Читаем без скачивания Жизнеописание Сайфа сына царя Зу Язана - Эпосы

Царь Афрах взял мальчика, повел его к жене и рассказал ей обо всем. Дочь царя назвали Шамой, поэтому царь сказал своей жене:

– О мать Шамы, возьми этого мальчика, потому что он вернулся к нам.

Увидев Вахша, царица поднялась, обняла ребенка от всего сердца и поцеловала его в лоб. И радости ее не было пределов.

О благородные господа, вы уже знаете, что Вахш был унесен от источника и снова вернулся туда, а причиной тому было дивное диво и чудо из чудес. Когда Камария бросила мальчика в безлюдной степи, среди голых равнин и каменистых дорог, и, оставив его под деревом, вернулась в свои земли, не страшась гнева могучего и славного бога, мимо того дерева прошла одна из цариц джиннов, а с ней была ее дочь по имени Акиса, красотой подобная светлому солнцу. Мужем царицы джиннов был великий царь, правитель обширных земель и краев. Звали его Белый царь, а жил он на Лунных горах у истоков Нила. Этот царь прожил долгую жизнь, но у него не было других детей, кроме этой дочери, его светлого солнышка, которую он назвал Акиса – Длиннокосая, холил и лелеял, одевал в шелка и парчу. И вот ее мать отправилась по какому-то делу и взяла Акису с собой. Она миновала безлюдную пустыню и остановилась в долине среди горячих песков и зеленых холмов, чтобы отдохнуть и поесть, и случилось все это по велению всеведущего бога. Она устроилась под тем самым колючим деревом и хотела немного поспать, как вдруг услыхала голос младенца, который плакал в раскаленной полуденным зноем степи. Царица подошла к ребенку и, увидав его, пожалела и накормила грудью. Когда дитя насытилось, царица оставила его, взяла свою дочь и возвратилась к мужу, которому рассказала о том, как нашла в пустынной степи маленького ребенка, накормила его и ушла домой. Когда царь услышал ее слова, его охватили гнев и тоска, и он стал упрекать свою жену за то, что она сделала, говоря:

– Горе тебе, ты что же, не боишься бесчестия, бесславия, унижения и позора? Как же ты оставляешь малое дитя в дикой пустыне, раскаленной полуденным зноем? Ведь ты кормила его своей грудью, и он стал твоим сыном!

И царь в гневе обнажил меч. Увидев это, царица так испугалась и встревожилась, что взлетела высоко над землей и понеслась над пустынями, степями, равнинами и горами, пока не прилетела к тому месту, где она видела ребенка. Но теперь она не нашла там никаких следов младенца, потому что как раз в этот день охотник взял мальчика, отнес его к царю Афраху, и произошло все то, о чем мы уже говорили. Охваченная тревогой и беспокойством, царица джиннов стала облетать низины и равнины, горы и долины, обходить пустыни и болота, пока не услышала, что этот мальчик находится у царя Афраха. Тогда она отправилась к царскому дворцу, взяла ребенка, и произошло то, о чем мы уже поведали. Потом она полетела обратно к Лунным горам и истокам Нила, все еще тревожась и волнуясь. Прибыв в свои земли, царица отправилась к Белому царю и рассказала ему все, как было. Царь обрадовался и развеселился, а царица стала кормить мальчика грудью вместе со своей дочерью. Так проходили дни, месяцы и годы. А через три года царица, взяв мальчика, возвратилась к царю Афраху, но об этом мы уже говорили. Вернемся же теперь к нашему рассказу после молитвы, вознеся и восславив племена рабиа и мудар.[51]

Глава пятая

Когда царь Афрах снова взял мальчика, все его горести и печали развеялись. Он сказал своей жене:

– Мы отведем ему особое место, где он будет играть и веселиться, назначим ему слуг, которые будут заботиться о нем и днем и ночью, с утра и до вечера.

Царица согласилась с мужем, и он выбрал для мальчика такое место и поручил его заботам своих слуг. Так ребенок рос, пока ему не исполнилось семь лет. Тогда мальчик попросил, чтобы его обучили искусству верховой езды. Царь приказал привести невысокую и смирную кобылицу, но эта лошадь не понравилась Вахшу, и он отказался сесть на нее. Тогда ему привели темного как ночь вороного жеребца, взращенного вождями арабов, который рыл копытом землю. Этот конь пришелся по душе Вахшу, мальчик сразу вскочил на него и выпрямился в седле. Потом он попросил длинное копье и острый меч, и, когда слуги принесли ему это оружие, дивясь его силе, Вахш выехал на площадь и стал состязаться с юношами. Он наносил своим противникам удары мечом, вышибал их из седла длинным копьем, побеждая всех, кто пытался померяться с ним силою. Так он упражнялся до тех пор, пока его плечи не развились и руки не окрепли. Каждый день он выезжал на площадь и вызывал на поединок своих сверстников, а потом стал одолевать не только юношей, но и взрослых героев-храбрецов и посрамлять на поле боя рыцарей. Всякий, кто вступал с ним в поединок, очень скоро раскаивался и мечтал только об одном: как бы выйти из этого боя целым и невредимым. Вахш побеждал всех, рассекая своих противников мечом, потому что он принадлежал к роду стойких мужей и храбрейших рыцарей. Так он стал одним из лучших всадников и храбрейших героев. И когда он прославился своим воинским искусством и превзошел красотой и добродетелью всех людей своего времени, поэты стали слагать о нем стихи, потому что стоило только ему выехать из дому, как он поражал сердца и свободных и рабов – все сгорали от любви к нему.

