– Зачем? У меня стопроцентное зрение.
– Неважно! Ты свои глазюки в зеркале видала? Они же синие до неприличия! Я прямо обзавидовалась. Такие глаза надо прятать, чтобы лишнего внимания не привлекали.
– Она меня уже видела без очков, – возразила Полина.
– Ничего страшного! Если спросит, скажешь, что была в линзах.
– Ты авантюристка.
– Есть немного. Вот у меня знаешь какая жизненная позиция? – Света загадочно улыбнулась. – Можно сказать, диаметрально противоположная той, что я тебе предложила. На работу я прихожу при полном параде, чтобы Балконовну позлить, а в свободное от работы время веду почти аскетический образ жизни: джинсы, кроссовки, волосы – в хвост, никакой косметики.
– Что-то не верится, – Полина с сомнением покачала головой. Яркая и энергичная Света не производила впечатление человека, привыкшего к аскезе.
– Придешь как-нибудь ко мне в гости, убедишься.
– А мужчинам Балконовна позволяет в джинсах на работу приходить?
– Это ты про генералиссимуса нашего? – Света презрительно поморщилась. – Вообще-то я его в штатском сегодня в первый раз увидела. Даже удивилась. Обычно он ходит в форме.
– А физрук?
– А у этого козла «треники» – рабочая одежда. У него спортивных костюмов штук восемь, всех цветов и фасонов. Он считает, что они подчеркивают его мужественность. Кстати, если Валерка вдруг начнет к тебе клинья подбивать, гони этого донжуана куда подальше. Дерьмовый мужик, пустышка. И как любовник ничего собой не представляет. А что это мы покраснели? – Света отставила чашку с недопитым кофе, весело посмотрела на Полину. – Может, ты тоже считаешь, что в нашей стране секса нет?
– Ничего я не считаю, – Полина смутилась еще сильнее. – Просто я не понимаю, если он такой козел, зачем ты с ним... – она стыдливо запнулась.
– А чтобы убедиться, что он козел, – отмахнулась Света.
– А другого способа в этом убедиться ты не нашла?
Света подалась вперед, сказала доверительным шепотом:
– Видишь ли, деточка, в личной жизни я не ищу легких путей.
Под конец фразы она не выдержала и расхохоталась. Полина рассмеялась следом. Света нравилась ей все больше и больше. Отсмеявшись, они заказали еще пирожных.
– Придется снова делать разгрузочный день, – Света с обреченным видом похлопала себя по животу. – Летом не ела деликатесов Петровича – похудела на пять килограммов, а теперь вот сорвалась.
– А Петрович, он какой? – спросила Полина.
– Петрович – мировой мужик. Я бы с ним в разведку пошла, не раздумывая. И не я одна. Видела, как Генриетта на него смотрела? Она спит и видит, как Петровича окольцевать. А что?! Он жених завидный: трехкомнатная квартира в центре, дача, машина. И руки у него золотые. Только Генриетте ничего не обломится.
– Почему?
– Ну, во-первых, Петрович свою покойную супругу очень любил. Уже пять лет прошло, как она умерла, а он никак не успокоится. А во-вторых, Генриетта – дама непростая. Это только с виду она такая добрая и ласковая, а на самом деле они с Балконовной одного поля ягодки. Только Генриетта хитрее, на откровенный конфликт никогда не идет, пакостит исподтишка. Ты с ней, Полина, тоже поосторожнее, лишнего не болтай, во время задушевных бесед не теряй бдительности. Генриетта у нас мастерица по части задушевностей всяких. Даже я в первое время чуть было не повелась. А я знаешь какая бдительная?!
Они уже прощались, когда Полина вспомнила, что так и не спросила Свету о главном, об учениках.
– Ученики? – Света нахмурилась. – Ребятки, надо признать, не подарок. Школа-то элитная, в ней учатся детишки очень непростых родителей. Многих на занятия привозят на служебных тачках. Некоторые спесивы, некоторые ленивы без меры, некоторые тупы. Но все они без исключения для своих родителей душки, умницы и гении. И не пытайся выводить их из этого заблуждения, если тебе дорога твоя работа.
– Сплошные подводные камни, – невесело усмехнулась Полина.
– Да, вот такая у нас нелегкая доля! – сказала Света, всматриваясь в номер подъезжающего троллейбуса. – Поехала я, – сообщила она через мгновение. – Ну, пока! Завтра идем в оптику за очками. Не забудь!
* * *
Полина проводила взглядом уходящий троллейбус. Домой идти не хотелось. Да и не привыкла она думать о съемной однокомнатной квартире на окраине как о своем доме. По московским меркам, квартира эта стоила до смешного дешево. У Полины с собой была весьма приличная сумма, прощальный подарок Ядвиги. За эти деньги можно было снять более комфортабельное жилье, но, поразмыслив, девушка решила сэкономить. Ведь неизвестно, какие траты ей еще предстоят.
Первое впечатление от знакомства с квартирой было ужасным. Темно-зеленые обои, местами отстающие от стен, делали и без того маленькую комнату совсем крошечной. Полы были такими грязными, что не представлялось никакой возможности определить их первоначальный цвет. Кафель в санузле в рыжих потеках. На ржавую ванну нельзя смотреть без содрогания. Сто лет не мытые окна стыдливо прикрывались грязными, выцветшими занавесками. То, что хозяйка квартиры называла мебелью, производило столь же унылое впечатление. На кухне имелся ящик для посуды, стол и два табурета, плита и старенький, ревущий холодильник. В гостиной стоял продавленный диван, забитый пустыми пивными бутылками и старыми газетами.
Когда Полина спросила у хозяйки, где хранить вещи, та посмотрела на нее с недоумением и показала пальцем на что-то за ее спиной. Там оказался встроенный шкаф с покосившимися фанерными дверцами. Полина прикинула, поместится ли туда ее гардероб. Предварительные расчеты не радовали – как минимум половину вещей придется держать в чемоданах.
Наверное, хозяйка прочла ее мысли, потому что недовольно проворчала:
– На хрена столько барахла приперла?
Вопрос был риторическим, и Полина его проигнорировала.
Когда хозяйка, забрав деньги за полгода вперед, наконец ушла, девушка еще раз осмотрела свое новое жилище и вышла на балкон. Единственной ложкой меда в бочке дегтя был вид из окна. Двор из-за множества кустов и старых деревьев был похож на заброшенный сад. Кусты сирени, растущие у стен дома, доставали верхушками до окон ее этажа. Весной, когда сирень зацветет, на балконе будет просто чудесно. Полина закурила, провела рукой по перевалившейся через перила ветке сирени, надолго задумалась.
Обратно в квартиру она вернулась полная боевого задора и энтузиазма. Первым делом нужно навести здесь порядок: вымыть полы, окна и кафель; выбросить хлам из шкафов; почистить плиту, холодильник и сантехнику...
На наведение порядка ушла вся первая половина дня. Полина закончила мыть окна, вылила мыльную воду и критически посмотрела на плоды своих трудов. Квартира, безусловно, стала чище. Полы приобрели свой первозданный светло-коричневый цвет. Кафель блестел. Вид ванны и унитаза уже не вызывал тошноты. Но уютом в этом убогом жилище даже не пахло. Как ни крути, а без дополнительных трат не обойтись. Оставшаяся половина дня была посвящена походам по магазинам.
