сложились обстоятельства, это не поставит под угрозу нашу дружбу или ее отношения с моей сестрой. Но если не забывать правило «только один раз», никто не пострадает, и безусловно, не было нужды в том, чтобы Элли знала об этом.
Даже если на мне лежало проклятье, если говорить о сексе, и я прошел через ад с другими женщинами, которым потерял счет, насчет Пейдж я не беспокоился. Она была зрелой и ответственной, и я поверил ей, когда она сказала, что ни за что на свете не влюбится в меня.
Войдя в дом, я нашел Пейдж в столовой. Заметив меня, она закрыла свой ноутбук.
– Привет, – спокойно произнесла она.
Я не мог не думать, что у нее на уме. Предвкушает ли она нашу близость? Нервничает ли она? Или же она готова дать задний ход? Веди себя спокойно, ради всего святого…
– Все в порядке? – спросил я, снимая ботинки.
Она скользила взглядом по моему лицу, и я понял, что она в первый раз видит меня в хирургическом костюме. Тонкие темно-синие брюки сидели низко на талии, и выпуклость на них не укрылась от ее глаз.
– В порядке, – сказала она, по-прежнему приглушенным голосом. Подтянув колени к груди, она опять смотрела на меня, но я не мог разгадать выражение ее глаз.
– Я собираюсь принять душ. Поговорим, когда я закончу. – И под «поговорим» я подразумевал «трахнемся». По крайней мере, мужчина никогда не теряет надежды.
Поставив пакеты с покупками у стола, я направился в ванную. Прежде чем перейти к делу, мне нужно было смыть со своего тела стерильный запах больницы.
Стоя под струями воды, я, окруженный паром и теплом, расслабился, снимая с мышц напряжение. Я должен был чувствовать усталость после десятичасовой смены в больнице, главным образом в ногах. Вместо этого я был взвинчен, как зверь в клетке, готовый вырваться из нее. Я слишком долго желал Пейдж, и от предвосхищения того, что я наконец овладею ею, у меня почти кружилась голова. Хотя с медицинской точки зрения головокружение могло объясняться недостаточным приливом крови к голове, поскольку вся она недавно перекачалась ко мне пах, наполнив мой член.
Обтершись полотенцем, я застелил кровать новыми простынями. Я полагал, что она могла бы выглядеть лучше с пушистым пледом и подходящими по цвету подушками и всей той ерундой, за которой я ужасно не любил ходить по магазинам, но, по крайней мере, она должна была быть удобной. Я больше не желал ютиться на старом узком диване, с конца которого у меня свисали ноги. Я даже не хотел думать о том, как отвратительно было бы пытаться впервые трахнуть кого-то на этой проклятой штуковине. И не просто кого-то, а Пейдж. Я хотел, чтобы эта ночь стала самой прекрасной ночью в ее жизни.
Надев одни лишь джинсы, я вышел из комнаты, чтобы заявить свои права на нее.
Глава 11
Пейдж
Сидя и прислушиваясь к льющейся из душа воде, я дрожала все сильнее. Кэннон находился совсем близко от меня, готовясь к нашей сексуальной схватке, как мы и договаривались, но теперь я чувствовала себя еще более неуверенно, чем когда-либо.
Накануне вечером, когда я бросила ему вызов, узнав, что, по его мнению, женщины безнадежно влюбляются в него после первой же ночи, я ощущала себя сексуальной, осмелевшей от алкоголя, подхлестнутой полутонами нашей полуночной беседы. Теперь, когда я была трезва как стеклышко и провела целый день в безделье, но не переставала думать об этом, я была настроена уже не столь беззаботно и легкомысленно. Долгие часы я прокручивала в своей голове все возможные негативные последствия.
Вероятно, Элли перестала бы навсегда разговаривать со мной, если бы я соблазнила ее брата. Готова ли я была разрушить нашу дружбу из-за парочки приятных оргазмов? И кроме того, Кэннон был слишком молод для меня. Или, скорее, я была слишком стара для него. Я, вероятно, разочаровала бы его в спальне своими непримечательными способностями. А что, если то, что он сказал, правда, и он настолько удивителен в постели, что я влюблюсь в него и в конечном счете останусь с разбитым сердцем? Это была нелепая мысль, в лучшем случае глупое безотчетное предубеждение, но я не могла выкинуть ее из головы.
Не в силах больше сидеть, я встала и направилась к себе в спальню. Посмотрев в зеркало, я встревожилась, увидев, что у меня порозовели щеки, на шее выступили пятна, а глаза были безумными. Черт… Я была невероятно возбуждена и в то же время невероятно напугана, и обе эти эмоции были написаны у меня на лице.
Я разочарованно выдохнула. Это не входило в мои планы.
Я попыталась решительно ободрить себя. Я – зрелая женщина, которая может приятно провести вечер, примитивно занявшись сексом, как ответственный взрослый человек. В этом нет ничего страшного.
Черт. Кого я обманываю? Это очень страшно. Я была на грани нервного срыва, мое сердце билось с частотой миллион раз в минуту. Я всей душой желала этого, но у меня были совершенно эгоистические побуждения. Прежде у меня никогда не было удивительного любовника. Мне хотелось понять, существует ли на самом деле подобный мужчина, хотелось на этот раз отбросить осторожность. Но ничто не стоило той душевной муки, которая непременно последовала бы за этим.
Шум воды затих, и я услышала шаги Кэннона. Сердце у меня упало. Я не могла этого сделать.
Где была та храбрая девушка, сделавшая предложение Кэннону после того, как узнала его страшную тайну? Она исчезла. Растворилась в ночи вместе с моей смелостью.
Я расхаживала по комнате. Когда-то мой дом был сакральным пространством, но теперь он пах им, нес на себе явные следы его присутствия, куда бы я ни посмотрела. Его огромные ботинки у входной двери. Его ключи в блюде на столешнице. Чаша с яблоками на столе, откуда он брал их каждое утро, вонзая свои идеально ровные зубы в нежную плоть, мурлыча от удовольствия.
Я знала его привычки, знала его запах, но не знала, каким он был бы любовником, не знала, какие звуки он издавал бы, кончая. Кричал бы он от наслаждения, невнятно стонал бы или шептал бы мое имя, выплескивая свою страсть в меня? Я дрожала от любопытства.
Я была раздражена и устала быть порядочной, зрелой, ответственной взрослой женщиной, которой, как я знала, я должна была быть. Неважно, что мое желание переспать с Кэнноном
