Читаем без скачивания Солдаты из гранита - Александр Тамоников

— Пойду проверю.

— Погоди, после обеда, как я уйду отдыхать, сходишь за доктором, заодно пройдешь до торговцев, поинтересуешься, не приезжал ли сегодня Керим. Меня до утра не будить. Утром обсудим твою задачу. А теперь ступай.

Но идти Халилу никуда не пришлось. В проеме двери появилась фигура его жены:

— Извините, обед подавать?

— Подавай, женщина, — махнул он рукой.

Майса вышла, через несколько минут вернулась, сняла старую скатерть, застелила новую, забрала пиалы, чайник, пепельницу. Принесла все чистое, затем лепешки и зелень, казан с аппетитно дымящимся хорошо прожаренным мясом молодого барана. Поклонилась, пошла на выход. Хадыр взглянул на Халила, и тот остановил жену:

— Постой, Майса!

— Да, Тахир? — обернулась женщина.

— Ты это, как уберешь, будь в женской половине, да белье смени, я приведу доктора, он посмотрит тебя. Куплю козьего молока, масла, надо лечиться, не нравится мне твое покашливание.

Было заметно, что женщина не ожидала подобного отношения мужа, который уже ждал ее смерти, и растерялась. Но тут же взяла себя в руки:

— Спасибо, Тахир!

— Ступай. Зайдешь убраться, как позову, так что будь рядом.

— Да, Тахир! — кивнула Майса и ушла.

— Представляю, в какой она растерянности, так с ней я не разговаривал последних лет пять, — усмехнулся Халил.

— Женщинам много не надо. Но беречь жену и заботиться о ней ты обязан, раз взял в жены. Или избить, если она проявила непослушание.

— Проще убить!

— Но не в твоем случае. Твоя жена хорошо готовит, прекрасное мясо, и зелень подобрана как надо. Некоторые нарвут все подряд, а твоя жена выбирала, чтобы подходило к жареному мясу.

Отобедав, Халил вызвал жену. Пока она убиралась, он проводил Хадыра в хижину Куниров. Внешне она была похожа на развалюху, внутри же ничего, временно жить можно. Из мебели только кровать чарпай, которая не вписывалась в комнату. Чарпаями в основном пользовались зажиточные оседлые афганцы. Странно, что братья не продали кровать, бежав к хатуитам. Но это их дело. На кровати циновка, сверху кошма, свернутый матрас с подушкой внутри, рядом чистое белье. В доме прохладно.

Хадыр расстелил постель. Халил же отправился к доктору и на рынок, держа полученные деньги в кармане штанов. Таких денег у него еще не было. А Хадыр обещал еще столько же, а потом еще. Так можно жить. Майса все равно помрет, лечи не лечи, а выживет, будет работать, как мул, а он ласкаться с молодой второй женой. Да с такими деньгами он быстро поднимется. Там, глядишь, и третью жену в дом приведет. Тахир повеселел, страхи отошли, для него начиналась новая жизнь. Если бы он знал, как ошибался.

Глава пятая

Хадыр настолько устал, что проспал до следующего утра. Около 9 часов его разбудил Халил:

— Ислам! Просыпайтесь.

Хадыр открыл глаза, посмотрел на хозяина дома, пришел в себя:

— Салам, Тахир!

— Салам! Долго же вы спите.

— А сколько времени?

— Почти 9 часов.

— Это сколько же я проспал?

— Почти восемнадцать часов.

— Да-да! Много. Где я могу умыться, привести себя в порядок?

— Жена принесла теплую воду, туалет, сами знаете, во дворе.

— Хорошо. Ты приводил врача?

— Да. Он осмотрел Майсу, сказал, что это какое-то воспаление, но не легких, чего-то, что я не запомнил. Вы были абсолютно правы, доктор сказал, что ей надо больше пить теплого козьего молока с маслом.

— Вот видишь. — Хадыр поднялся и изучающее взглянул на Халима: — А что по Кериму? Был он вчера в Альдаге?

— Он и сейчас здесь. Более того, Керим Кунир в моем доме. Он приехал вчера утром, торговал, сегодня собирался уезжать, остановился у своего давнего товарища, многодетного Али. Их семьи были дружны. Они даже договорились, что в будущем сын Керима возьмет в жены дочь Али.

— Как ты заманил его в дом?

— Сказал, что с ним хочет поговорить троюродный брат из Кандарама.

— И он вот так, ничем больше не интересуясь, пришел?

— Я еще сказал, что вы тоже по торговой части.

— А?! Молодец, сообразил. Так, я быстро привожу себя в порядок, ты же ступай к Кериму. Скоро подойду. Как появлюсь, найди предлог, чтобы уйти.

— Хорошо!

— Давай, Тахир! Ты начал очень активно, это поощряется.

— Надеюсь на вашу щедрость.

— Все тебе будет, ступай! Да, как вы шли сюда, многие видели?

— Не считал, но в этом нет ничего особенного. Керим и раньше заходил ко мне.

— Ступай!

Халил вышел, а Хадыр умылся, причесал бородку, оделся, захватил с собой телефон, включил функцию диктофона и отправился в дом Тахира.

