люди, снимая видео на телефон. Я тоже немного сняла, чтобы потом показать подружкам. Вика с Леной наверняка тут никогда не были.
Ян встал позади меня и обнял. Но в этот раз я возражать не стала, с удовольствием укрываясь от ветра за его широкой спиной. Стояла и любовалась шоу. Как красиво, ни разу такого не видела!
— Тебе здесь нравится? — спросил он на ухо.
— Нравится.
— Случайно в интернете наткнулся и решил купить билеты. Если хочешь, в следующий раз сходим в планетарий или типа того. Говорят, там красиво.
Я усмехнулась, представляя Яна в планетарии или музее. Разве может ему это быть интересно? Да и наверняка он там ничего не поймет. Его уровень — кино и спортзалы.
— Чего смеешься? — заметил мою улыбку, и я тут же осеклась.
— Просто… Брутальный амбал смотрит на звезды, — повернулась к нему, натянуто улыбнувшись.
— Мне нравятся звезды, — ответил Ян, не поддержав мое веселье. Даже слегка обиделся, судя по тону голоса.
— Что еще тебе нравится? — наобум спросила, чтобы перевести тему, еле выдержав его суровый взгляд.
— Ты, — сказал, как отрезал, а у меня по телу пробежали мурашки. Снова ощутила его власть над собой, чувство принадлежности только ему. Тяжело сглотнув, я опустила глаза и выпуталась из его рук.
— Пойдем дальше, я тоннель из огней посмотреть хочу.
Остаток вечера прошел неплохо. Мы гуляли по парку, посмотрели почти все фигуры. Особенно мне понравился Шрек, которого отдаленно напоминал мне Ян: такой же большой и грозный. Вот бы и Ян жил на болоте и никогда ко мне не лез.
Я съела сладкую вату, слегка окунувшись в детство. Ян также купил горячий чай и несколько простых закусок. Мы пробыли в парке до самого закрытия, а затем он отвез нас домой.
Глава 12
Я задумчиво смотрела в окно. Перед глазами мелькали деревья и серый асфальт. По радио играла мелодичная популярная песня про любовь. Было пасмурно, на небе собирались тучи, и я подумала о том, что не взяла зонт.
Резкий визг шин заставил вскинуть голову, а следом произошел удар, от которого я подпрыгнула на месте. Картинка пошла кругом, меня мотало из стороны в сторону.
Как больно…
Машина почти всмятку. С головы шла кровь. Я с трудом понимала, что произошло.
Мама…
Хотела посмотреть на водителя, но не могла пошевелиться, не могла произнести ни слова. Меня словно парализовало. Так и лежала на сиденье в непонятной позе. По щекам текли слезы, и я могла только стонать и хрипло втягивать в нос противный запах гари и бензина.
Я тоже умру?
— Лера! Лера! — суровый голос привел меня в сознание.
— Ян? — прохрипела, вздрагивая от испуга. В темноте сначала не разобрала, кто нависает надо мной. Все еще не привыкла к его присутствию в моей постели.
— Ты чего? Кошмар приснился? — спросил он, вытирая слезы с моей щеки.
— Мне приснилась авария родителей. Только в этот раз я была с ними в машине.
Это уже не первый такой сон, словно крик совести, напоминание о моей ошибке. В тот роковой день родители хотели взять меня с собой по магазинам, но мне было лень, и я решила остаться дома. С тех пор часто думала о том, что будь я с ними, ничего бы этого не случилось. Я бы как всегда копалась, задерживая родителей, и мы бы выехали позже. Тогда пьяный придурок на джипе не врезался бы в нас тем январским днем.
— Все хорошо, Лера. Это просто сон, — тихо прошептал Ян, прижимая меня к своей груди.
— Я должна была ехать с ними…
— Судьба распорядилась иначе.
— К черту судьбу! — гневно выпалила я. — Я осталась почти одна, никого у меня нет!
— У тебя есть я.
Ян… Кто он для меня?
Говорил так, будто опекает, хотя на самом деле просто пользовался мной, моим телом. Как и братец, подло со мной поступал. Неудивительно, что они друзья. Один обманом забрал у меня часть квартиры, другой принудил спать с ним за кров над головой.
— Принести воды? — низкий голос Яна вывел меня из раздумий.
— Не надо.
Слезы уже почти высохли. Я ощущала грусть и тоску наряду с беспомощностью. Как бы хотелось еще раз увидеть родителей, обнять их и просто поговорить.
— Я по ним скучаю, — призналась я.
— Я знаю. Мне очень жаль, Лера, — Ян поглаживал меня по волосам, будто убаюкивал. Странно, но это действовало на меня успокаивающе. Возможно, еще сыграло роль, что он теплый, почти горячий, как летнее солнце.
— А твои родители где? — осмелилась поинтересоваться.
— Мама умерла, когда мне было шестнадцать.
— Прости, — пролепетала я, ощущая себя неловко.
Знала же, что он сирота, зачем спрашивала? Дура!
— Все нормально, Лера. Можешь спрашивать что угодно.
В темноте я не видела его лица, лишь очертания, но по тону голоса поняла, что он не рассердился. Наоборот даже, говорил с некой толикой грусти, прямо как я. В этот момент показалось, что мы не такие уж и разные.
— А твой отец?
— Я его не знал. Он бросил мать еще до моего рождения. Поэтому, когда ее не стало, меня отправили в приют.
— Сочувствую.
Теперь я понимала, почему Ян такой угрюмый и мало улыбался. Он ведь остался один против всего мира, тут не до радости.
— И как там? В приюте, — спросила, чтобы заполнить тишину, в которой слышала лишь мощное биение его сердца.
— Хреново. Я постоянно оттуда сбегал. Но школу все же закончил, хоть и сносно.
— И что делал дальше?
— Работать пошел. Грузчиком. Иногда дрался за деньги с пацанами в плохом месте. Но это незаконно, и я старался мало в этом участвовать.
— Но все же угодил в тюрьму…
— Угодил, — мрачно ответил Ян, тяжело вздохнув.
Наверное, поэтому его посадили. Потому что чуть не забил человека до смерти. Ян огромный и мускулистый, мне кажется, прибил бы меня одним ударом.
— Жалеешь об этом? — зачем-то спросила я.
Сейчас, в темноте, я ощущала Яна по-другому. Как своего друга, наверное, или бармена, которому хочется выговориться. Стена между нами, разделяющая на хозяина и игрушку, исчезла, и в его крепких объятиях мне было как никогда комфортно.
— Нет, Лера, я не жалею. Дай мне выбор, поступил бы так снова.
— Почему? — удивилась я. — Ты ведь угодил в тюрьму — страшное место.
— Потому что тот мудак того заслуживал.
Повисла тишина. Я не знала, что на это сказать. Просто уткнулась носом в мужскую грудь, улавливая нотки одеколона. Ян всегда пах хвоей или типа того, будто лесник какой-то.
