курса это нормально, – задумчиво отозвался старик. – Кто-то понял, почему скелет распался?
Ответом ему была тишина. Никто из нас не понял, даже тот умный парнишка, который вместе со мной попытался первым прощупать кости.
Не получив вразумительного ответа, магистр не стал нам ничего объяснять, а дал сигнал своим помощникам выдать нам по подносу с мелкими костями, из которых мы должны собрать по целому скелету одного животного. Но костей было слишком много, думаю, для отвлечения внимания.
И тут не только дар некромантии нужен, чтобы сразу отсеять лишние кости. Кстати, это было сложно, потому что они все были старыми. Тут еще нужно отличное знание анатомии. Вот только в школе такого предмета не было.
Я, конечно, атлас изучала, но костную систему всех животных, а был это, кажется, какой-то грызун, возможно, суслик, я не знала. Животных много – скелеты у них отличаются, пусть не у всех, пусть незначительно, но все же…
Как-то это странно, давать такие задания в первый же день. Может, тоже проверка уровня знаний? На этот раз, знания биологии? Да уж, куда там целителям, вот мы, некроманты, должны знать не только анатомию людей, но и животных, обитающих хотя бы в этой местности или государстве.
Вот, например, после обеда у нас целых две дисциплины по этому направлению, собственно, морфология живых существ и введение в лекарское искусство. Зачем некромантам лекарское искусство? Ну, чтобы мы понимали, чем болен может быть труп. Да, это забавно звучит, но если человек умер, это еще не гарантирует того, что он перестал быть заразным.
Например, не так давно был скандал и локальное заражение, связанное с диким некромантом, слава богам, не в нашем королевстве дело было, а у соседей, у которых вся некромантия вне закона. В общем, один такой взял и поднял чумное кладбище. Причем, не старое, а практически только после эпидемии – там всего полгода прошло. Да, соседи у нас не все цивилизованные, некоторые еще чуму не контролируют и допускают эпидемии. Так вот, поднял он это кладбище и заразил кучу народу. А главное, досталось и нашим некромантам, которых позвали на помощь. Из них, конечно, никто не умер, но заразились двое, потому что местные их об опасности заражения не предупредили, ведь сами не знали, что чумная палочка может в земле сохраняться в течение нескольких месяцев.
А было бы это наше кладбище (хотя у нас такое маловероятно все же), некроманты бы знали причину смерти и понимали как действовать. Потому что их этому учили.
В общем, отпустили нас на обед всех расстроенных, потому что ни у кого толком ничего не получилось. Я, конечно, что-то там собрала, но не уверена, что правильно, а магистр мою работу не прокомментировал. Сказал, что о результатах мы узнаем на следующем занятии.
Когда я вышла, парни уже стояли на крыльце и активно спорили о прошедшем уроке. Я краем уха слышала, что один из парней, у которого все же получилось частично собрать головоломку, говорил, что ему помешал магистр. С ним спорил щупленький паренек.
И мне тоже захотелось к ним подойти и вступить в дискуссию, все же я умела больше, чем почти все они. Но как только я подошла поближе, они все замолкли. Я поняла, что рано, надо, чтобы они ко мне привыкли, но все же было очень обидно.
Да, я приняла решение не обращать на это внимания, но если бы все было так просто!
После морга мне захотелось немного проветриться, но мы с девочками договорились, что встретимся через четверть часа после окончания пары у столовой. Там был такой заметный раскидистый куст с какими-то сине-красными плодами, которые, впрочем, никто не трогал. Я подозревала, что есть их нельзя и экспериментировать не собиралась, но точно не знала, потому что такое в наших краях не росло. Вот около этих зарослей мы и должны были ждать друг друга.
Я тяжело, но про себя, вздохнула, задрала нос повыше и проследовала мимо парней. Ну и ладно! Пусть попробуют у меня потом что-нибудь спросить или попросить!
Но до вожделенного куста я не дошла буквально метров пятьдесят, мне оставалось только повернуть за угол столовой, когда меня схватили за руку и утянули за ближайший дуб – необъятное такое дерево, которое стояло всего в паре метров от здания и его крона частично просто лежала на плоской крыше.
– Руку отпусти! – прорычала я, вырываясь из цепких клешней менталиста. Впрочем, он меня и не особо удерживал. – Чего надо?
– Так ты и правда такая злобная стерва? – усмехнулся тот, меня внимательно разглядывая.
А он симпатичный: аккуратно подстриженные черные короткие волосы не по нынешней моде, но мне так больше нравится – ненавижу длинноволосых мужчин, резкие, но при этом тонкие черты лица. Такой себе аристократический ловелас, который явно имеет успех у женщин и знает об этом. Наглый, самовлюбленный, судя по взгляду.
Так, это я немного увлеклась!
– Ты хотел мою стервозность обсудить? Поэтому у меня теперь синяки на предплечье? – схватил он меня и правда сильно, а еще дернул. На моей нежной коже следы точно останутся, но не то чтобы я по этому поводу переживала, потому что синяки у меня буквально от всего. Нет, я не больная, просто особенность русалочьей бледной, почти прозрачной кожи. А манипулировать виной я училась у лучших! В смысле, у мамы.
– Извини, я не хотел, – смутился тот.
– М-да, а чего же ты хотел? – зло усмехнулась я.
– Я хотел спросить, ты правда собираешься на меня донести?
О как, интересно! Это не эти ли деятели, которые мне мебель таскали, теперь нашего менталистика шантажируют? Или они просто на него за это окрысились? М-да, очень точное определение – вокруг одни крысы. По отдельности трусливые, но зато бойкот устроили всей стаей. Ну, может, кроме менталиста, который все же решил поговорить один на один.
– Давай информация за информацию? – оскалилась я в довольной улыбке.
– Чего ты хочешь? – насторожился он.
– Ты мне говоришь, кто инициатор бойкота и его настоящие причины, а я тебе пообещаю ничего не докладывать руководству. Как тебе идея?
– Мне это выгодно больше, чем тебе, – нахмурился тот. – Кстати, Маркус де Греатришь.
– Диана де Тремиль, – на автомате
