Обязательно продолжим, но сначала я схожу в душ, а после ты сделаешь мне массаж. Я слишком устал за сегодня.
Ее тело мгновенно сжалось, как только она ощутила массивные руки Генриха на себе. Опять это противное чувство, вызывающее лишь панику. Страх вновь ударил током и пустил мурашки по всему телу. Но ей нужно было сохранять спокойствие, для своего же блага, поэтому выдохнув, она ответила ему крайне сдержано. — Конечно, можешь идти в душ, я подожду тебя.
— Вот и славно. Жди меня в спальне, я ненадолго. — Генрих отправился в душ, но по пути, забрел в зал. Он невзначай вытащил тот самый документ из пиджака и надежно спрятал его в одну из декоративных шкатулок на полке. Зная о том, что Эмили может попытаться его украсть, он решил просто скрыть документ от ее глаз.
В спальне Эмили ходила кругами, прислушиваясь к звукам из душа. Она ждала, что Генрих с грохотом свалится на пол без сознания, но из ванной комнаты доносились лишь шипящие звуки воды. Ее начало немного трясти, также, как и в первую попытку Генриха завладеть ею. — «Возможно он вырубится прямо в душе, так будет даже проще. А что если нет? Тогда мне придется растянуть массаж и подождать еще. Если все пойдет не по плану… Сбегу, для обороны возьму ту вазу, если ударить ей по голове, возможно он и отключиться».
На тумбе, возле кровати, стояла белая керамическая ваза, она была довольно тяжелой, поэтому могла сгодиться для самообороны. Конечно она вряд ли успеет до нее дотянуться, но план «Б» должен был быть, на всякий случай.
Прошло всего десять минут, как Эмили находилась в спальне, но Генрих уже возвращался обратно. Вальяжно проходя в комнату, он лег на кровать и взглянул на девушку так, словно ждал, что она сама начнет проявлять инициативу. — Ну что, готова? Надеюсь у тебя окажутся золотые руки и твой массаж мне понравится. Если все так и будет, возможно я буду даже чуточку нежнее с тобой, поэтому постарайся, как следует. — Генрих лег на живот, кладя руки к себе под голову, предварительно спустив халат со спины, отдавая очередную команду Эмили, словно сабочонки. — Можешь начинать.
Она нехотя села рядом с ним и кинула взгляд на его спину. Нужно было начинать делать массаж и тянуть время, но это было невероятно тяжело морально. Отступать было поздно, поэтому она плавно начала водить руками по спине парня.
Генрих же лежал полностью расслабленный, его ничего не волновало, он лишь наслаждался этим моментом, тем как Эмили послушно выполняет все, что он говорит, ему нравилось это, а еще больше нравилось ее донимать. Периодически он высказывал свое недовольство всем подряд, подкрепляя все капризным голосом. — Помни сильнее, чего ты такая зажатая? Не стесняйся, сделай все качественно. — Он продолжал лишь упрекать юную особу, несмотря на то, что ей и так было тяжело.
— Я стараюсь, как могу. — Эмили в основном просто водила ладошками по спине Генриха, как бы поглаживая. Это было слабо похоже на массаж, но она и правда пыталась.
Такой массаж прокатил на еще пару минут, пока Генриху это не надоело. Он приподнялся, сделав раздраженный вдох. — Нет, так не пойдет. Мне надоел массаж, ты совсем не умеешь его делать. Удивишь тогда меня кое чем другим. — Достаточно грубо схватив Эмили за тонкую талию, он перевернул ее на кровать так, что она оказалась под ним.
Эмили сразу же начала сопротивляться, ведь понимала докуда это все может зайти. Жалобный крик и мольбы отпустить ее, вновь раздались эхом по всему дому. Это уже были вторые вопли за сегодня. За всю жизнь ей не делали так больно, как за последние дни. Это невероятно тяжело пережить. Хотелось плакать, бежать, бить Генриха за его поступки, но в ее положении это было нереально.
Рин уже был готов выбежать и помочь, мало ли что могло пойти не так, но тут все неожиданно стихло. Он оставался на своей позиции еще на некоторое время, гадая о том, что просихдот сейчас между этим двоими.
Генрих постепенно, но довольно быстро расслабился, мягко лег рядом с ней на кровать, а веки с тяжестью закрыли его глаза. Препарат наконец подействовал, хоть и в последний момент. Тело парня окончательно стало не подвижным, выглядело это жутко как минимум жутко.
Лишь полностью убедившись в том, что Генрих крепко спит, Эмили начала выворачивать его карманы. Брюки, пиджак, даже рубашка, она проверила все на несколько раз, но документ так и не обнаружила. Страх ударил в голову покрыв тело мурашками, а душу заполнило странное чувство, напоминающем панику, страх, беспокойство и остаерику одновременно. Она уже начала представлять, где может находиться договор. — «Куда он мог его деть? Неужели увез куда подальше? Может он для этого и ездил на самом деле? Времени слишком мало, нужно все обыскать. Без этого документа я не смогу сбежать, а ессли даже и смогу, то буду считаться преступницей».
Попыток отыскать документ Эмили не оставляла. Какого же было ее отчаяние, когда, перепроверив все карманы, она так ничего в них и не нашла.
Глава 9
Паника окончательно захлестнула Эмили. Договора нигде не было. Если она сейчас не найдет его и Генрих придет в себя, то ей точно не жить. Девушка выбежала из спальни, в глазах уже виднелись признаки скорых слез. К счастью, уже в коридоре, Эмили столкнулась с Рином. — Я не могу найти договор! Он не у него!
Он предвидел все эти слова поэтому сразу успокоил девушку. — Не паникуй, все хорошо, он просто переложил бумагу в другое место. Она уже у меня, держи. — Рин протянул ей договор, от которого буквально зависила ее жизнь. — Сейчас поедем ко мне. Я и моя супруга, позволим тебе, остановиться у нас на пару дней. После я попрошу одного человека увезти тебя из города и дам с собой небольшую сумму денег, а дальше сама, ладно?
— Конечно, спасибо тебе огромное! Ты и правда достойно выполняешь свою работу — помогаешь гражданам и следишь за порядком. А для меня сделал даже чуточку больше.
Рин похлопал ее по плечу и душевно улыбнулся. — Добросовестность мне на службу потом пойдет.
