– Мэтр, мне попались хорошего размера и чистоты камни, опал и кварц. Что нужно для изготовления накопителей?
– Академический курс артефакторики. Извини, но это не тот случай, когда такой артефакт можно изготовить на коленке. Не спеши жить! Так ты быстро пресытишься впечатлениями и перестанешь удивляться красоте, которая нас окружает. Аналогия: от чрезмерного потребления сахара он в конце концов начинает горчить. Теперь о наших делах. На карте я отметил наиболее короткий путь, в среднем тебе необходимо проезжать по сорок километров в сутки. Прошу тебя, не ввязывайся в ссоры, дуэли, оставь это на потом, мне очень важно, чтобы ты успел ко дню отложенной дуэли. Да, я умер, и, казалось бы, ничто земное меня уже не должно волновать. Но любовь сильнее смерти. Я из небытия должен защитить свою любимую. И ты мне в этом поможешь, в обмен на ту помощь, которую я оказываю тебе.
– Мэтр, я сделаю все возможное и невозможное!
Стук в дверь:
– Ваша милость! Матерь взошла.
– Все-все! Проснулся, позовите Кира.
Встал, оделся в новую походную одежду, надел ремни. «Брат» на поясе, «сестра» в руках в виде трости. Вошел Кир.
– Доброе утро, ваша милость.
– Доброе. Выносите сумки и мешки. Приторачивайте. Хозяин! Нам по кружке сока и по паре пирожков с мясом.
Вынесли, приторочили, увязали. Прямо у коновязи перекусили, сели в седла, и в путь! Когда выехали на окраину, всплыла карта, указала левую дорогу на перекрестке, на нее и свернули. Через десять верст жеребенок закапризничал. Если поначалу он весело скакал, то обгоняя, то отставая и вновь нагоняя нас, теперь он жалобно ржал, просил всего и сразу – попить, поесть, покакать. Да, нарисовалась серьезная проблема. Оставлять Кира и жеребенка с заводной лошадью посреди дороги я не хотел. Надо было довести их до ближайшего города или деревни и пристроить в попутный обоз. Что делать, пришлось съехать в сторону на какой-то луг и там, ослабив подпруги, пустить лошадей попастись, а жеребенка отдохнуть.
– Вот не было печали, – злился я. – И возвращаться в Рабат нельзя – плохая примета, и до ближайшей харчевни, судя по карте, около двадцати верст.
На мое счастье, со стороны Рабата показался обоз. Как выяснилось, армейцы, приехавшие на скачки, закупили себе табун лошадей для смены выбывших по старости или болезни. Рабатские лошади славились во всем королевстве своей выносливостью и умом. Прекрасно поддавались выездке и дрессуре. Золото открывает ворота крепостей, как мог устоять перед его блеском старшина обоза, он же кавалерийский офицер-квартирьер? Я прикупил у него отличного жеребца, переплатил, конечно, чуть ли не вдвое, но сумел пристроить Кира и своих лошадей к нему в обоз. Дал слуге еще пару десятков серебра и сказал:
– Кир, обоз идет в столицу, это дальше герцогства Соло и в стороне от Нанта. Армейцы доведут тебя туда и в случае чего защитят. Дождись меня в ближайшей к столице харчевне. И постарайся не огорчить меня. – Я зажег светлячка перед лицом ошарашенного слуги.
– Н-не извольте сомневаться, ваша милость маг.
Я птицей взлетел в седло, хлестнул жеребца тростью и, обогнав обоз, умчался наверстывать упущенное время. К сожалению, жеребец не был иноходцем, и мне пришлось приноравливаться к его рыси, тем не менее, чередуя рысь и шаг, то есть около пяти верст рысью, версту шагом, мне удалось войти в график движения и даже двигаться с опережением.
Едва солнце начало клониться за горизонт, я решил заночевать, выбрав для этой цели небольшую рощу в четверти версты от дороги. Как оказалось, место это пользовалось популярностью у проезжающих, остатки кострищ тому были свидетелями. Слава Матери, на окраине был обустроен неглубокий колодец, удалось напоить коня и умыться самому. Устроился под большим ветвистым деревом, расседлал и, стреножив, отпустил коня пастись. Сам, собрав немного сухих веток, зажег небольшой костер. Мокко, сахар и котелок на кружку воды, а также половину мясных продуктов и хлеба я забрал с собой. Так что бутерброд и мокко – это все, на что я мог рассчитывать в дороге. Ну, кроме обедов в харчевнях. На это-то у меня времени много не уйдет.
