из окна Леха, что-то усердно пережевывая. Я бы сначала принял душ, пусть и из шланга.
— Игорь, ты долго? — киваю на шланг, который парни зажали между веток, действует он по принципу душа.
— Заканчиваю, — смывая с себя пену.
Поднимаюсь в комнату, скидываю тяжелые ботинки. По-хорошему их бы надо постирать. Переобувшись в шлепки, захватываю с собой ботинки. К завтрашнему вечеру высохнут.
Скидываю на землю шмотки, их все рано стирать, остаюсь в одних трусах.
— Давайте пересмотрим условия, мы не согласны, — голос доносится из открытого окна. — Эти две недели не в счет, — возмущается Стас.
Мои бойцы опять на что-то поспорили. Интересно, на что? Скучно им, ля… Заберу у всех карты. Поднимаю взгляд к окну, а там резко смолкают. Настораживает и вызывает подозрение реакция парней.
— Багир, мы у тебя кровать медика заберем? — спрашивает Леха. Я только голову намылил.
— Зачем? — не открывая глаз.
— Неудобно втроем на одной постели спать.
— Пусть переселяется ко мне, — поставленным командным голосом. Зачем мне это нужно? Хочу убедиться, что мой организм в тот день просто не проснулся…
Глава 25
Алеста
Спрашивается, зачем я спряталась на втором этаже и тайно подглядывала за Багировым? Мои поступки выглядят как минимум странно. Будто голых мужиков не видела. Раньше, может, нечасто видела образцовые экземпляры, но за последние две недели я тут насмотрелась. Анатомическое строение мышц могу с закрытыми глазами воспроизвести на холсте.
Через открытое окно слышны голоса ребят, но они проходят фоном мимо моих ушей. Залипла я на фигуре нашего командира. И ведь не в первый раз. Прет от него харизмой и сексуальностью. Универсальный солдат! На обложку военного журнала разворота можно помещать. Чтобы девчонки слюной исходили. Вот прям как я сейчас.
— Пойду свое обещание выполнять, — в комнату заглянул Леха, кинул взгляд на постель и поспешил выполнить обещание.
— Угу, — виновато отскакивая от окна, будто он мог догадаться, что я наблюдала за майором.
Как только за Лехой закрылась дверь, вернулась к наблюдательной точке. Услышав их диалог, чуть не выпала из окна, ухватилась за пыльную штору. Все руки не доходили их простирнуть.
— Да нормально, Багир, мы как-нибудь перекантуемся эту ночь, — Лешка, как и я, не ожидал такого решения.
С чего ему в голову пришло меня к себе заселить? От волнения ладошки вспотели. Мысленно я прошу Лешку отговорить Багирова от этой «замечательной» идеи. Пусть говорит, что я храплю во сне, воняю, как тухлая рыба, и даже пукаю! Нет, последнее уже перебор. Хочется даже на войне среди мужиков оставаться леди и феей.
— Я сказал, пусть переселяется, — запрокидывая голову вверх, уверенными быстрыми движениями смывает шампунь. Проводит ладонью по лицу, убирая воду.
— Да мы тут еще день-два, зачем эти телодвижения?
— Леш, ты меня не понял? — поворачивает голову, во взгляде сталь. Не отступится. Вот же гадство!
К Багирову в комнату я точно жить не пойду, пусть что-нибудь придумают. Паника топит. Можно сразу идти сдаваться. Мне уже не до любования. Совсем не цепляет, как Багиров начинает намыливать торс. Мечусь по комнате, не знаю, что делать. Свой отказ переезжать нужно ведь как-то обосновать?
— Аль… — виновато произносит Леха, входя в комнату.
— Я слышала, — перебиваю, не хочу тратить время на лишние разговоры. Складываю вещи, которые ребята разбросали по спальне, но это не успокаивает. Обычно помогало.
— Может, ему снотворное в чай налить? — искренне предлагает Лешка. Наивный.
— Лошадиную дозу чего-то мощного? — потому что ничего другого Багирова не возьмет.
— Да, — сарказм Леха не уловил.
— Гениальная идея. Нужно только до вечера достать усыпляющую пневматику, самонаводящиеся летающие шприцы и препарат, усыпляющий даже медведя. Где будем брать?
— Ну тебя, Алька!
— Ты серьезно думаешь, что какой-нибудь снотворной таблеткой можно уложить на всю ночь беспробудно спать?
— Надо Стаса позвать, сообщить, что у нас зад… засада. Ребятам стоит сказать, что их ставки горят, — рассуждал Лешка, а я думала о том, что, предчувствуя большие неприятности, горит моя задница, которая попала в настоящую засаду!
Леха ушел к ребятам тихо решать, что делать. Чтобы не пахнуть, как девочка, воспользовалась парфюмом Стаса, позаимствовала в его рюкзаке, когда разбирала вещи. Из комнаты старалась не высовываться, но выйти поздороваться с майором было необходимо. Я так нервничала, что сердце работало с перебоями, будто предчувствуя какую-то катастрофу.
— Алька, Батя тебя поставил сегодня в наряд с Пыжом, — вернулся довольный Лешка. Большой радости я не испытала, скорее всего, просто выгорела от нервного напряжения. До утра продержусь. Закончив с уборкой, приготовилась к дежурству. Спустилась в полной боевой экипировке: шлем, бронежилет, под весом которого уже не проседали ноги, шарф-маска, перчатки и винтовка, ее мне презентовал Батя.
С Багировым мы столкнулись внизу, чуть не поздоровались лбами в проходе. Хотя мой лоб приходился ему чуть выше солнечного сплетения, при столкновения пострадать могла только моя голова.
— С возвращением, — протягиваю руку в перчатке. Он никак это не комментирует, тут, на фронте, обычное дело. Голос до привычной хрипоты не удается понизить, но я стараюсь.
— Где ты прятался? — рассматривает недовольно, я бы сказала, зло.
— Просто не пересеклись с вами. Ребят латал, медикаменты перебирал, кое-что нужно будет закупить перед отправкой. Вам моя профессиональная помощь не требуется? — глаза майора вспыхивают опасным огнем, неужели еще не забыл про тампон в носу?
— Нет, я здоров, — недобро усмехнувшись. — Вещи перенес?
Вот же противный!
— После дежурства, я в наряд заступаю, — хоть бы нас завтра отправили на передовую, чтобы не ночевать с ним в одной комнате.
Выдыхаю, потому что, больше ничего не сказав, майор уходит.
На плечо опускается тяжелая рука. Обернувшись, встречаюсь с добрыми глазами Кота.
— Правда, что вы вместе со Стасом душ принимали? — ржет парень. Багиров в это время поднимался на второй этаж. Он споткнулся на ровном месте. Смотрю на застывшую спину Багирова, мимо которого эта фраза не прошла.
— Тупая шутка, Кот! — корчу обиженную и спешу убежать из дома, пока
