— Эльзевир! — резко крикнула госпожа Хандуит и тут же зашлась в приступе кашля.
Лайам заинтересованно подался вперед.
— Какие пергаменты?
— Да эти треклятые наставления, вводящие добрых людей в соблазн! Он купил их у книготорговца, целую кипу. Тот вроде бы распродавал библиотеку какого-то чародея, и хотя я отговаривал его, господин, он уперся, он все равно их приобрел. Элдина так и тянуло ко всяким магическим штучкам… хотя сам он никогда никакой магией не занимался, клянусь вам, мой господин, никогда!
— Значит заклятие, которое вы применили, считано вами с этих пергаментов?
— Да, господин. Элдин держал их под замком, но как-то раз он оставил шкатулку открытой. Ах, и зачем я зашел тогда в его кабинет!
Памятуя о наставлениях вдовы Саффиан, Лайам спросил:
— А вы случайно не знаете, у какого книготорговца ваш брат их приобрел? Может ли тот подтвердить факт покупки?
Хандуит склонил голову.
— Да, знаю. Это Релли из Монетного переулка, где сидят заимодавцы.
— И который уже месяцев пять как умер, — скептически заметил Эласко. — Великолепный свидетель, не так ли, господин Хандуит?
Хандуит негодующе задрал подбородок.
— Нет, господин! Если бы он был жив, он подтвердил бы, что эти листы принадлежат моему брату и что я не покупал их и не хотел причинить моему брату вреда!
Лайам откашлялся.
— Давайте пока что оставим книготорговца в покое и вернемся к истории с заклинанием. Вы нашли его среди бумаг вашего брата, и что же? Вы скопировали его?
— Да, господин, — ответил Хандуит. Негодование в его голосе сменили нотки раскаяния. — Я украл один лист и переписал то, что было на нем написано, а затем положил назад без ведома Элдина. Я был в отчаянии, господин. «Тигр» все не возвращался, наше состояние висело на волоске, и я жаждал получить хотя бы лучик надежды.
«Врет он или не врет?» — мысленно вопросил Лайам, покосившись на фамильяра.
— И что же, такое серьезное наставление помещалось всего на одном листе?
— Да, господин. Казалось, что этот лист откуда-то вырван, потому что один его край был неровным. И там говорилось только о том, как вызвать демона и как получить у него ответ на вопрос! Клянусь вам, там не было и намека, что этот демон может кого-то убить!
«Возможно, лист вырвали из учебника, подобного твоему? — предположил Фануил. — Там большинство наставлений умещается на странице».
— Итак, вы произнесли заклятие, — продолжал Лайам, — и тут появился демон?
— Огромная страшная тварь, — произнес Хандуит, содрогнувшись. — Она не ответила нам, а сразу же бросилась прочь из подвала. И ворвалась в комнату Элдина.
— Стражникам, как вы знаете, пришлось высаживать дверь в спальню вашего брата, — указал Лайам, стараясь сдержать порыв торжества. — Как же, по-вашему, демон туда проник?
Слезы, ручьем заструившиеся из глаз Хандуита, пристыдили его.
— Если бы я знал, господин мой! Лучше бы эта тварь меня растерзала!
Еще раз прокашлявшись, Лайам дал заключенному время собраться с мыслями.
— Демон уволок с собой мелок, кошку и листок с заклинанием?
— Да, — всхлипнул Хандуит.
«Если демон ускользает из круга, он старается уничтожить заклинание, чтобы его не могли вызвать снова, объяснил Фануил. — Но тогда он попытался бы уничтожить и самого заклинателя. А вот забирать с собой мел и кошку смысла нет».
Однако в остальном все концы в рассказе Хандуита сходились. И без пособия по демонологии подкопаться под его показания было бы трудно. Однако, к счастью, оно под рукой, и простое сравнение чертежей должно выявить правду. Конечно, лучше было бы иметь перед глазами воровскую копию наставления, но раз уж демон ее уволок, то придется обойтись тем, что есть.
— Ладно, господин Хандуит, осталось еще лишь одно уточнение. Не можете ли вы описать пентаграмму, которую начертили?
Хандуит застонал.
— О нет, господин, и рад бы, но не могу! Я выжег из памяти все, что касается той страшной ночи, да и происходило это уже так давно…
«Спроси, где он стоял — внутри или за пределами круга!»
Хандуит продолжал говорить что-то, но Лайам его не слушал, сосредоточиваясь на подкинутой ему мысли.
— Ладно-ладно, — остановил он говорящего жестом руки. — Просто скажите, где вы находились — внутри пентаграммы или в стороне от нее?
Хандуит жалко затряс головой и умоляюще поглядел на жену, которая уже не кашляла, а надсадно хрипела.
— Не помню, — проскулил он. — Мне так хотелось все это забыть…
— В стороне, — прохрипела Ровиана. — Ты стоял в стороне, дорогой…
«Вне пентаграммы находятся в случае вызова предсказателя, чтобы тот не сбежал. А вызывая убийцу, прячутся в круг, чтобы обезопасить себя».
— Отлично, — сказал Лайам, обращаясь как к своему фамильяру, так и ко всем находящимся в камере лицам. — Думаю, для начала этого хватит. Может быть, вы хотите еще что-нибудь сказать, господин Хандуит? — Он выжидающе посмотрел на заключенного, но тот только покачал головой.
Госпожа Хандуит зашевелилась на своем ложе.
— Я… я хотела бы кое-что сказать, господин… Подойдите поближе ко мне. Умоляю.
Эта тихая фраза стоила ей огромных усилий. Лайам подошел и опустился возле больной на колени. Ладонь его стиснула горячая и трепещущая рука. Задыхаясь, женщина проговорила:
— Сжальтесь… — Затем разжала пальцы и вновь откинулась на постель.
«Боги», — подумал он, отходя от страдалицы, к которой тут же бросился Хандуит. Когда Лайама уговаривали присоединиться к ареопагу, никто почему-то не удосужился сообщить, что ему предстоит заниматься отправкой на виселицу смертельно больных женщин. Он подхватил дракончика с пола и кивнул Эласко:
— Идем.
Они уже довольно далеко ушли от занятых камер, но ругань моряков все еще провожала их, ей вторил раскатистый храп спящего оборванца. Однако в этой музыке словно чего-то недоставало. И Лайам вдруг понял чего — кашля госпожи Хандуит. Он остановился и затаил дыхание. Ему, конечно же, хорошо было известно, что отнюдь не все женщины хрупки и слабы — он встречал достаточное количество хитрых и кровожадных особ, готовых ради своей выгоды на любую жестокость, однако чувство щемящей жалости к этой несчастной не проходило. И то, как трогательно она старалась поддержать своего мужа, невольно вызывало симпатию к ней и заставляло Лайама стыдиться себя.
Эласко, остановившийся рядом, произнес понимающим тоном:
— Вы думаете о его жене? Но тревожиться сильно не стоит. Могу побиться об заклад, она куда крепче, чем Хандуит, несмотря на свои болячки.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