Дорогу до герцогства Соло я проделал за двадцать дней, еще три дня ушло, чтобы добраться до его столицы Сол-д’Амира. Это оказался небольшой, тысяч на тридцать населения городок. Из достопримечательностей – графский замок, тенистый сад (место разрешения всех споров), виноградники и огромное озеро, на берегу которого и пристроился город.
До дня Икс оставалась неделя. Я устроился в приличной гостинице с хорошей кухней и отличными номерами. Рано завтракал и уезжал подальше от лишних глаз на озеро. Приезжал вечером, старался быстро поужинать и уйти в номер. Целый день в отдалении на берегу озера я тренировался в работе со стихиями. А ночью за меня брался магистр, он вкачивал в меня массу энциклопедических знаний, мы с ним проходили курс подготовительной школы в академию – как оказалось, была и такая.
И вот час настал. Мне выгладили загодя парадную одежду, я переобулся в легкие удобные полусапожки, нацепил берет, воткнув в него три новых перышка цветов Орж, и спустился в зал. До церемонии оглашения вызова оставался час. От гостиницы до ворот сада ходьбы было полчаса.
Я потребовал рюмку хорошего ликера, и мне ее тут же принесли. Дворянин, сидевший за соседним столом, оглядел меня и спросил довольно учтиво:
– Собираетесь на свидание, молодой человек?
– Да, – ответил я односложно, давая тем понять, что не расположен к дальнейшей беседе.
Наконец время подошло, и я, прихватив трость, отправился к условленному месту. Отложенная дуэль не такая уж редкость, поэтому зрителей было немного. Среди присутствующих я без труда вычислил самих «злодеев» и человек пять их друзей, а также пострадавшую сторону – двух старичков и молодую, прекрасно выглядевшую женщину, вероятно, предмет воздыханий магистра. Перед сторонами прохаживался распорядитель дуэлей, официальный наблюдатель от графства. Прокашлявшись, он начал:
– На сей день и час назначена отложенная дуэль между его милостью магом Дэем ван Бара и их милостями Дивом ван Соло и Тилом ван Соло. Пока я не вижу Дэя ван Бара. Есть ли желающий, кто защитит его честь и честь его дамы в его отсутствие?
Все это время я, прикинувшись зевакой, случайно забредшим на бесплатное представление, ходил меж зрителями и участниками драмы с видом пионэра из известной кинокартины «Добро пожаловать, или Посторонним вход запрещен» с вопросом в глазах: «А что вы тут делаете?»
Дважды задал свой вопрос распорядитель, никто не откликнулся. Подонки уже вовсю ржали и показывали неприличные жесты противной стороне, когда я при очередном круге остановился напротив них и твердо произнес:
– Я, Рэй ван Орж, душеприказчик и наследник погибшего Дэя ван Бара, готов дать удовлетворение этим господам.
Площадь окунулась в тишину. Стих смех подонков, всхлипывание «дамы сердца», перестал кашлять распорядитель. Колокол ударил, отмечая полдень. Все условия вызова были соблюдены.
– Тогда прошу вас, господа, пройти на площадку.
Разом загомонили на стороне наглецов. После короткого спора от них отделился украшенный парой шрамов человек и подошел ко мне.
– Не понимаю, зачем вы, молодой человек, ввязываетесь не в свое дело? Я уполномочен предложить вам отступных пару золотых… э…
Он не успел закончить фразу, я прервал его:
– Ты, мерзавец, будешь третьим, кого сегодня примет Мать, – и, опираясь на трость, слегка прихрамывая, вышел на дуэльную площадку.
С этого момента дуэль не мог прекратить и король. Право дворянина рискнуть жизнью, отстаивая свою или чью-либо честь, священно.
– Ты ошибся, молокосос! Я буду первым! – на площадку, сбрасывая ножны со шпаги, выскочил давешний парламентер.
– Разве я против? Займешь очередь у погребального костра своим любовникам, – ответил я ему и в свою очередь сбросил ножны с «брата».
– Мерзавец, я разрисую тебя шрамами, как урода.
