ухватил старосту под локоток и оттащил его с сторону. — Почему меня как-то ненавязчиво хоронить раньше времени начали?
— Дык ночью в реке сейчас никому не искупаться. Вернее, искупаться то можно. Вот только выбраться… ты не выберешься, иноземец. — Староста пьяно улыбнулся, похлопал меня по плечу и смылся к той части деревенских, которая плясала под балалайку.
— Черт знает что…– Я покачал головой.
Торжество продолжалось до самого вечера. Пока на улице не начало темнеть. После этого, местные быстро и организованно скучковались, вытолкали меня вперед и мы отправились в сторону реки. Выглядело все так, будто преступника под конвоем ведут топиться.
Когда меня, наконец, оставили одного, я решил, надо готовиться. Стянул вещи и занялся разминкой. Попрыгал. Побегал. Начало холодать. Хотя по всем законам логики, точно такого быть не должно. Лето стояло в самом разгаре и днем это ощущалось по жаре. Судя по тому, что природа сказочного мира выглядела, как привычная мне, а народ здесь жил русский, климат, значит, тоже родной. Так откуда холод, блин?
— И когда полночь, интересно… — Я остановился на берегу, пялясь в темную воду, которая стала казаться какой-то пушающе-мрачной. Обхватил себя руками, пытаясь согреться.
А потом откуда-то издалека донёсся женский смех. В первые несколько секунд я был уверен, заблудилась или отстала какая-нибудь тетка из провожавших. Но смех не отдалялся. Наоборот. Он звучал все ближе. Вдруг из воды, прямо рядом с тем местом, где я стоял, вынырнула девушка.
Ночные купания и неожиданности (2)
— Потерялся, добрый молодец? Может, дорогу подсказать? — Поинтересовалась незнакомка приятным, тягучим голосом.
Я с интересом изучал девицу, которая, по пояс высунувшись из воды, с многозначительной улыбкой смотрела мне в глаза. Взгляд у нее был, кстати, с весьма определённым намёком. С конкретным таким. Намёк этот распознать несложно. Я подобных откровенных взглядов за свою жизнь повидал очень до хрена. Особенно часто они появляются, эти взгляды, когда звучит моя фамилия, а потом следует уточнение — «сын того самого Паринова». Так что вполне очевидно, сейчас меня тоже «снимают». Радовал тот факт, что в данном конкретном случае «снимают» именно меня, а не мой банковский счет и не папашино имя.
Да и потом, сложно не понять намерения незнакомой особы или ошибиться в них, когда из воды она вышла по пояс и я прекрасно мог рассмотреть в свете луны ее обнаженную грудь. Между прочим, грудь неплохая, но не «вау». Прям вот так уж откровенно девке не нужно выпячивать свои прелести. Лично по мне — на «троечку». Естественная, да. Натуральная. Но в данном случае, это больше минус, чем плюс.
Девке на вид было не меньше тридцатника. Не первой свежести, если что. Бледная, изможденная какая-то. Или выглядит она просто хреново…не знаю. Может, замерзла, бедолага. Я вон на берегу, и то прыгал, чтоб согреться. А вообще…Я, конечно, далеко не ханжа, но…взрослая девочка сиськами голыми трясет, как малолетняя дура.
Впрочем, что уж скромничать? Надо признать. Голыми были не только сиськи. Девица была голой вся. Целиком.
И вот тут получилась нестыковка. По идее особа, которая сейчас светила передо мной прелестями — это русалка. Теоретически. Если верить рассказам местных. Но шла она по речному дну своими ногами. Я вроде не дурак, прекрасно вижу эти ноги в тёмной воде. К тому же незнакомка приблизилась к берегу еще почти на метр, и теперь помимо груди можно было рассмотреть все остальное. Правда, желания не имелось рассматривать, но это — детали и речь сейчас о другом.
Вопрос… Если она — русалка, где тогда хвост? Потому что, раз хвоста нет, то, получается, передо мной — просто обычная девица? Какого тогда черта она голая в реке плавает? Точно помню и по картинкам, и по мультфильмам, у русалки должен быть хвост.
— Да вроде в помощи не нуждаюсь. — Я перестал прыгать, как дурачок, и подошел ближе к воде, чтоб не орать на всю округу. — А вот ты, мне кажется, зря в речке ночью лазишь.
— Почему? — Дамочка широко улыбнулась, а потом откинула назад длинные волосы, которые так и норовили оказаться впереди, закрывая весь обзор, чему я, на самом деле, был несказанно рад. Имею в виду, закрытый обзор. Вот реально, вообще не хотелось заморачиваться сейчас с голыми, странными девками.
— Слушай…не берусь утверждать достоверность этих слов, но говорят, ночь не лучшее время для купания. Вроде как русалки тут балуются.
— Русалки⁈ — Девица ахнула и прижала одну ладошку к губам, выражая, наверное…хрен его знает, что она выражала. На испуганную точно не похожа. Кривляется, да и все. В общем, с блажью, видать, дамочка.
Заметив, что я совершенно не ведусь на ее манипуляции, девка решила пустить в ход тяжелую артиллерию. Она выгнула немного спину, выставляя вперед все свои прелести.
— Так, может, ты меня спасешь? От русалок.
Девица снова улыбнулась и при этом провела кончиком языка по нижней губе.
Ну…не знаю. Если это попытка соблазнения, то — такое себе. Видали и получше. Некоторые натурально из трусов выпрыгивали. Танцы, стриптиз, клубника со сливками, игрушки там всякие, нижнее белье соответствующее, которое вроде есть, но его, считай, нет. А это…детский сад какой-то, честное слово. Единственное, на что могу списать такую корявую попытку — они тут люди деревенские, простые, об эротике ничего не слышали.
— Гражданочка, я не не знаю, кто ты и зачем полезла в реку ночью. Просто слишком много людей сказали, что это — опасно. И не верить им смысла нет. Может, ты так хочешь с жизнью распрощаться, конечно. Дело твое, не вопрос. Но…давай, вон туда…
Я махнул рукой, намекая, чтоб девка, если ей, к примеру, приспичило топиться, свалила подальше. Хоть вниз по течению, хоть вверх. Все равно. Впрочем, нет. Не все равно. Пусть лучше вниз. А то сверху ее опять ко мне принесет.
— Странный ты…– Незнакомка перестала скалиться и облизываться.
К счастью. Просто это больше напоминало не сцену про разврат, а будто кушать ей хочется сильно. Как назло именно в этот момент мой желудок заурчал, намекая, что нам тоже пора подкрепиться. Нас кормили в последний раз, когда только столы накрыли на поляне. И то, задолбали потом все подходить и торжественные речи толкать. Не поел даже нормально.
— Могу ответить тем же. Уж не страннее тебя. — Пожал плечами, демонстрируя дамочке, насколько меня не колышет ее мнение, — Я хоть
