— Мне ску-учно… Белл, когда я уже смогу выходить?
Она умоляюще смотрела на меня, прижимая подушку к груди…
— Хм… — подойдя к ней и наклонившись, я заглянул в её глаза.
Она слегка задрожала.
— Ты хорошо себя вела всю эту неделю… Ладно. Я разрешаю тебе выходить, но только вместе со мной.
— А? — на её лице появилось удивление, — то есть…
— Пока что, только со мной. Заставь меня верить в тебя, если хочешь большее… — сказав это, я коснулся её руки… — покажи мне, что ты действительно бог…
Моё желание задавить её было сильно… Но, как и сказал, я привык, и медленно учусь видеть в неё то, что можно хвалить. Страхом я сделаю её послушной и верной, но она будет безынициативной. Мне также нужна её преданность, чтобы она сама хотела сохранить эту ужасную связь…
Но для этого, мне нужно ослепить её. Отрезать её от всех прочих связей…
— Хорошо… — она кивнула, и, аккуратно поднявшись, сказала, — можем мы пойти и купить что-нибудь вкусное?
Я лишь кивнул и дал ей время на то, чтобы она собралась.
— Хорошо выглядишь… — пожав плечами, я шёл вперёд, держа её за руку… Потная… Её рука жутко потеет. Видимо, ей страшно от того, что я могу завести её в любой тёмный переулок.
— Гестия? — раздался чей-то мужской голос слева. Посмотрев туда, я увидел мужчину с длинными чёрными волосами.
Кто это?
— О, Миах! — Гестия посмотрела на него, улыбнулась и уже было попыталась побежать к нему, но моя рука держала её довольно крепко… — о-х…
— А этот юноша рядом с тобой? — медленно, этот незнакомец подходил к нам.
— Ох, это Белл-сан… Он мой последователь и первый член моей семьи!
— О-о! Так ты всё же нашла своего первого последователя! Очень рад за тебя, Гестия… Я давно теб… О-ох…
Почему-то, Миах странно посмотрел на меня.
— А у твоего последователя довольно жуткий взгляд, не так ли?
Взгляд? А… Кажется, я напрягся. В последнее время, мне часто говорят, что у меня какой-то злобный взгляд.
Даже Сир говорила, что я будто убить пытаюсь взглядом…
Улыбнись и веди себя как подобает последователю.
— Извините, просто я слегка разволновался, когда увидел друга моей любимой богини… — отпустив её руку, я сделал небольшой поклон.
— Вот как… Понимаю. Рад, что у Гестии появился такой сердечный последователь. Вот, держи, в качестве подарка со вступлением в семью… — сказав это, он протянул мне слегка сияющее зелье.
Выпрямившись, я увёл левую руку за спину Гестии, а правой взял «подарок».
— Большое спасибо… — кивнув, я положил зелье в карман. Ещё пригодится.
Миах очень полезен.
— Кажется, я уже слышал о тебе, Белл-сан. Тебе знакома моя последовательница, Крула?
— Ох, да. Мы встречались с ней на вылазке Семьи Локи. Она работала наёмником, а я — помощником. Мы неплохо поладили… — улыбнувшись, я начал свою небольшую «пакость».
Гестия выдохнула от удивления, но не подала виду.
— Ох, точно. Она говорила о очень талантливом помощнике, у которого до сих пор не было семьи. И предлагала взять вас… Но так и не нашла… — выражение лица Миах стало слегка печальным.
— Я следовал за зовом своего сердца, и нашёл Госпожу Гестию, тепло которой… — сказав это, я взглянул в глаза покрасневшей Гестии, дыхание которой сбилось, — смогло растопить моё сердце…
Миах улыбнулся, услышав мои слова.
— Значит, такова судьба. И я рад, что мы не нашли тебя раньше… Гестия? Всё хорошо?
— А? — её расплывчатый взгляд поднялся обратно на Миаха, — д-да… Просто кушать уже хочу. Мы с Беллом шли в магазин.
— Ох, понимаю. Я тоже шёл за продуктами для моей семьи. Тогда, не буду задерживать вас. Если вам что-то понадобится — заходите. Семья Миах с радостью поддержит Семью Гестии…
Помахав нам на прощание, он ушёл…
— Белл-сан… Х-хватит…
— А? — я посмотрел на Гестию, не останавливая свою руку, — ты против?
