— Почему же? Думаешь, вы, богатеи, чем-то отличаетесь от прочих? Уверяю тебя, это не так. У вас все, точь-в-точь как у тех людей, которых вы называете простыми — два глаза, два уха, нос, руки-ноги… ну и прочее, не стану описывать, чтобы не травмировать твою тонкую душевную организацию.
Коре почудилось, что за столом на мгновение воцарилась тишина, но в следующую минуту она с облегчением поняла, что это лишь игра воображения. Никто ничего не слышал. Даже Брендон спокойно продолжал обсуждать с Биллом технические вопросы. Тогда Кора повернулась к Рите.
— К твоему сведению, я больше считаю Руппи Хэтмена своим другом.
Та мастерски изобразила удивление.
— Не может быть! Ведь Руппи просил передать тебе наилучшие пожелания и все такое…
Конечно, Кора могла бы лишь пожать плечами, оставив сказанное без ответа, но подобная реакция наверняка сыграла бы на руку Рите. Поэтому с нарочитым удивлением Кора обронила:
— С трудом верится, что Руппи мог произносить в мой адрес какие-то хорошие слова. Мы с ним расстались почти врагами.
— Неужели? Странно, он отзывается о тебе доброжелательно. И вообще описывает очень… — Рита скользнула по фигуре Коры неторопливым взглядом, — живописно. Порой я даже завидовала, что подобное говорят не обо мне, а о какой-то самодовольной клуше.
Ого, это уже близко к публичному оскорблению, подумала Кора. Еще немного — и у меня появится повод для судебного иска.
Однако Рита оказалась не такой простой, как можно было ожидать. Спеша загладить впечатление от своих слов, она изобразила вполне светскую улыбку.
— То есть это я тогда представляла тебя клушей, а сейчас вижу, что ты… э-э… не так похожа на клушу, как мне казалось.
Кора прикусила губу. По форме фраза Риты выглядела как извинение, а по сути оскорбительный эпитет прозвучал еще два раза.
Однако Кора решила проигнорировать данный факт. На кону стояло нечто большее, чем словесные баталии.
— Узнаю Руппи, — обронила она с саркастической усмешкой. — Этот подхалим готов льстить любой женщине, которая в состоянии снабдить его средствами к существованию. А жить он привык на широкую ногу.
— О да, Руппи это любит! — неожиданно подхватила Рита. — Приобрел эту привычку, приняв участие в киносъемках.
— В качестве статиста, — уточнила Кора.
Но Рита пропустила ее замечание мимо ушей.
— Сколько его знаю, он всегда изображает из себя то кинозвезду, то американского плейбоя, то еще кого-нибудь в этом роде. К примеру, сейчас он похож на латиноамериканского мачо: накачал в спортзале бицепсы, постоянно ходит с трехдневной щетиной, в кожаных брюках и льняной рубашке. — Рита внимательно посмотрела на Кору, будто пытаясь понять, какое впечатление произвели на ту ее слова.
— Представляю… — протянула Кора, единственно чтобы не разочаровывать ее.
Глаза Риты вспыхнули.
— О, жаль, что ты его не видела! Он бы тебе понравился. — Она сделала короткую паузу, а когда продолжила, в ее голосе проявились вкрадчивые нотки: — А давай устроим все по-хорошему: ты вернешься к Руппи, а я возьму себе Брендона! Хочешь? Соглашайся! Руппи сейчас просто красавец, правда!
Кора едва рот не разинула. До встречи с Ритой ей даже в голову не могло прийти, что она когда-либо услышит такое возмутительное предложение. Ей потребовалось несколько мгновений, чтобы прийти в себя, а затем она буркнула:
— Что Руппи красавец, я не сомневаюсь. Он всегда следил за собой. Внешность — его рабочий инструмент.
— Что, неужели согласна? — сдерживая волнение, спросила Рита.
Интересно, она настолько наивна или меня идиоткой считает? — промелькнуло в мозгу Коры.
— Я не стану комментировать твое предложение, а лишь скажу, что ставить вопрос таким образом неправильно.
— Почему? — обиженно надула губы Рита. — Ты не можешь меня упрекнуть — я предложила честный обмен!
Как вам это нравится? — мысленно спросила Кора, обращаясь неизвестно к кому.
— Допустим, обмен честный, но решаем ведь не только мы с тобой. Высказаться должен Руппи…
— Он согласится! — быстро произнесла Рита.
— …и Брендон, — закончила фразу Кора. — Ему не понравится, что подобный вопрос решили без него.
На мгновение ее посетило ощущение, будто она разговаривает с сумасшедшей. Но что оставалось делать? Счастье, что Брендон ничего не слышит.
Пока Кора размышляла, справа прозвучал смешок. Издать его мог только один человек — Рита. Повернув голову, Кора удостоверилась в этом.
— Что такое? — хмуро спросила она, почти уверенная, что сейчас услышит очередную если не гадость, то глупость.
— Не понравится Брендону? Да у него просто не будет иного выхода!
Кора мгновенно напряглась. Нет, Рита не сумасшедшая! У нее что-то есть на уме. Что-то важное и… страшное.
— Почему это у него не будет… — Фраза завяла на устах Коры: не к кому было обращаться, Рита уже весело болтала о чем-то с Питом Сандерсом. Глядя на нее, можно было подумать, что она уже забыла о состоявшемся минуту назад разговоре.
А слева от Коры продолжалась беседа Брендона с Биллом.
Несколько минут Кора сидела, поворачивая голову то вправо, то влево или глядя прямо перед собой, и в какой-то момент ее охватила грусть. Она почувствовала себя одинокой на этом праздничном ужине.
Подали десерт — бисквитный торт со сливочным кремом и свежими фруктами. Он был изумительно вкусен, и в другое время Кора даже крошки не оставила бы на тарелке, но сегодня лишь ковырнула раз-другой ложечкой. Настроение у нее было порядком испорчено разговором с Ритой.
Правда, она старалась этого не показывать. Вместе с остальными гостями смеялась над разными потешными историями или анекдотами, сочувственно кивала Шарон, которая жаловалась на то, какими трудными оказались роды у ее любимой собачки, той-терьера Милли, а попутно изо всех сил старалась игнорировать присутствие Риты… но не могла не заметить, что та все чаще смотрит на Брендона.
Он же или ничего не видел, или искусно притворялся.
Кора же едва дождалась окончания ужина — настолько нестерпимой для нее была сложившаяся ситуация. Ей то и дело приходилось улыбаться, — уже скулы сводило! — хотя на самом деле она с наслаждением впилась бы в лицо красавицы Риты ногтями.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
