я водительницу такси.
Она с энтузиазмом кивнула.
– Часто представляю, что за люди работают в этом великолепном здании, как они делятся своими идеями и поглощают приготовленную на заказ еду, – ответила девушка.
Я улыбнулась ей.
– Там постоянно идет набор сотрудников.
Она махнула рукой.
– Нет, спасибо, я пишу диссертацию. Возможно, как-нибудь потом.
Мой телефон снова зазвонил. На этот раз Данте. Они не собирались сдаваться.
– Данте, теперь ты позволяешь моей сестре командовать тобой? – ответила я, поправляя юбку.
И услышала на заднем плане голос сестры.
– Вот видишь, я же говорила, она ответит на твой звонок.
– Просто отвечай, когда она звонит тебе, – как типичный мужчина, раздраженно проворчал Данте.
– Ты в курсе, что ты мне не начальник? Я не обязана отвечать на ее звонки лишь потому, что ты так сказал, – заметила я.
– Но раньше я был твоим боссом, и по привычке ты должна иногда слушаться меня, – усмехнулся он.
– Господи, что вам двоим надо?
– Я хотел, чтобы ты поговорила с ней, потому что твоя племянница уже доставляет мне немало хлопот. Она не хочет спать по ночам. Совсем не хочет, Иззи. Не знаю, откуда у нее берутся силы на бодрствование. – Я засмеялась, услышав в его голосе смесь раздражения и восхищения. – Иззи, я серьезно, не хочу, чтобы Лайла весь чертов день без причины переживала еще и о тебе.
Так я узнала, что Данте понимает меня лучше, чем мои братья и сестра. Он вырос рядом с нами, работал вместе со мной и стал отличным зятем. Он понимал, что я не планирую совершать необдуманные поступки.
– Данте, вероятнее всего, для нее причина есть, и весомая.
– У меня нет братьев или сестер! – признался он. – Не понимаю, для волнения нет повода.
– Возможно, она беспокоится о моей зависимости. – Я пожала плечами, не скрывая обиду.
– Тогда отвечай, чтобы она не надумывала лишнего, – ответил он, будто все было так просто.
Я вздохнула, потому что, возможно, слишком усложняла ситуацию. Не стоило так остро реагировать на беспокойство сестры.
– Передай ей телефон.
Я услышала шорох и детский писк, а потом голос сестры:
– Неужели это моя неуловимая сестра, которая должна скоро заехать в гости!
– Едва ли меня можно назвать неуловимой, я ведь писала тебе!
– Ага, вчера, когда отменила встречу. И чем таким важным ты занималась, что не смогла навестить нас?
Дорога занимала каких-то полчаса, но я жила в большом городе, тогда как Лайла переехала на ферму в нашем родном городке, неподалеку от дома родителей.
– Я знаю, что ты живешь не так далеко, просто у меня было много дел.
Очень похожий на мой голос звучал раздраженно:
– Иззи, я хочу, чтобы ты отвечала на мои звонки. Ты ведь даже не работаешь по воскресеньям, а сейчас у тебя есть лишь пять минут на разговор.
Я вздохнула. Зачем я рассказала ей о своем расписании? Ведь теперь она знала, когда у меня есть свободное время.
– Видишь. Ты вздохнула. Я знала, что-то не так. Я чувствовала. Ты пошла на ту вечеринку по случаю Хэллоуина, потом не ответила на звонок, отменив наши с тобой планы, и… – Ее молчание сказало все остальное. За эти годы я подорвала ее доверие, и пройдет немало времени, прежде чем я верну его обратно.
А может, мне никогда и не удастся добиться этого. Я задумалась, а не стала ли для них тем самым человеком с зависимостью, о котором им всегда придется беспокоиться. Не исключено, что до конца своих дней мне придется убеждать сестру, что я не собираюсь браться за старое.
Но разве не стоило быть за это благодарной? Мне повезло иметь человека, который искренне переживал за меня, хотя иногда я уставала от необходимости постоянно доказывать, что все хорошо, особенно после девяти лет воздержания.
– Лайла, у меня все нормально.
– Я понимаю, – проворчала она, однако я услышала в ее голосе облегчение. – Но что-то еще не так. Как прошла вечеринка?
– Все хорошо. – Вот только в один и тот же вечер я рассталась со своим парнем и тут же переспала с начальником. Вполне возможно, я испортила машину Джеральда, из-за чего мне может понадобиться адвокат. И в перспективе могу потерять работу, если босс решит, что я являюсь источником проблем. – Все в порядке. Но мне пора работать.
– У тебя есть пять минут. И если ты ничего не расскажешь мне, я натравлю на тебя маму.
– Ого, а вот теперь ты играешь грязно. – Я выпрямилась на сиденье.
– Неправда, вот только я у нее на хорошем счету, потому что подарила ей внучку, так что лучше бы тебе начать рассказывать.
– Надо было испортить ваши с Данте отношения, когда у меня была такая возможность, – фыркнула я.
По крайней мере, услышанное заставило ее рассмеяться.
– Подумать только, а я ведь жалела тебя, когда он выбрал меня.
Мы обе рассмеялись, и сестра немного смягчилась.
– Значит, ты хочешь, чтобы я позвонила маме? Попросила приехать к тебе и проверить, как ты живешь?
Я перестала смеяться.
– Ты не посмеешь. Не надо, не будь стервой.
– Может, я и стерва, но ты меня любишь.
По мере приближения к зданию корпорации я взвесила все варианты и решила, что Делайла все равно узнает. Вероятнее всего, Кейд многим делился с семьей и в частности с Данте. Мне очень не нравилось их родство. Именно так я и познакомилась с ним. Он появился в мой первый день работы с Данте, представившись его кузеном и главой отдела кибербезопасности.
Так что я вынужденно ответила:
– Кое-что произошло с Джеральдом. Мы расстались, но он продолжает писать… а потом случилось так, что я переспала с Кейдом, – тихо пробормотала я, надеясь, что сестра не будет заострять на этом внимание, но, услышав ее вздох, быстро продолжила: – Просто случайный секс на почве ненависти, понимаешь? Это больше не повторится, и теперь мне придется видеть его на работе, но раз обычно он там не появляется, возможно, я его и не увижу. А еще надеюсь, что не потеряю работу.
Делайла так долго молчала, что я решила, она отключилась.
– Ты здесь?
– Что? – закричала она.
– Мне пора на работу.
– Боже мой. Я знала, что Кейд запал на тебя, – пропищала она. – Помнишь, когда у родителей ты пошутила о поцелуе с Данте, а Кейд выглядел так, будто вот-вот взорвется?
– Он не…
– Говорю тебе, так и было! – ответила она так горячо, что я не стала спорить. – Теперь все обретает смысл. Тебе было суждено поцеловать Арманелли, просто сначала ты выбрала неправильного.
Меня раздражало, что она так
