перебила ее визгом сильная личность.
- Инкуб, тогда уж! - поправил ее Граф, не разжимая зубов.
- Не важно, один чёрт! Не трогай меня! - Лера буквально выдернула свои мягкие ткани из его челюсти.
- Ты пальцами просила не трогать, про губы, зубы и прочие органы ты ничего не говорила! - прохрипело сиятельство прямо в ухо и подползло ближе.
Надо было отдать должное, руками он, и правда, не трогал и даже не пытался, поэтому Лере не составило труда откатиться от визитёра под одеялом ещё на полметра. Она с удовольствием обнаружила себя одетой в то же, в чем уснула накануне: в штанах и футболке.
- Слушай, я что-то не помню, чтобы подавала резюме в твой бордель! - Лере, наконец, удалось укротить связки и смягчить тон с сирены противовоздушной тревоги до диктора вечерних новостей.
- А я помню, ты на кухне изъявляла желание отработать. Вместо этого валяешься целый день, бесплатно ешь, пьёшь, безобразничаешь...
Лера не успела соскочить с постели, оказавшись как-то под Графом, спелёнатая одеялом. Он подмял кулёк с Новодворской под себя и оседлал его сверху. Она мельком удостоверилась, что всадник в трусах, однако первозданно голый, мощный торс мужчины температуру ее терпения держал едва ли не на грани. Графьи бедра плотно сжимали Леру в области талии и не давали ей даже попытаться расшатать ситуацию в свою пользу.
- Продолжаешь шпионить ночами? - он навис сверху, утопив руки-сваи в подушку под ее головой и очертил колючим взглядом Лерино лицо.
- Тоже мне, великая государственная тайна! - фыркнула она из смирительного мешка. - Ты ядерный потенциал страны что ли, чтобы шпионить за тобой? А если тебя так напрягает мое общество, я могу уйти прямо сейчас, я в логово мафии на экскурсию не напрашивалась!
- Уже говорил тебе, что это невозможно. Кое-кто настаивает на твоём аутодафе. Скажи спасибо, что здесь я все решаю. В твоём положении, нужно быть более благодарной и менее зубастой. Тебе в детстве мама не объясняла, что совать свой нос в личную жизнь взрослого дяди опасно? Сказку про чудовище читала?
Лера прикусила язык прежде, чем успела напомнить этому упырю про камеры в ее комнате. Внутрення женщина взяла управление Лериной речью на себя.
- Я поняла… - проворковала она. - Это была презентация? Ваше сиятельство хотели впечатление произвести на дЕвицу? Не буду лукавить, произвели. В вашем возрасте - это подвиг!
Где-то далеко, в зрачках свинцовых глаз, выросли два ядерных гриба и Леру накрыло ударной волной того самого запаха. Он не был отвратительным и даже неприятным он не был. Но он остро ассоциировался с образом обнаженного мужского тела, которое она видела на шкурах у камина.
«На «шкурах»…» - хрюкнула Лерина женщина и глупо захихикала.
- Правда или действие? - вопрос застал врасплох. Лера даже подумала, что выходила из сознания, поэтому не заметила, как диалог потек совсем по другому руслу. - Ответишь честно, избежишь наказания за воровство!
- Какое ещё воровство?
- Литературное! Из моего кабинета выносить книги запрещено. А в твоём случае ещё и чревато последствиями. - Граф наклонился так близко, что Лера, невольно, зачерпнула носом облако его углекислого газа. Сердце больно заколотилось в грудную клетку, будто у него был шанс ее покинуть.
- Ты завелась? Ты мокрая? - прострелил он шёпотом левое Лерино ухо, угодив прямо в левый сосок. - Ответишь? Или предпочтешь попробовать что-то новенькое?
Она зачем-то вжала затылок в подушку, словно желая утонуть в ней целиком, лишь бы все это прекратить. Сердце пошло наружу пищеводом и Лере с большим трудом удалось проглотить его на место.
Граф ухмыльнулся. Ядерная зима затопила радужку его глаз и Новодворская поняла: он уже знает правду - она завелась. Отрицать бесполезно и глупо. И все, что она сейчас соврёт - ещё больше убедит его в этом.
- Это естественная реакция тела. Химическое взаимодействие нейромедиаторов из группы моноаминов, - не сдавалась сильная личность, хоть голос вибрировал совсем по-женски - почти чувственно.
- Лера! Я спросил: ты завелась?
- Да! - сквозь зубы выжала Лера и уставилась в серые глаза. Хорошо, что Дракула не в курсе, каких усилий ей стоило выдерживать его взгляд.
- А сейчас? Мокрая? - он опять прострочил ее шёпотом от уха до самого предмета их приватной беседы.
- Послушай… - как можно ровнее выдохнула Лера Графу в ключицу, - дядя, ты или с виагрой завязывай или ещё одну единицу с низкой социальной ответственностью в штат возьми. Я лучше посуду на кухню мыть пойду или унитазы чистить...
- Хорошо! - Граф неожиданно резко соскочил с неё и с кровати. - Можешь с завтрашнего дня приступать. Найдёшь Виолетту на кухне, она тебе покажет фронт исправительных работ, - сказал он, облачаясь в тонкий, цвета шейки селезня халат. Лера, наконец, смогла поднять на него взгляд, не боясь за целомудренность своих мыслей.
- Что… серьезно? И на какой срок?
- Пока тебе не надоест, девочка моя, - он вложил в это «девочка моя» столько садистского томления, что Леру даже под одеялом сковало льдом.
- То есть…
- Это ни на что не повлияет. Хочешь мыть посуду, даже с учетом того, что ее давно уже моет машина, пожалуйста. Ты сама свой выбор делаешь. Я никуда не спешу.
- А он у меня есть? Выбор?
- Конечно, - Граф подвязался поясом, однако, скользкая ткань расползлась на широкой груди, притягивающей неискушённый девичий взгляд. - Лера. Все будет зависеть от того, как ты сама себя оценишь. Ты либо моя гостья. Либо - прислуга. Выбирай.
Он взял стопку краденых книг и уже шагнул к выходу, но обернулся, будто вспомнил что-то.
- Кстати, - он прочесал колючий подбородок, - гостям позволено пользоваться библиотекой на первом этаже. Совсем необязательно совершать набеги на мой кабинет. Бассейн, сауна, спортзал, терраса во внутреннем дворе тоже в полном распоряжении гостей. Для гостей я - Глеб. Для прислуги - Глеб Гордеевич.
Граф подмигнул совершенно непристойно и вышел из комнаты. А Лера сосчитала десять Миссисипи и только тогда начала вылупляться из кокона. Скатилась с кровати и на ватных конечностях поползла в ванную, по пути смерив презрением кресло,
