Читаем без скачивания Пробуждение каменного бога - Филип Хосе Фармер

можно лишь самое необходимое. Вряд ли от тяжелых базук и ракет будет много толку. Поколебавшись несколько минут, Улисс решил от них избавиться. Однако несколько бомб все же прихватил с собой.

Он не хотел, чтобы крыланы прилетели и забрали ракеты, поэтому выпотрошил снаряды и поджег порох. В результате взрыв потряс Дерево на много миль вокруг. И прошло несколько часов, прежде чем обезьяны и птицы перестали метаться и верещать.

Убедившись, что все надежно привязано и упаковано, Улисс дал сигнал следовать за ним. Они взбирались вдоль потока, карабкаясь по коре с выступа на выступ, словно переходили по камням ручей. Он был рад, что захватил с собой четыре пары отличных мокасин. Их тонкая кожа быстро износится на жесткой коре. Мозолистые подошвы остальных были тверже железа. Зато крыланов пришлось нести. На их слабых кривеньких ножках далеко по веткам не уковыляешь. Когда Улисс услышал, как жалуются их носильщики, он решил, что незачем бэтменам быть обузой. Он велел им лететь вперед и дожидаться остальных под тем предлогом, что без разведки им не обойтись: устроить засаду в здешних местах было ужасающе просто.

Весь остаток дня путешественники плелись вдоль ручья. Его русло, сбегающее по хребту ветви, достигало пятидесяти футов в поперечнике и десяти в глубину. Под углом в сорок пять градусов течение было слишком стремительным, чтобы его можно было преодолеть. Но Глих уверял, что выше, где ветвь горизонтальна, течение замедляется настолько, что впору искупаться. Водились в ручье и рыбы, и лягушки, и насекомые, и водяные растения, и, конечно, существа, которые их пожирали. А заодно и те, что пожирали пожирателей.

За полчаса до сумерек они вышли на горизонтальный участок и остановились, ожидая, пока Улисс оценит обстановку. Вокруг царил сумрак, и когда солнце будет стоять в зените, они окажутся в непроглядной тьме. Ветви над головой не уступали в размерах той, на которой стоял отряд, а то и превосходили ее. Их сплошь покрывала растительность, в том числе и высокие деревья. Да вдобавок в пространствах между ветвями, в вертикальной и горизонтальной плоскостях, виноградные лозы и лианы сплетались сплошной стеной, способной выдержать прорыв стада слонов.

В переплетении цветов и лиан там и сям виднелись странные сооружения, похожие на морские ракушки. В них обитали крохотные зверьки с хитроумными мордочками. По всей видимости, они строили свои гнезда из слюны, которая на воздухе загустевала и твердела наподобие картона. Глих посоветовал не приближаться к маленьким тварюшкам, ибо их укус был болезненным, а слюна — ядовитой.

Вокруг было полно и других опасностей, о которых Глих поведал Улиссу подробно. Во всяком случае, он утверждал, что не забыл упомянуть ни одной.

Улисс постарался не выказывать страха. Но Авина и некоторые другие были подавлены. Вечером, когда они варили мясо на маленьких бездымных костерках, отряд был до странности неразговорчив. Улисс не пытался их расшевелить — в здешних местах лучше помалкивать. Но если они и впредь будут такими же угрюмыми, ему придется придумать что-нибудь для поднятия духа.

Улисс собрал удилище, наживил на крючок оленье мясо и отправился ловить рыбу. Он поймал беспанцирную черепаху и едва не выбросил ее обратно, но потом передумал и решил приготовить ее на завтрак. Его вторая попытка подарила ему маленькую рыбку, которую он выкинул. Через пять минут попалась рыбина в полтора фута длиной. У нее были крепкие шипы и коротенькие усики по обеим сторонам тела. Когда наконец Улисс выволок ее на берег, то вдруг обнаружил, что та может дышать воздухом. Она поквакивала и старалась поцарапать его тонкими коготками, растущими на кончиках плавников. Он положил ее в корзинку, но рыба квакала по-прежнему, да так громко, что Улисс ее выпустил. Он всегда мог поймать ее саму или ее сестриц на завтрак утром.

Проблема ночлега решилась достаточно просто, хотя и не совсем удовлетворительно. Вокруг хватало щелей, где можно было упрятать весь отряд целиком. С другой стороны, путники не могли ночевать достаточно близко друг к другу. Враг мог напасть на них и вырезать одного за другим, а караульные ничего бы не заметили.

С этим Улисс ничего не мог поделать — разве что удвоить количество караульных по сравнению с обычным. Он сказал, что будет нести караул во вторую смену, и, улегшись в щель возле Авины, закрыл глаза, но вскоре, вновь открыл их. Вопли, визг, завывания, стоны, птичий посвист и карканье, гул и грохот мешали уснуть и действовали на нервы. Улисс сел, лег, снова сел, повернулся и шепотом заговорил с Авиной. Когда его потрепали по плечу, зовя на вахту, он и глаз сомкнуть не успел.

Взошла луна, но ее лучи не проникали в растительную каверну. Как бы хотел сейчас Улисс оказаться всего в нескольких милях отсюда, на равнине, залитой ярким лунным светом!

Утро застало всех с глазами красными, как восходящее солнце. Улисс напился из ручья и решительно отправился ловить рыбу. Он поймал пять амфибий, трех рыб наподобие форели, двух лягушек и еще одну черепаху, отдал улов Авине, и та с несколькими вуфеа взялась за стряпню.

Улисс говорил негромко, но весело, и, отведав рыбы (а рыбу все любили), путешественники изрядно приободрились. Однако, подняв тюки, они вновь ощутили усталость. Узкие полосы солнечного света редко проникали сквозь гущу ветвей и лиан. То и дело на путников падала тень, и они понемногу примолкли. Встречались места, где растения сплетались так густо, что крыланы не могли взлететь, и воинам приходилось тащить их.

На второй день их состояние улучшилось. Ночные вопли стали более привычными, и все смогли немного выспаться. Ели они вдоволь. Рыба ловилась замечательно. Вагарондиты подстрелили большого алого борова с тремя парами изогнутых клыков, которого поджарили и съели. Кругом было полным-полно деревьев и кустов с ягодами, фруктами и орехами. Глих заверил, что они не ядовиты, но Улисс приказал ему и его жене попробовать все самим, перед тем как будут есть другие. Глиху приказ не понравился, но он только угрюмо усмехнулся и повиновался.

На третий день по совету Глиха отряд взобрался по стволу наверх. Крылан сказал, что, если подняться на верхние террасы, идти станет легче. Улисс подумал, что какой-нибудь крылатой твари — например другим бэтменам — заприметить их сверху тоже будет несравненно легче, но решил до поры до времени последовать советам крылана.