— Придется полететь, сын. В нашем космопорте кое-кто нуждается в хорошем скандале. Мы из них вытрясем все — и за корабль, и за эти мучения.
Рыжая медсестра улыбнулась, отворачиваясь. Этот здоровяк торговец был ужасно самонадеян. Технические службы космопортов поднаторели на подобных скандалах.
Впрочем, эндорианец чертовски упорен и удачлив. Возможно, он и выжмет какую-то сумму… через пару лет.
— Артур, принеси мне нормальный бутерброд, — прошептал за ее спиной Кей Овальд. Вот всегда так. Стоит пациенту начать шевелиться, как он мечтает нарушить режим…
Луис Номачи был человеком обманчивой внешности. Пухлый, как колобок, жизнерадостный, радующийся, как казалось, всему происходящему. Его способность быстро подниматься по службе вызывала удивление коллег. Луиса считали стукачом, поговаривали о высоких покровителях. Но дело было совсем не в этом. Просто Луис умел принимать любые правила игры. Такие, как он, выживали на оккупированных планетах, переживали смену всего начальства и шли вверх — медленно, но неуклонно. Раньше их рост сдерживал срок жизни. Теперь наступало их время, их шанс. Умеющие приспособиться ко всему, выдержать победу и поражение, они, подобно колючей сорной траве, прорастали на теле Империи Людей. Нельзя даже было назвать их аморальными. Они всего лишь соответствовали моменту.
Сейчас у Номачи было очень несложное задание — контроль за двумя эндорианцами, находящимися на желтом режиме. Отец и сын. Добрались в космопорт из регионального отделения «аТана» — повезло. Каль провела первичную проверку и скинула дело на него. Пассивное наблюдение, проверка данных — что может быть проще…
Но почему Изабелла Каль лично вела эндорианцев? Почему продержала неделю на красном режиме, пока не поговорила с Овальдом-старшим и не дала запрос на их родину? Номачи был лишен звериного чутья Изабеллы, ее семидесятилетнего опыта. Зато верить в чужой опыт он умел. И обладал упорством того сорта, что присущ скорее дверной пружине, чем человеку.
Скрючившись перед терминалом компьютера, поминутно жуя сухое печенье из пачки, Луис открывал то один, то другой файл по «делу эндорианцев». Рапорт лейтенанта внешней охраны, заключение врачей, протоколы первичных допросов мальчика, запись разговора Изабеллы и Кея, доклад Службы с Эндории… Оценка общей достоверности информации — восемьдесят шесть процентов. Прекрасно. Золотая середина — не слишком мало и не настолько много, чтобы вызвать подозрения. В чем-то они лгали, как и положено любому добропорядочному человеку. Но Изабелла Каль питала сомнения на их счет. Луис вернулся к оперативной информации. Фотографии Кея и Артура… стоп. Не слишком-то они похожи. Карина Овальд наставляла мужу рога? Возможно. Луис вызвал файл с краткой информацией о Карине. Портрет… Ну, если она мать мальчика, а Кей его отец… Луис запустил программу физиономического анализа.
Пятьдесят два процента. Артур мог быть сыном их обоих, мог быть прижит от другого мужчины, мог быть удачно усыновлен. Опять-таки — средний результат. А если по-другому? Вероятность, что Артур — сын Карины, вероятность, что Артур — сын Кея…
Двадцать процентов. Шесть процентов. Прекрасно. Что-то не нравилось программе. Мальчик, который был сыном Карины и Кея, не мог быть сыном Карины или Кея. Как необычно…
Программа могла дурить. Карина могла изменять мужу. В бюро усыновлений при подборе ребенка могли пользоваться точно такой же техникой и подобрать удачного ребенка для пары, а не для Карины и Кея по отдельности. Не стоило даже затевать расследования.
Но человек-пружина не умел останавливаться на полпути. Была проверена Эндория, была проверка на месте. Что осталось? «аТан»? Вечное бельмо на глазах всевидящей Службы. Вечный позор. Они пользовались аТаном на общих основаниях и после обоюдоудачной перестрелки порой воскресали рядом со своими убийцами. Империя Кертиса Ван Кертиса, государство в государстве. Как унизительно знать, что все тайны Спецслужбы могут быть выкачаны из памяти погибшего — и великодушно оживленного сотрудника. Несмотря на заверения Кертиса самому Императору, несмотря на показное дружелюбие и льготные тарифы, «аТан» хранил свои секреты…
Но в самом прочном панцире есть слабые места.
Луис послал запрос на расконсервацию агента, завербованного в рядах «аТана». Послал без мотивации, слегка надеясь, что запрос не пройдет. Он не хотел возиться с этим делом, но не умел отступать.
Запрос прошел.
— Так тому и быть, — сказал Номачи компьютерному терминалу. — Раскрутим вас на полную катушку, как положено. Не зря же вы налоги платите…
Кей тренировался. Тело ослабло не сильно, видимо, мышцы во время болезни искусственно стимулировали. Гораздо больше хлопот доставляло возможное наблюдение — ему приходилось заниматься вполсилы. В великолепно обставленном спортивном зале маленького госпиталя это было чертовски обидно.
С сожалением выйдя из-за очередного тренажера, Кей поискал глазами Артура. Тот сидел на конструкции, похожей на рабочее место палача. Руки его были закреплены на гидравлических пружинах.
— Давай, давай, — подбодрил «сына» мистер Овальд. — Раз уж мы заплатили такие деньги, так тренируйся до седьмого пота.
— Угу, — медленно разводя руки, пообещал Артур.
Кей прошел в сауну. Лег на деревянный пóлок, чувствуя, как высыхает на коже пот. Не по правилам, но как отдыхает тело… Потом он снова вспотел и стал терпеливо ждать, пока испарится и эта влага.
Пришел Артур, устроился на полок ниже. Полежал немного и сказал:
— Мама, наверное, волнуется. Мы скоро полетим домой?
Это была заранее оговоренная фраза. Артур чего-то боялся. Или просто спешил на свой Грааль?
— Через три дня рейс на Илион. Оттуда домой рукой подать.
— А завтра вечером уходит лайнер на Эпсилон Волантиса. Можно оттуда — я считал, быстрее выходит.
— Сын, надо считать еще и расходы, — наставительно произнес Кей. — Сам знаешь, в какой мы сейчас ситуации. Из наших живодеров пока выжмешь денежки… Я пойду в бассейн, а ты пропотей как следует.
На расстоянии шестидесяти километров от Имперского космодрома, рядом со зданиями империи «аТан», Луис Номачи разговаривал со своим агентом.
— Вы… вы уверены в безопасности встречи?
— Экран надежен, — презрительно произнес Луис.
— Вы не знаете возможностей нашей охранной службы…
— Зато вы знаете наши!
Златокудрое существо смутного пола плаксиво скривило ангельское личико:
— Такие обширные требования… Я готов послужить Императору, но…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
