Август 2002 г. Ровно год спустя после картин на поле у радиообсерватории Чилболтон в полях Хэмпшира отмечено еще одно необычное послание, несущее вполне конкретную смысловую нагрузку. Новая формация представляла собой большую, размером примерно с футбольное поле (120x80 м) картину, появившуюся 14 или 15 августа на территории фермы Vale. На этой картине изображен легко узнаваемый облик инопланетянина и диск, явно несущий закодированную информацию. После публикации столь любопытного послания в Интернете (www.cropcircleconnector.com/2002/Crabwood/crabwood2002a.html) за его расшифровку взялись многочисленные энтузиасты, и, поскольку система кодирования оказалась тривиальной, содержание текста было восстановлено очень быстро.
На поле фермы Vale код оказался достаточно тривиальным для быстрого восстановления смысла послания.
Первым, видимо, опубликовал решение некий «Ричард с Восточного побережья США», у которого «основная часть постоянной работы – это декодирование шифров и обратная инженерная разработка коммуникационных протоколов». Профессиональным взором этот Ричард установил, что диск заполнен спиралью двоичных символов, разбитых на сегменты равной 8-битной длины. Поскольку в битовой последовательности регулярно встречалась комбинация hex x20, т. е. «пробел» в компьютерном коде ASCII и наиболее частая комбинация в обычном открытом тексте, было сделано предположение, что и все послание закодировано стандартным 8-битным кодом ASCII.
Простая подстановка значений комбинаций этого кода дала следующий английский текст (приводится с сохранением необычного использования заглавных и прописных букв):
Beware the bearers of FALSE gifts amp; their BROKEN PROMISES. Much PAIN but still time. [неясное из-за искажений слово EELRIJUE]. There is GOOD out there.We OPpose DECEPTION. Conduit CLOSING hex x07 [т.е. код «звонка» Bell Sound]
На русский язык это послание переводится примерно так:
Бойтесь приносящих ФАЛЬШИВЫЕ дары и их НАРУШЕННЫХ ОБЕЩАНИЙ. Много БОЛИ, но спокойные времена, [сбой синхронизации]. Там есть ДОБРО. Мы ПРОТИВостоим ОБМАНУ. Канал ЗАКРЫВАЕТСЯ.
Как и всегда, мнения о происхождении этого послания прозвучали самые разнообразные. Хотя никаких следов изготовителей данного произведения на поле не найдено, столь откровенный «инопланетный» мотив многие предпочли увязать с сентябрьской премьерой в Британии голливудского блокбастера «Знаки» (Signs). Этот фильм Найта Шьямалана с Мелом Гибсоном в главной роли рассказывает о фермере, обнаружившем на своем поле круги-знаки инопланетян. За лето картина собрала лишь в американских кинотеатрах более 150 млн. долларов, и для ее дополнительной раскрутки компания Disney в свое время обещала устраивать на полях «сюрпризы». Впрочем, владелец хэмпширской фермы Vale клянется, что ему никаких коммерческих предложений от Disney не поступало. «К сожалению», – добавляет фермер.
К сожалению, не появилось также и никакой дополнительной информации о наличии или отсутствии на данном поле известных характерных признаков, свидетельствующих о «подлинно аномальном» происхождении картины. А потому, как и положено настоящей мистической истории, завершается она не ответами, а лишь новыми волнующими загадками.
Глава 4. Самая точная из оккультных наук
4.1. Как рождаются криптослужбы
В США, примерно в 40 милях к западу от Чикаго лежит небольшой городок Женева, где на здании местной «Лаборатории акустики Ривербэнк» висит мемориальная доска с лаконичной и довольно туманной надписью: «В память о Джордже Фабиане от благодарного правительства». Лаконичность памятной доски станет понятна, если знать, что установила ее здесь несколько лет назад одна из наиболее засекреченных разведок мира – Агентство национальной безопасности США. А место выбрано по той причине, что в начале XX века 300-акровая усадьба Ривербэнк принадлежала текстильному магнату Джорджу Фабиану, которого ныне принято почитать в качестве родоначальника крупнейшей на планете криптологической спецслужбы АНБ.
Лаборатории акустики Ривербэнк.
