которая могла бы ее охарактеризовать в полной мере. Она стоит посреди моей гостиной, оглядываясь и в отвращении морща носик, словно это место может испортить ее дизайнерские туфли.
Поппи появляется в коридоре и, немного хмурясь, смотрит на Хоуп.
— Как, черти возьми, тебе удалось найти это место? — спрашивает она.
— Тот частный сыщик на что-то сгодился, судя по всему.
— О, что ты сделала с ним, Хоуп? Убила? — спрашивает Поппи, прислоняясь к стене и скрещивая руки на груди.
Рот Хоуп в возмущении открывается до того, а затем она снова закрывает его.
— Нет, я просто угрожала, что донесу на него. И я до сих пор могу это сделать, черт возьми. Загребущий ублюдок.
— Я же сказала, что у меня все хорошо.
Она закатывает глаза.
— Малышка, ты далека от понятия «хорошо».
— Я в порядке настолько, насколько могу быть.
— Возвращайся домой. Это место…. Я уверена, что я контактировала с вирусом эболы и чесотки, как только переступила порог.
А, да, и Хоуп — совершенный сноб. Ее семья занимается производством виски в Ирландии. Ну, при таком раскладе виски легко может превратиться в нефть.
— Я никуда не хочу ехать, — стонет Поппи. — Никуда я не поеду.
Хоуп буравит меня своими глазами цвета меда.
— Ты всегда был предвестником плохих новостей, Брэндон О'Кифф, — она пробегается взглядом по моему телу, и на ее губах появляется легкая усмешка.
Я изгибаю бровь.
— А ты всегда была болтливой сучкой.
— Ладно, хорошо, — она пожимает плечами, а потом бросает сумочку на кофейный столик и упирается руками в бедра. — Тогда и я никуда не еду.
— Чертовски рад, — ворчу я, направляясь на кухню, и швыряю миску в мойку.
Передняя дверь открывается, и Киан с Финном влетают в дом. Киан резко останавливается на полпути, когда замечает Хоуп.
— Привет, сладкая, — тянет он, хватая ее руку и поднося к своим губам.
— О, Боже, — стонет Поппи и вскидывает руки в воздух, отворачиваясь.
Финн приветственно машет рукой и проходит мимо меня на кухню.
— Как тебя зовут, красотка, малышка? — похабно спрашивает Киан. И я закрываю лицо ладонью и качаю головой, просто ожидая, как Хоуп отреагирует на это.
Ее губы приподниматся в улыбке, и она разворачивается на каблуках, сокращая расстояние между ними. Наклонившись, она что-то шепчет ему на ухо, и он стонет. Когда она отстраняется, он прикусывает сжатый кулак, а его взгляд падает на ее грудь.
— Что угодно, — шепчет он, сложив ладони в молитвенном жесте. — Я весь твой.
Финн выходит из кухни с моим чертовым «Коко Попс» в руке. Он смотрит на меня, а затем переводит взгляд на Хоуп и Киана, смеется и набивает щеки, как бурундук, запасающий орехи на зиму.
— Хоуп, честное слово, — произносит Поппи, становясь между ними и отпихивая Киана, словно бродячую собаку. — Он милый, насколько это возможно, но он же грязнуля. Закончишь тем, что у тебя появится сыпь на губах или что-нибудь между ног. Побереги себя, — смеется Поппи, глядя на Киана.
Глаза Хоуп оценивающе скользят по всему телу Киана.
— Достаточно красив, чтобы я согласилась на сыпь.
Я прочищаю горло, видя возможность — слишком хорошую, чтобы оказаться чертовой правдой.
— Хоуп, познакомься с Кианом. Киан, это Хоуп, — я отступаю от Киана и хватаю его за плечо. — Бога ради, забери ее с собой?
Он наклоняет голову в сторону.
— Думаю, меня можно уговорить взять ее в свою команду, — бросает он, поправляясь.
Поппи вздыхает, качая головой.
— Ты хотя бы понимаешь, что только что познакомил двух самых развязных шлюх Британских островов, Брэндон?
Хоуп издает возмущенный стон.
— Я — не шлюха. Просто щедрая. Считайте это благотворительностью.
— Ага, — смеюсь я. — А Киан — подарочек с продолжением. Будешь страдать от хламидий неделю или две.
Поппи кивает, слегка закатывая глаза, а потом осматривается.
— А по какому поводу общий сбор?
— Да мы в зал собирались.
— Хочешь присоединиться?
Черт, если это поможет мне избавиться от Хоуп, то я в игре.
— Конечно.
Глава 15
Поппи
“Gold” — Kiiara
Хоуп аккуратно наносит толстый слой ярко-красной помады. Знаю, что вела себя грубо, когда она приехала. И понимаю, что мне не следовало этого делать, но, черт, можно мне немного побыть и такой.
— Так он сказал тебе, какого черта ушел в самоволку? — спрашивает Хоуп, копаясь в сумочке, и достает черную подводку для глаз. — Есть точилка?
— Нет.
— Нет, у тебя нет точилки, или ты не выяснила, почему он ушел в самоволку?
— И то, и другое.
Она качает головой, пытаясь подцепить ногтем хоть немного подводки.
— Никогда не понимала тебя и твое неуважение к макияжу.
Я вздыхаю.
— Так почему ты его не спросила?
Все выглядит довольно просто. И вы подумаете, что я хотела бы выяснить, что происходило у него в голове, когда он сбежал. Но я не стала этого делать, думаю, я просто не хотела, или меня это больше не заботило.
— Просто не спросила. Он, знаешь ли, немного не в себе.
— Возможно, у него ПТСР. Боевые действия хреново влияют на ребят, я умею в виду, убивать людей и все такое, можешь себе представить? — она размазывает остатки карандаша и бросает его в сумочку. — Он уже успел напугать тебя до чертиков?
В голове вспыхивает его срыв в ту ночь, когда я нашла его. Как он придавил меня предплечьем во сне. Таким, каким он был несколько ночей назад.
— Не совсем…
— Нужно подождать. Послушай, я не хочу быть стервой, Поппи, но ты помнишь Силис?
Силис был каким-то ирландским военным, с которым она «встречалась» несколько лет назад. Он буквально сошел с ума.
— Да, такого точно не забудешь.
— Ага. Посттравматическое стрессовое расстройство. Его семья клялась, что он был самым покладистым человеком в этом мире, прежде чем пошел на войну и участвовал в боевых действиях. Поппи, это то, что можно контролировать. Но ты не можешь его исправить, ты знаешь это?
Я смотрю на ее отражение в зеркале, мои щеки горят от гнева. Она не понимает.
— Он — не сломанная игрушка, Хоуп. Там нечего исправлять.
Она опускает подбородок на грудь, делает вдох и качает головой.
— Я не это имела в виду, просто… Поппи, ты увязнешь с ним в этом. Твоя голова будет постоянно в хаосе, и вскоре с таким человеком ты не будешь знать, где верх, а где низ, и где твоя задница, чтобы ее подтереть.
— Мы можем поменять тему или типа того?
— Конечно, — говорит она, поправляя волосы и отворачивается от зеркала. — Итак, бой. Во сколько начало?
— В
