к сыну и сам Шамиль и даже на какое-то время бросил его в зиндан. Джамалуддин стал мрачен и нелюдим, его здоровье стало быстро ухудшаться. Горские лекари были бессильны, и тогда Шамиль скрепя сердце попросил князя Барятинского прислать к сыну русского доктора. Врач осмотрел Джамалуддина и вынес неутешительный вердикт: безнадежный случай – больной ни на что не жалуется и не желает своего выздоровления. Джамалуддин умер от тоски и был похоронен в высокогорном ауле Карата, где его держали, по сути, под арестом.
Елизавета Оленина пережила своего жениха на 62 года. Уже в преклонном возрасте, став к тому времени баронессой Энгельгардт, она рассказала племяннику Петру Оленину историю своей любви, и тот описал ее в повести «Невеста Шамиля». Совсем недавно, в 2022 году, эти события легли в основу фильма «Аманат» режиссеров Антона Сиверса и Рауфа Кубаева.
Хаджи-Мурат – герой или предатель
Родиной легендарного Хаджи-Мурата – героя повести Льва Толстого – был Хунзах, столица Аварского ханства, которое на тот момент входило в сферу влияния Российской империи. Когда в июле 1836 года русские войска заняли Хунзах, генерал Франц Карлович Клугенау, заметив талантливого молодого горца, назначил его командиром военного подразделения аварской милиции. Эта должность позволила Хаджи-Мурату сосредоточить в своих руках огромную силу, и тогдашний временный правитель Аварии Ахмед-хан Мехтулинский, опасаясь амбициозного аварца, обвинил его в тайных переговорах с Шамилем. Хаджи-Мурата арестовали, заковали в кандалы и под усиленной охраной отправили в ссылку в Темир-Хан-Шуру (нынешний Буйнакск). На узкой горной тропе начальник конвоя разрешил снять с арестанта кандалы, и Хаджи-Мурат, воспользовавшись этим, сумел бежать, спрыгнув с высокого уступа. Искать его не стали, решив, что он погиб.
Но Хаджи-Мурат выжил. Его полумертвого нашли и выходили чабаны. Но при падении он сильно искалечил ноги, так что остался хромым на всю оставшуюся жизнь.
Жажда мести и обида привели Хаджи-Мурата к Шамилю. Очень скоро он стал его ближайшим сподвижником и оставался правой рукой имама в течение 10 лет. Дерзкие набеги Хаджи-Мурата наводили ужас на русские гарнизоны. О его храбрости и отваге ходили легенды, а бесстрашие было поразительным даже для горцев.
Но к 1850 году отношения между Шамилем и Хаджи-Муратом стали портиться. Сказывались интриги, оговоры и, возможно, ревность самого Шамиля. Когда во время набега на Табасаран Хаджи-Мурат потерпел поражение, имам обвинил его в провале, сместил с должности наиба и потребовал сдать военную добычу. Это было тем более несправедливо, поскольку сам Шамиль выделил Хаджи-Мурату для операции всего 500 человек, что заведомо обрекало ее на неудачу.
Осенью 1851 года Шамиль созвал в чеченском ауле Автуры государственный совет, на который был приглашен и Хаджи-Мурат. Но на пути в Чечню он узнал, что его люди схвачены и что Шамиль собирается арестовать и казнить его как изменника. Перед Хаджи-Муратом встал тяжелый выбор, и он сделал его в пользу русских.
Сын наместника Кавказа полковник Семен Михайлович Воронцов не поверил, когда ему сообщили, что с ним хочет вступить в переговоры сам Хаджи-Мурат. Но перебежчиком действительно был горец, чье имя приводило в трепет весь Кавказ. Местом проживания беглецу была назначена Нуха (теперь азербайджанское Шеки) за Лезгинской кордонной линией. Ему разрешили посещать город, охотиться и ездить по окрестностям в сопровождении небольшого конвоя.
