, необузданное желание и неодолимая страсть. Наши тела переплетались в мучительных ласках, по которым бежали ручейки прохладной воды, но даже они не могли остудить наш неукротимый пыл. Я поднял её на руки, и она обвила мою талию ногами, не переставая целовать мою шею. Прижав её тело к стене, скользнул ладонью по влажным складочкам и прикоснулся к возбуждённой жемчужине, нежно массируя её.
Аккуратно лаская Каролину, проник двумя пальцами в её горячую плоть. Она издала стон, когда оргазм начал захлёстывать её разум. Покусывая ключицу, я ускорил движения, позволяя ей избавиться от этого ноющего желания внизу живота. Я ощутил, как её лоно сжало мои пальцы, медленно пульсируя. Отпустив девушку на пол, притянул её к себе для поцелуя.
— Пойдём в спальню, — прохрипел от бешеного желания.
Каролина блаженно улыбнулась, заматываясь в полотенце.
Переместившись в комнату, она подвела меня к кровати и лёгким касанием руки толкнула меня на неё.
— Что ты задумала?
— Сейчас узнаешь, — игриво подмигнула в ответ.
Она прильнула к моему твёрдому достоинству, проведя языком по головке, а затем вобрала его в себя да самого основания. В глазах мгновенно заискрилось, и я издал протяжный стон, наполненный блаженством.
Продолжая ласкать меня своими пухлыми губами, она одновременно играла с моими яичками. Чувствуя, что ещё немного и я кончу, она отпрянула и, словно хищник, медленно двинулась ко мне.
Ожидая, что сейчас она набросится на мои губы, Каролина решительно перевернулась, открыв моему взору свою соблазнительную попку. Она слегка покачивала ею, дразня меня. Затем приподнялась, взяла член в ладонь и провела им по своим влажным складочкам. Приставив его к изнывающему лону, она начала мучительно медленно насаживаться на него.
Девушка продолжала двигаться на мне с невыносимой медлительностью, выгибая спину и покачивая своими великолепными бёдрами. Она словно дразнила меня, возбуждая всё сильнее. Я положил руки на её ягодицы, и она ускорила темп, с громкими стонами насаживаясь на мой член.
Её тело содрогнулось от сладостного оргазма, и она расслабилась в моих объятиях, позволяя мне вести в этой игре. Я осторожно опустил её на кровать и, не в силах удержаться, припал к её груди, лаская руками и языком. Резким движением я проник в тугую и горячую плоть, не отрываясь от её возбуждённых сосков. Задавая бешеный ритм, я наслаждался её чувственными вздохами, которые погружали меня в какой-то магический транс. Девушка достигла нового пика наслаждения, и я, не в силах больше сдерживаться, излился в неё.
Устроившись рядом с ней, я притянул её в свои объятья. Поцеловав в висок, прошептал:
— Спи и не думай ни о чём…
Глава 16. Вы арестованы!
От лица Алана
Глядя на умиротворённое лицо Каролины, внутри разливалось странное тепло. Рядом с ней я ощущал все оттенки настоящего счастья и истинного наслаждения.
«Может, я влюбился? Да ну, бред. Я не должен испытывать таких чувств, с ними я стану слишком уязвим».
Дождавшись, когда она уснёт, я погасил свет в комнате и подошёл к окну. Вдоль улицы горело несколько фонарей. Между ними в сумраке стоял припаркованный мустанг.
«Тачка на месте. А значит, и коп тут».
Я понимал, что ждать больше нельзя. Ещё немного и они нагрянут. Я спешно оделся в вещи, которые оставила мне девушка, и поверх накинул свою кожаную
