Я всё покажу и расскажу про вотчину свою…
* * *
— … И заметь! Мы разводим именно магических зверей! Не теросов! — седовласый волк с задатками академического лектора вот уже полчаса посвящал меня в секреты и нюансы магического животноводства. — Теросов в неволе не бывает. В смысле: долгое нахождение в центре Лакуны их стабилизирует, превращая в магических зверей со всеми вытекающими отсюда последствиями. Запомни: желаешь отведать мяса именно теросов, лучший вариант — это честная охота.
Свою лекцию «хвостатый профессор» (свой пост гигант занимал уже сто пятьдесят лет кряду, заведуя всем магическим животноводством клана) совмещал с неторопливым отчетом Илларию Яковлевичу. Глава клана уже три недели не был на родовых землях, застряв в городе.
— Ладно, Аркадий. Я тебя понял, — кивнул Канис. — С Тихоном я поговорю, так что можешь не беспокоиться!
— Очень на это надеюсь, — взрыкнул волк, и, развернувшись, степенным шагом направился в сторону фермерских строений…
Проводив Аркадия взглядом, Канис предложил продолжить экскурсию. По дороге он подзывал к нам то одного, то другого работника (а мы миновали и что-то вроде промзоны, и складской сектор, и тренировочный полигон), и забрасывал его вопросами. И таким образом Ваш покорный слуга получал импровизированный экспресс-обзор «Как создать предприятие в Лакуне с нуля».
Конечно, я всё внимательно слушал. И анализировал.
«С чего целый Глава (пардон, ИО главы) клана проявляет ко мне такую заботу? Очевидно, Илларий Яковлевич нацелился на долгосрочные партнерские отношения с Избранным и соседом по новой Лакуне в моем лице. Потому и закидывает меня нынче „плюшками“. Ему это ничего не стоит, зато для меня является серьезным подспорьем, за которое позже придется отдариваться или подписываться на крепкую дружбу с волчьим кланом. И семью спас. Будем думать. Но тут возникает второй вопрос. С чего он взял, что 17-летний пацан с неполным средним образованием за плечами (пусть даже и талантливый местами) сможет всё это воспринять и понять?»
«А он и не рассчитывал. Возможно, он что-то заподозрил ещё в горсовете, не зря же так выразительно на тебя тогда поглядывал. Но в остальном, столь значительное доверие к твоим умственным способностям — это сугубо твоя вина. Слишком ты у нас продвинутый, — хмыкнул Алукард. — Мне прекрасно видно, что он готов в любой момент опустить „планку“, если ты начнешь „тонуть“ по теме. А ты упорно держишься на плаву».
«Упс! И что нам делать?»
«То же, что и раньше: слушать, вникать, задавать умные вопросы, которые вряд ли придут в голову простому рабочему пареньку без десятилетий руководящего опыта за спиной. Резкая смена манеры поведения сейчас только хуже сделает. Сейчас всё спишут на Избранность и связанную с ней нестандартность… А в будущем лучше контролируй, что и как говоришь, а то твоя маска „пролетария пламенного, но недалёкого“ при приближении не выдерживает никакой критики…»
«Спасибо за поддержку».
«Всегда пожалуйста, обращайся».
Ладно, что сделано — то сделано, вздохнул я.
Последний «докладчик» с облегчением помахал нам рукой и удалился по своим делам.Погружённый в свои мысли, я не сразу понял, что мы больше никуда не идём. По обе стороны от нас простиралась древняя каменная стена со следами реставраций столетней давности. А прямо перед нами возвышались большие кованые ворота с многопудовыми засовами.
— Ничего себе, засовчики! — присвистнул я.
— А в Лакуне без тяжёлого металла — никак. Это в городе можно на замОк хлипенькое зачарование наложить или амулетик на дверь повесить. И всё, никто без дозволения не пройдёт. Здесь же магия частенько работает иначе, да такие коленца выписывает — не знаешь, куда бежать, за что хвататься! -на лбу Иллария Яковлевича вдруг собралась сердитая морщинка. — Вот и приходится такие вот ворота ставить от «гостей» с той стороны.
По высокой лестнице справа от створ со стены к нам сбежал рыжий бородач совершенно кубической комплекции, с виду — патлатый, дикий и необузданный. Я впервые в этом мире увидел человека, облачённого в самую настоящую кольчугу. Заметив моё недоумение, дядька подмигнул и пробасил с ухмылкой:
— От деда-прадеда ещё. Сейчас таких не делают.
Мужика звали Тихоном (Романович — по батюшке), и был он начальником местного гарнизона.
— Докладывай, как обстановочка тут у нас? Какие успехи? — после приветствий и представлений затребовал глава клана.
Бородач доложил.
— Это всё хорошо, Тихон. Но ты мне вот что скажи, — лидер Канисов хмуро посмотрел на подчиненного. — Почему Аркадий мне только что рассказал, что сегодняшней ночью мы не досчитались двух десятков коров. Как же так вышло?
— Так ласка гигантская их подрала, — пожал плечами дядька (Четвертый ранг, пятьдесят третий уровень — отметил Алукард. — И как он себя в узде держит?).
— И как же терос умудрился пройти мимо твоих ребят и перелезть, — Илларий кивнул на укрепления, отделяющие обустроенный центр Лакуны от её всё ещё нестабильных границ, — через три ряда стен⁈
— А что Вы от нас хотите-то? — верзила надулся, словно обиженный ребенок. — Вы же сами основной костяк дружинников в город увели, оставив под моим началом лишь молодняк, да парочку ветеранов, которые больше няньками ныне подрабатывают, чем службу несут. И это для охраны всех укреплений! А ведь сами знаете, как открытие новой Лакуны в старых, что лежат поблизости, волнение провоцирует. Поголовье теросов на пограничье раз эдак в пять, если не в десять, подскочило. И буйные все — страсть! То, что мы с оставшимися ребятами вообще стены держим — это уже можно в героические деяния занести. А уж полный контроль периметра мы физически обеспечить не в состоянии, — мужик развел руками. — И тем более нет у нас возможности выделить людей на дополнительные патрули — все итак на ногах по двадцать часов без единого продыха. Со стен почти не слезают, рейды считают за праздник, а сон — за несбыточную мечту. Илларий Яковлевич, да разве ж я без понимания? Всё понимаю. В новой Лакуне сейчас каждый воин на счету. Но и мы не справляемся. Эта ласка — предвестник возможной бури, а у меня парни с ног валятся. Им смена нужна, и срочно!
Лидер Канисов задумался, разглядывая насупленного подчиненного, а потом поинтересовался:
— А Гильдия? Мы же с ними договаривались, что они возьмут на себя часть периметра.
— Да с кем Вы там договаривались? — начальник гарнизона раздраженно махнул рукой. — Всех нормальных Охотников, понятно же, на закрытие прорыва и освоение новой