Когда Вахшу исполнилось четырнадцать лет, он возмужал и окреп, у него на подбородке стал пробиваться темный пушок, а родинки на щеках стали похожи на комочки амбры. Повзрослев, Вахш пристрастился к охоте и к другим молодецким забавам и развлечениям, и они занимали все его время. Так и рос Вахш аль-Фала, так он обучился верховой езде и воинскому искусству.

А царь Афрах однажды спустился в диван и сел на царский трон, окруженный везирами и эмирами, приближенными и доблестными воинами, арабы и слуги стояли перед ним. Вдруг вошел мудрец Сакрадион. Царь поднялся ему навстречу, почтительно его приветствовал и усадил рядом с собой как близкого родича, говоря:

– О великий мудрец нашего времени, знаешь ли ты о том, что известно теперь всем и каждому?

– О доблестный царь-победитель и герой-устрашитель, расскажи мне, в чем дело, – сказал советник.

И царь Афрах сказал:

– Знай, о великий мудрец нашего времени, что мальчик по имени Вахш аль-Фала, найденный охотником и унесенный джиннами, возвращен на то же место, откуда его забрали. А похитила его царица джиннов, которая сказала мне: «Теперь я стала его матерью, а он – моим сыном: ведь я вскормила его своим молоком и вырастила его в своей стране. Береги же этого мальчика и смотри, чтобы никто не причинил ему зла и не нанес вреда. А тому, кто вздумает обидеть Вахша, придется испить чашу гибели из моих рук и навеки распрощаться с этим миром, он бесследно исчезнет с земли, и никто не узнает, где он».

Когда мудрец услышал это, у него чуть не разлилась желчь. Он сказал царю Афраху:

– Знай, о потомок благородных царей, тебе необходимо удалить этого юношу и разлучить его с твоей дочерью, чтобы они не смогли сблизиться, потому что, если только это случится, Зухаль так разгневается на тебя, что погубит всех людей нашего племени в горах и долинах.

Царь Афрах поверил этим обманным словам и сказал Сакрадиону:

– Будь по-твоему, о доблестный мудрец!

А пока Вахш рос, царь Афрах приводил мальчика за руку в диван и усаживал его рядом с собой среди своих приближенных и родичей, брал с собою на охоту и прочие царские забавы. Вахш привык ездить верхом и вступать в поединки и днем и ночью. Каждый день он выходил в город и если находил охотника поиграть с ним, то побеждал его и повергал во прах. А если кто-нибудь пытался обидеть его, когда он гулял по городу, то такого обидчика он убивал на месте, будь то стар или мал, бедный или богатый эмир. Жители города стали приходить в диван царя Афраха и жаловаться на Вахша, а царь отвечал им: «Это ведь маленький ребенок, бедный сирота», а сам радовался его силе великой радостью. Но жители города все чаще и чаще жаловались на обиды, причиненные Вахшем. Никто не мог стать у него на пути, а уж если кто задевал его, тому приходилось совсем туго.

Когда мудрец Сакрадион узнал об этом, он встревожился и задумался, а гнев его закипел еще сильнее, чем раньше, наполняя злобою и жестокостью его сердце. И вот однажды он с грустным и задумчивым видом обратился к Афраху и сказал ему:

– О доблестный царь, если ты не удалишь этого юношу, не изгонишь его из нашей страны и не избавишь от него нашу землю, клянусь Зухалем на небесах и звездами на их кругах, я напишу своему брату Сакрадису, чтобы он рассказал великому царю Сайфу Араду Громогласному, правителю этих земель и краев, о том, как ты взрастил на нашей земле врага. Узнав об этом, царь Арад пошлет против тебя могучее войско, подобное бушующему морю, отберет у тебя землю, унизит тебя и с позором изгонит из города в самые дальние края, так что тебе никогда больше не видать этих мест. Он разрушит твое жилище и сотрет твои следы с лица земли, и люди скажут: «Был когда-то в этом городе царь по имени Афрах, но его изгнали, и ему пришлось скитаться в пустынях и степях».