В.К. Жиров указывает, что он «имеет личный опыт деятельности …, в результате которой уже третий год на основе совместной научно-просветительской работы Полярно-альпийский ботанический сад-институт Кольского НЦ РАН (директором которого является В.К.Жиров – А.С.) взаимодействует с 6 монастырями и 2 приходами, расположенными от Кольского п-ова до Нижегородской области» (с.625).
Однако будем надеяться, что предложенный «проект» клерикализации ООПТ и рассмотренная статья так и останутся курьёзами российской истории, а его автор не станет обременять и отвлекать ученых от насущных дел. Этому могла бы способствовать Российская Академия Наук, присоединившаяся к европейской декларации об опасности креационизма для образования.
В институте, руководимом В.К.Жировым, возникло противостояние между администрацией и рядом материалистически мыслящих сотрудников, поэтому члены Мурманского отделения Русского Ботанического Общества (РБО) прислали обращение к Президиуму РБО (Санкт-Петербург) с просьбой высказать свое мнение о публичной православно-религиозной пропаганде, ведущейся директором ПАБСИ В.К.Жировым. Рассмотрев обращение, а также ознакомившись с некоторыми материалами и отдельными письмами, касающимися публичной пропаганды «православно-религиозных» подходов к проблемам методологии биологических наук и охраны природной среды и биоразнообразия, ведущейся В.К.Жировым, Президиум РБО 5 февраля 2010 года вынес постановление, в котором было сказано, что Президиум «согласно своему Уставу, в числе главных задач своей деятельности определяет пропаганду (и защиту) подлинно-научных теоретических и прикладных достижений ботаники. Исторический (эволюционный) и экологический методы биологии в целом – это и важнейшие, принципиально-основные методы ботаники. Невежественные, непрофессиональные суждения В.К.Жирова о какой-либо «новой методологии таксономических исследований» под патронажем Русской православной церкви или «новой концепции охраны и рационального природопользования» – РБО, разумеется, отвергает, и «новой научной парадигмой» считать не может» (Сайт РБО, 2010).
Проблема сосуществования научного (материалистического) и религиозного мировоззрения в нашей стране приобретает стратегическое значение, поэтому, очевидно, возникает необходимость в освещении официальной позиции Российской Академии Наук по данной проблеме, в частности в связи с начавшимся экспериментом по ознакомлению детей в начальной школе с основами религий.
ЛИТЕРАТУРА
Жиров В.К. Человек и биологическое разнообразие: православный взгляд на проблему взаимоотношений // Вестник МГТУ. 2008. Т. 11. №4. С. 609–626.
Савинов А.Б. Материалистический эволюционизм и религия: вечная проблема сосуществования // Эволюция: космическая, биологическая, социальная. М.: URSS, «ЛИБРОКОМ», 2009. С. 128–152. (http://rogov.zwz.ru/Macroevolution/savinov2009.doc)
Сайт РБО // http://www.binran.ru/rbo/zhirov/answer.htm (доступ 12. 03. 2010 г.)
Снакин В.В. Экология и охрана природы. Словарь-справочник. М.: Academia, 2000. 384 с.
Цена моделирования интеллекта: от математической софистики к государственному финансированию
Додонов Ю.С. и Додонова Ю.А.
В четвертом номере журнала «Психологическая наука и образование» за 2009 г. вышла статья Ушакова Д.В. и Лобанова А.Г. «Цена интеллекта: от психологических категорий к экономическим»[2]. Кратко ее содержание сводится к следующему: разрабатывается модель, объясняющая связь способностей людей с экономическим успехом страны. Предлагается формализация модели, на основании которой «делается оценка экономического эффекта от осуществления программ поддержки одаренной молодежи» [2, с.15]. Авторы приходят к выводу, что «если увеличить эффективность 5% наиболее одаренного населения на 50%, увеличение экономических достижений составит 7,4% для всей страны в целом» [2, с.27], а следуя другому способу подсчета – 9% [2, с.28], что в любом случае для России составляет приблизительно 2,5-3 трлн. рублей в год. Авторы говорят об экономическом применении предлагаемой модели, претендуя именно на «ясную оценку роли интеллекта в экономической жизни страны и возможность численного выражения этой оценки» [2, с.28].