Керим поднялся при появлении гостя, поздоровался:

— Салам алейкум, уважаемый!

— Ислам, зови меня Ислам.

— Салам, Ислам!

— Салам, Керим! Наслышан о тебе, об истории бегства вашей семьи от головорезов Фарди.

— Да, было дело, пришлось бежать к хатуитам.

Халил, помня наказ Хадыра, сказал:

— У меня дела, друзья, позвольте, я оставлю вас, Майса принесет чай, поговорите.

— Хорошо, Тахир, занимайся, конечно, делами, — кивнул Хадыр.

Майса принесла чай, лепешки, сладости, посуду, пепельницу и также тихо удалилась.

Хадыр разлил чай по пиалам.

— Люблю местный чай, он здесь какой-то особенный.

— Его привозят из Кандагара.

— Тем более, кандагарский чай славится на всем Востоке, да и не только на Востоке.

Керим взглянул на Хадыра, и его пробила дрожь, когда он уперся глазами в его жесткий, пронизывающий взгляд.

— Поче… Почему… ты так смотришь на меня?

— А что? Что-то не так?

— У тебя взгляд, как… я даже не знаю.

Хадыр опустил глаза, но тревога, зародившаяся в Кунире, не прошла.

— Я вот о чем хотел поговорить с тобой, Керим. Слышал, вы с братом неплохо живете у хатуитов?

— Неплохо, и что? Почему это интересует тебя?

— Но хатуиты убили много твоих соплеменников, когда вместе с русскими напали на Альдаг.

— Местных у Фарди было немного, но к чему этот разговор?

Хадыр оставил без внимания слова Керима.

— И вы с братом живете в племени, которое убивало ваших односельчан. Разве это правильно?

Кунир попытался сосредоточиться, но этому мешал пронзительный взгляд собеседника, внимательно смотревшего на него.

— Кто ты на самом деле? Человек, служивший у Фарди?

— Нет, Керим, я никогда не служил у Фарди, — неожиданно рассмеялся Хадыр. — Но я сторонник истинной веры и порядка, который должен быть в исламской стране, со строгим соблюдением всех законов шариата. Такого, что был в Афганистане до вторжения сначала русских, потом американцев с их союзниками. Разве плохо мы жили при шахе Мухаммеде Захире? Никто ни с кем не воевал, жили мирно, занимались сельским хозяйством, почитали законы и традиции. А что сейчас? Полный бардак. То русские пытались учить нас жить, желая сделать своей колонией, то американцы с союзниками и марионеточным правительством. Но это ненадолго. То, что не смог сделать «Талибан», сможем сделать мы.

— Кто это мы? — тихо спросил Кунир.

— «Исламское государство», Халифат. И каждый правоверный, если он действительно истинный мусульманин, обязан помогать нам. На то воля Всевышнего. Обязан помогать и ты. Ведь ты, Керим, истинный мусульманин?

— Да, я чту наши традиции, обычаи, но я не хочу воевать. Мы бежали из Альдага не потому, что здесь правил Мохаммад Фарди, а потому, что он хотел, так, по крайней мере, говорили люди, силой забирать мужчин в свои отряды.

— Этим Фарди и сделал большую и, как оказалось, роковую ошибку. Но, помогая нам, необязательно воевать, брать в руки оружие.

И вновь Кунир ощутил дрожь от пристального взгляда Хадыра.

— Я плохо понимаю тебя.

— Мне надо одно, Керим, знать, что происходит и будет происходить в селениях Хату, особенно в окружении Ардана.

— Но я не имею доступа к вождю, и брат не имеет. Мы в Бурде, он в Докуре.

— У тебя есть уши, территория у вас небольшая, каждая новость мгновенно расходится по кишлакам. Все это — нужная мне информация, которую ты будешь передавать Тахиру Халилу. И все! Никакого оружия, никакой войны, сиди в своем Бурде, разводи баранов.

— Ты говоришь так, будто я уже согласился работать на тебя.

Хадыр вздохнул, налил себе чаю, взял пиалу и, делая небольшие глотки, покачал головой:

— А у тебя, Керим, просто нет другого выхода.

— Как это нет? Ты убьешь меня?

— Конечно. Но не здесь и не сейчас.

— Как же ты отпустишь меня, если я могу сдать тебя Ардану? А он немедленно примет меры.

— Ты не сдашь меня, Керим, — вновь рассмеялся Хадыр, — ведь ты же не хочешь, чтобы семья Али, с которой ты намерен породниться, однажды ночью была полностью вырезана. У тебя двое детей. Если ты считаешь, что у Хату они защищены, то заблуждаешься. В любом племени найдется человек, готовый за большие деньги сделать все, что нужно нам. Так что, сдав меня, ты потеряешь еще и собственную семью. И это я тебе гарантирую. Когда я сказал, что у тебя нет выхода, то допустил неточность — выход у тебя есть, это работа на меня. Будешь делать все с умом, никто никогда не узнает о нашем сотрудничестве. Более того, ты от Халила будешь получать деньги. Неплохие деньги, если информация окажется достойной интереса. И не пытайся водить нас за нос, сообщая всякую ерунду. Так как, Керим, договорились?