И рядом со мной сидела женщина, к которой я относилась почти как к матери, и которая так спокойно обсуждала удовольствие, получаемое ею от убийства, словно мы говорили о погоде! Мне резко стало холодно, и я обняла себя за плечи, прижав локти к груди.
Корина погрустнела, заметив мое состояние.
– Ну вот, я тебя расстроила, милый Ангел. Уверяю тебя, я не хотела этого.
– Я знаю, Корина,-я заставила мой голос звучать мягко.-Просто… во все это так трудно поверить, как будто мне снится сон, и я жду, что вот-вот кто-нибудь разбудит меня. Было бы не удивительно, если бы я не чувствовала больше близости к тебе, но это не так. Я пришла к тебе по важному делу, и когда ты рассказала мне все эти вещи о себе, я испугалась. Я почувствовала, что почти тебя не знаю или той, кого я знаю, здесь нет вообще. И это приводит мня в ужас.
– Прости меня за это, Ангел. Ты с самого начала знала, кто я такая, но люди умудряются не замечать вещи, которые они не хотят видеть. Как будто так эти вещи исчезнут,-когда она снова на меня посмотрела, ее взгляд был мягок и безмятежен. У нас снова установился тот контакт, когда я точно знала, кто она и кем может быть. -Ангел, ты мне, правда, очень нравишься. Очень. Ты-солнечный лучик в этом темном и мрачном месте ("луч света в темном царстве" – прим. переводчика). Но если ты не сможешь смотреть мне в глаза без страха или отвращения, тогда лучше прекратить все здесь и сейчас, и избавить нас обеих от дальнейших терзаний.
Глядя на нее, я обдумывала сказанное. И я знала, что она сказала правду. Корина никогда не пыталась сблизиться с тем, кто этого не хотел. Она никогда не скрывала того, что сделала, и никогда не пыталась смягчить свою вину. Она честно рассказывала о своем прошлом и ни разу не приукрасила его, чтобы заслужить мою привязанность. До меня дошло, что все время, что мы с ней знакомы, она оставалась убийцей, и я знала это и все равно дружила с ней, несмотря на этот факт, а может, если быть честной с самой собой, и благодаря нему. И еще я поняла, что без нее моя жизнь утратит что-то, что я совсем не хочу терять.
– Я не хочу этого, Корина. Я не хочу потерять друга из-за своего узкого мышления. Ты очень важный для меня человек, и если ты простишь мой страх и непонимание, я хочу, чтобы наши отношения продолжались.
Она улыбнулась, полностью успокоенная.
– Отлично, Ангел,-со счастливой улыбкой она вернулась в свое кресло.-Теперь, когда мы прошли через это ужасное выяснение, мы можем поговорить о влечении к женщинам, не так ли?
Я снова покраснела под ее взглядом и кивнула.
– Что ж, хорошо. Я могу предположить, что завела разговор на эту тему, потому что тебе понравился кто-то в нашем счастливом общем доме?
Мои щеки просто горели, когда я кивнула еще раз.
– Так, давай подумаем. Кто бы это мог быть? Наша очаровательная Криттер? Я видела, как она на тебя смотрит.
В ее глазах зажегся озорной огонек, а мои расширились. Криттер?
– Нет, нет! Криттер очень привлекательная женщина, но она просто друг!
– Гм-м-м,-явно веселясь, глядя на меня, Корина продолжила строить догадки.
– Может, Пони? Или Сони? Нет? Тогда Монтана? Она впечатляет, не правда ли? Если бы я была моложе…
– Нет. Никто из них.
Ее глаза округлились в притворном неведении.
– Тогда кто, милый Ангел? Ты забыла, я уже в возрасте. Мой разум уже не так остр, как когда-то. Боюсь, эта игра в угадайку не для меня.
Я глубоко вдохнула. Еще раз.
– Это Айс,-сообщила я столу.
– Кто? Громче, дорогая, мой слух уже тоже не тот, что раньше.
Если бы в моей жизни был момент, когда бы я получила удовольствие от убийства, то это здесь и сейчас. Глаза Корины смотрели мне прямо в душу, и в них плескалось веселье, не оставляя мне ни малейшего шанса.
– Это Айс,-повторила я более отчетливо.
Она победно улыбнулась:
– Ах, значит, высокая, черноволосая и смертоносная таки поразила сердце моего маленького милого Ангела!
– Корина… -я удивлялась, почему не заработали разбрызгиватели, ведь мое лицо просто пылало.
– Ой, перестань, Ангел. Ты, что, думаешь, я не видела, как по щенячьему преданно ты смотришь каждый раз, когда она появляется поблизости. Может, я и старая, но не слепая!
– Корина, пожалуйста!-если бы поблизости оказался электрический стул, я бы с радостью плюхнулась на него и дернула рубильник. Можно ли умереть от смущения?
– Ну ладно,-сказала моя подруга слегка раздраженно. -Просто мне очень нравится дразнить тебя, Ангел. Никогда не видела лица такого потрясающего оттенка красного. Почти как роза. Очень красивый цвет!
– Корина…
– Ну хорошо, хорошо. Я прекратила. Пока.
Я выдохнула:
– Спасибо.
– То, что ты испытываешь к Айс, мешает тебе?
– Нет. Да. Господи, я не знаю!-поставив локти на стол, я закрыла все еще пылающее лицо руками.
– Хорошо, давай помыслим логически. У тебя есть проблемы с тем, что она женщина?
– Нет. Не совсем. Для меня это странно, потому что никогда раньше меня не привлекали женщины, ну если конечно не считать мою учительницу начальных классов миссис Прайс.
– Ну, я думаю, что ее не стоит упоминать.
– Ты права. Меня беспокоит не само влечение, а его сила. Я никогда ничего подобного не чувствовала. В чем бы то ни было. Я помню, ты говорила, что между нами существует связь, и часть меня хочет в это поверить, но…-я вздохнула, не способная более облекать мои мысли в слова.-Я не в силах с этим справиться, я не знаю, что делать.
– Ты когда-нибудь думала о том, чтобы поговорить с Айс на эту тему?
Я посмотрела на нее в шоке. Несколько раз открыла и закрыла рот, как рыба, вытащенная из воды.
– Проглотила язык?-Корина была ужасно довольна собой.
– Ты сошла с ума?!
– Некоторые считают, что да.
– Я имею в виду, в данном конкретном случае! Ты, что, забыла, что я в первый раз разговаривала с ней позавчера!
– Ну и?
Все еще в шоке, я встряхнула головой.
– Ты шутишь. Ну скажи, что ты шутишь!
– Вообще-то я абсолютно серьезна.
– Отлично. Просто здорово. Ну и что ты предлагаешь, Корина? Ты думаешь, я должна зайти в камеру Айс, плюхнуться на постель и сказать: "Эй, Айс, я думаю, ты должна знать, что хоть мы и сказали друг другу максимум пять слов, я считаю, что я в тебя влюбилась. Хотя нет, это не любовь, а скорее дикое желание. Может, ты меня поцелуешь?"
Моя подруга пожала плечами:
– Почему нет? Со мной бы такое сработало.
Первый раз в жизни я по-настоящему впала в прострацию. Рухнув на стол, Корина начала хохотать так сильно, что я даже испугалась, что она ударится.
Итак, я сидела там, нахмурившись и потихоньку начиная злиться, пока моя подруга пыталась успокоиться. Отдельные приступы смеха все еще сотрясали ее, когда она вытирала выступившие слезы уголком шали.