Каким образом на нескольких страницах статьи удалось «найти» дополнительные 2,5-3 трлн. рублей в год в бюджет нашей страны? Схема построения «математической модели» выглядит примерно так. Авторы берут за основу данные Р. Линна [1, 3], отражающие взаимосвязь среднего интеллекта по стране и дохода на душу населения. Проводится аппроксимация этих данных степенной функцией – получается зависимость продуктивности от среднего интеллекта по стране. С другой стороны, продуктивность рассматривается как сумма индивидуальных показателей эффективности, после чего оценивается изменение продуктивности (экономических достижений страны) при том или ином изменении индивидуальной эффективности одаренных людей. Забегая вперед, скажем, что авторы сталкиваются с некоторым затруднением, поскольку аппроксимация данных Р. Линна не дает никакой информации о зависимости индивидуальной эффективности от индивидуальных показателей интеллекта – чтобы доказать, что данная зависимость имеет тот же вид, что и в среднем по странам, авторам пришлось доказывать, что квадрат среднего равен среднему квадратов. Однако этой математической манипуляции предшествовал ряд других, не менее любопытных с точки зрения математики преобразований.
Итак, собственно моделирование начинается в разделе «Построение формальной модели». Авторы опираются на данные Р. Линна о взаимосвязи среднего интеллекта и среднедушевого дохода, которые позволяют говорить о наличии положительной корреляции и возможности аппроксимации функциями, имеющими положительную вторую производную. Естественно, приведенные данные сами по себе не дают возможности сделать вывод о направленности влияния, однако авторы, следуя логике некоторых других исследователей, исходят из априорного предположения об односторонней детерминации со стороны интеллекта и вводят соответствующую функцию.
Первое же математическое преобразование, осуществляемое авторами, заслуживает отдельного внимания. В данных Р.Линна «интеллект наций был измерен по шкале, на которой за среднее в 100 баллов принимался средний интеллект по Великобритании, а стандартное отклонение составило 15 баллов. Значения IQ для всех остальных стран располагались относительно этого критерия» [1, с. 92]. Однако Д.В.Ушаков и А.Г.Лобанов «для удобства» [2, с.23] преобразуют оси координат данных Р. Линна таким образом, чтобы по оси IQ наименьшему значению IQ соответствовало нулевое значение, а максимальному – «1». Речь идет не о «сжатии» шкалы, а именно о приравнивании к нулю минимального значения по данным Р.Линна – заводится абсолютный «нуль интеллекта» [2, с.24]. То есть взяли и провели «обрезание» шкалы – удивительные вольности с преобразованиями шкал!
В итоге получается, в частности, что в модели людей с IQ менее 60 баллов просто нет. Авторы предпринимают попытку содержательно объяснить данную манипуляцию – «для интеллекта ниже 60 отсутствуют производимые продукты, влияющие на экономические показатели. Это с психологической точки зрения правдоподобно, поскольку значения коэффициента интеллекта, меньшие 60 баллов, соответствуют достаточно глубокой олигофрении» [2, с.25]. Вроде бы, выглядит логично? Однако при подобной постановке вопроса в Конго, Центральной Африканской Республике или Камеруне почти 40% населения должно иметь диагноз глубокой олигофрении (средний IQ в этих странах, в соответствии с данными Р.Линна, как раз и равен 64 баллам). Учитывая, что авторы статьи делают допущение о равенстве дисперсии интеллекта внутри всех стран [2, с.27], глубина проблемы умственной отсталости в перечисленных странах поражает воображение. Можно, правда, предположить, что данные Р.Линна не вполне корректны – существуют работы, в которых вполне недвусмысленно показывается, что Р.Линн отбирал исследования для своего анализа таким образом, что, в частности, данные о среднем интеллекте стран Центральной Африки оказались существенно искажены в сторону занижения [4,5]. Однако авторы статьи игнорируют этот факт, используют данные Р.Линна в качестве отправной точки для моделирования и даже заводят «нуль интеллекта», признавая «мертвыми душами» более трети населения доброго десятка стран. Не говоря уже о том, что допущение о равенстве дисперсий в странах, например, со средним интеллектом 64 балла и 108 баллов выглядит более чем сомнительно.
Собственно, упоминание понятия «дисперсия» в статье особо интересно. Авторы с удивительным постоянством называют термином «дисперсия» то, что в математике, вообще-то, называется «стандартное отклонение». Так, на с. 25 читаем: «дисперсия интеллекта, составляющая по определению 15 баллов шкалы IQ», далее на с. 27 снова: «с одинаковой дисперсией внутри всех стран, равной 15» [2]. То есть в формулы число «15» (в трансформированных шкалах – «0,3») подставляется в нужные места, только вот содержательно для авторов, по всей видимости, что дисперсия, что стандартное отклонение – всё едино. Что это – безграмотность или небрежность? В любом случае, подобное обращение с терминами удивительно в ситуации, когда доктор наук и руководитель научного подразделения берется заниматься математическим моделированием.