— Д… Это нехорошо…
Я улыбнулся, и, слегка пригнувшись, сказал:
— Ты позволила играть с тобой, на глазах у другого бога. Самой-то не стыдно? Не чувствуешь себя грязной, а, Богиня?.. — шепча ей это, я поднёс свои слегка мокрые пальцы к её лицу, — я испачкался об тебя… почисти…
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Н-но… Это же… — её лицо было полностью красным, а глаза бегали по сторонам.
Я точно давлю слишком сильно. Нужно закругляться, иначе она снова сорвётся.
— Это твоя грязь… Ты не в состоянии принято саму себя? Ну, тогда ладно…
Сказав это, я облизал пальцы, смотря ей в глаза.
— Как я и говорил, я приму тебя полностью, какой бы грязной ты ни была…
Её взгляд застыл на мне. Малыми шагами, я должен медленно захватывать её разум. Я точно не тот человек, которого она смогла бы полюбить. Но я буду тем, кто не оставит ей другого выбора…
Это единственный путь, который у меня может быть.
…
Помимо ежедневно-необходимых продуктов, в виде овощей, крупы и костей, мы купили печёную картошку в одной из лавок неподалёку от дома. Кажется, ей нравится такое…
Я тоже попробовал одну, но… На мой вкус, очень сладкая.
Хотя…
Я сделал ещё один укус.
— Вкусно…
— Угу… — она лишь кивнула, смотря на землю.
Как джентльмен, пакеты с едой я нёс сам. Она лишь медленно шла рядом, временами бросая взгляд на меня.
Тут я либо слишком сильно надавил на неё, либо это произвело на неё слишком сильное впечатление. Но учитывая её бурную реакцию на любое упоминание каких-либо эротических вещей, то не думаю…
… ну, или она просто не успела осознать свою сексуальность. Мне один из бандитов Креза в пьяном угаре рассказывал, что есть женщины, которые долго не могут понять свои потребности и интересы.
Правда, он делал это, оправдываясь за изнасилование девчонки, якобы, это она сама этого хотела, просто не понимала. Выродок, одним словом. Надо будет и его прирезать.
— Богиня… — улыбнувшись, я сказал ей: — знаете ли вы, сколько людей пострадали из-за меня?
— А? — такое резкое изменение в разговоре она точно не ожидала.
— Я погубил больше сотни людей. Хотя, своими руками я убил не так много… Но, я часто был вынужден подставлять новичков-авантюристов под опасности, заводить их в ловушки и засады, обкрадывать и обрекать на изнасилования. Причём, насиловали даже не всегда девушек… Те выродки, которых я видел, насиловали даже парней, если они были достаточно красивыми… Когда мне было четырнадцать, я, к слову, тоже был довольно женственным парнишкой…
Я помню каждый момент того ада, который я прошёл.
Сколько бы я не пытался забыть и отдалиться, оно не исчезнет до тех пор, пока я жив.
— Это случилось, когда мне отказал бог, который сам предложил мне вступить в его семью… Я как сейчас помню. Я стою на коленях, и сзади мне раздаётся предложение. Я плачу, бросаюсь к этому богу в ноги с благодарностью, а она говорит мне…
Я вижу её лицо, на котором медленно появляется осознание.
— «Ты мерзкий… уйди от меня…» — стоит мне произнести эти слова, как образ её отвращения, направленного на меня сверху-вниз, полностью заполняет моё сознание.
— Так это… был ты…
Я останавливаюсь. Прямо сейчас, когда я возродил эти чувства в своём сердце, мне хочется убить её.
— Да… Тогда, в тот день, когда ты бросила меня, я начал превращаться в того, кого ты видишь… Ты уже видела все те шрамы на моём теле, не так ли? Ножевые ранения, ожоги, удары от кнута, обморожения, колотые раны, порезы… Всё это из-за тебя…
На её глазах появился ужас и… печаль. Она почти что плакала, смотря на меня.
— Ладно уж… Идём домой. — сказав это, я освободил руку, чтобы похлопать Гестию по голове, — я приготовлю ужин. А потом… подумаем, что будет потом…
…
Я не просто так излил ей душу.
Пусть чувствует вину. Пусть страдает.
Сожаления помогут сломать её «я».
И сделают нашу связь ещё крепче.
Глава 18: Монстрофилия (1)
— Белл-сан! — её голос зазвучал прекрасной мелодией, согревающей моё сердце.