Оказавшись в чуждой обстановке, по сути в плену, Хаджи-Мурат сильно изменился, стал задумчив и очень тосковал по жене и детям, которых Шамиль посадил в яму. Чувствуя подозрительное отношение к себе со стороны русских, он решил вернуться в горы вместе с четырьмя преданными ему мюридами. Убив во время очередной прогулки двух конвоиров и не дав опомниться остальным, беглецы пустили коней в галоп. Погоня застала их на следующий день в небольшой роще. Бой продолжался более пяти часов. Хаджи-Мурат умер, как и жил, храбрецом, израненный и изрубленный с шашкой в руке. Вокруг него осталось лежать 17 убитых врагов.
Отрубленную голову Хаджи-Мурата в сосуде со спиртом в качестве доказательства его смерти отправили в Тифлис, а оттуда в Петербург. Могила отважного горца стала зияратом – местом поклонения мусульман. В мае 2019 года его останки были перенесены из Азербайджана и перезахоронены в его родном Хунзахе. Отрубленная голова Хаджи-Мурата по-прежнему хранится в Кунсткамере Санкт-Петербурга.
Толстой и Дагестан
Лев Николаевич Толстой знал Дагестан не понаслышке. Он приехал на Кавказ 23-летним юношей без определенной цели в поисках новых впечатлений, поддавшись уговорам старшего брата Николая. И пробыл там без малого три года. Именно на Кавказе началась совершенно новая для него жизнь. Очарованный горами, «их нежными очертаниями и воздушной линией вершин» молодой барин решил поступить на военную службу.
Сдав экзамен на звание юнкера, он был зачислен фейерверкером в 4-ю батарею 20-й артиллерийской бригады, где служил его брат Николай. Батарея дислоцировалась в станице Старогладской под дагестанским Кизляром на самой границе с беспокойным миром горцев. Здесь всегда ждали набегов с противоположной стороны Терека, а вечерами у костра ветераны любили рассказывать об одержанных ими победах. Всю эту непростую бивачную жизнь в казацкой станице Толстой блестяще описал в повести «Казаки».
ТОЛСТОЙ БЫЛ ХРАБРЫМ СОЛДАТОМ. ОН УЧАСТВОВАЛ В ВОЕННЫХ СТЫЧКАХ, ВСТРЕЧАЛСЯ С ПЛЕННЫМИ, ВИДЕЛ ПОТЕРИ С ОБЕИХ СТОРОН, И ОЧЕНЬ СКОРО КАВКАЗСКАЯ ВОЙНА ЛИШИЛАСЬ В ЕГО ГЛАЗАХ РОМАНТИЧЕСКОГО ФЛЕРА, ЗА КОТОРЫМ ЕХАЛИ СЮДА МНОГИЕ РУССКИЕ ОФИЦЕРЫ.
На Кавказе он не увидел всего того, что ожидал, начитавшись сентиментальных рассказов Бестужева-Марлинского. В повести «Набег» он писал: «Неужели тесно жить людям на этом прекрасном свете, под этим неизменным звездным небом? Неужели может среди этой обаятельной природы удержаться в душе человека чувство злобы, мщения или страсти истребления себе подобных? Все недоброе в сердце человека должно бы, кажется, исчезнуть в прикосновении с природой – этим непосредственным выражением красоты и добра».
Повесть «Кавказский пленник» была написана Толстым на дагестанском материале и основана на реальных событиях. В местной газете «Кавказ» он вычитал историю унтер-офицера Готовницкого и солдата Дудатьева, которые были взяты в плен, закованы в колодки и посажены в яму в дагестанском ауле Миатли. Под покровом ночи они сумели выбраться наружу и вдоль реки Сулак смогли добраться до расположения русских войск. Все бытовые детали в повести, начиная от одежды горцев до обстановки сакли, были списаны Толстым с натуры. «Горница хорошая, стены глиной гладко вымазаны, к передней стороне пуховики пестрые уложены, по бокам висят ковры дорогие; на коврах ружья, пистолеты, шашки – все в серебре. В