Начиналось же все довольно несерьезно, поскольку «полковник» Фабиан (никогда не служивший в армии, но любивший именно такое обращение) отличался весьма эксцентричными интересами, держал в усадьбе частный зоопарк с медведями, койотами, зебрами и шимпанзе, а одновременно массу денег тратил на ведение всякого рода необычных научных исследований. Сейчас многие назвали бы эти изыскания «антинаучными». Под покровительством Фабиана в усадьбе Ривербэнк работали ученые, занимавшиеся, к примеру, столь разными вещами, как химия, акустика, генетика и криптография. Причем физики-естествоиспытатели на основе акустических эффектов пытались построить антигравитационное устройство для левитации[31], а криптографы убедительно доказывали, что автором всех шекспировских произведений на самом деле был Фрэнсис Бэкон.
Элизабет Уэллс Гэллап.
Собственно, благодаря криптографической истории вокруг Бэкона-Шекспира к Фабиану и пришла первая громкая международная слава, когда о нем написала центральная пресса в Нью-Йорке и Лондоне. Работавшая в усадьбе Ривербэнк дама-исследовательница Элизабет Уэллс Гэллап нашла способ, с помощью которого удалось расшифровать тайные послания, сокрытые в произведениях Шекспира и Бэкона. И послания эти убедительно (по крайней мере, для Гэллап и Фабиана) свидетельствовали, что на самом деле автором всех шекспировских произведений был Фрэнсис Бэкон, а единственным вкладом Уильяма Шекспира в литературу является лишь одно его имя.
Вся эта любопытная история достойна отдельного рассказа[32], поскольку в ней хватает действительно весьма сильных аргументов, здесь же лишь отметим, что в 1916 году кинопродюсер Уильям Зелиг, делавший серию фильмов по произведениям Шекспира, усмотрел в деятельности Гэллап и Фабиана вредную крамолу, подрывающую его бизнес. А потому он подал на Фабиана в суд, пытаясь воспрепятствовать публикации книги с открытиями. Но вышло так, что судья Ричард Татхилл, подробно ознакомившись с аргументами ответчика, счел их вполне убедительными и не только признал Бэкона настоящим автором шекспировских работ, но и обязал Зелига выплатить 5 тысяч долларов за нанесенный исследователям моральный ущерб.
Джордж Фабиан.
Годом же ранее, весной 1915 Джордж Фабиан познакомился с молодым выпускником Корнеллского сельскохозяйственного колледжа Уильямом Фридменом, специализировавшимся на совсем новой науке генетике, и пригласил того в Ривербэнк заняться селекцией зерновых. Фридмен приглашение принял, но по приезде в усадьбу увлекся не столько генетикой, сколько ассистенткой миссис Гэллап, хорошенькой и смышленой девицей по имени Элизабет Смит. Поскольку молодому агроному было крайне любопытно все, чем занималась его возлюбленная, то с интересом он отнесся и к криптографии.
И тут неожиданно обнаружилось, что у Фридмена дар гениального криптографа. Он стремительно и с легкостью стал решать сложнейшие задачи по вскрытию шифров, составлял собственные талантливые криптосхемы и при этом уверенно владел математическим аппаратом. По тем временам математические навыки у криптографов были большой редкостью, поскольку «тайнопись» относилась скорее к оккультным наукам, нежели к точным.
В апреле 1917 года США вступили в первую мировую войну. Быстро выяснилось, что у американского правительства практически не было собственных криптографов, а в усадьбе Фабиана таковых было в достатке. По сути дела, в Ривербэнк начала работать национальная криптослужба, а молодожены Уильям и Элизабет Фридмены стали вскрывать шифры Германии и Мексики для армии США, а также помогать Скотланд-Ярду в выявлении антибританских агентов в Северной Америке. Затем американская армия создала, наконец, собственное шифр-бюро, первые 84 сотрудника которого прошли курс обучения у супругов Фридменов в Ривербэнк. Когда учебный курс был закончен, Уильям Фридмен в июле 1918 года в чине лейтенанта был направлен в Шомон, французскую штаб-квартиру Американского экспедиционного корпуса. Здесь он возглавил вскрытие немецких шифров в непосредственной близости от фронта.
Элизабет Смит.
После скорого окончания войны Фридмен вернулся в Военное министерство в Вашингтон, намереваясь завершить свое шестимесячное пребывание в армии. Но вместо этого его служба затянулась еще на тридцать пять лет. В конце 1921 года Уильям Фридмен официально стал главным криптоаналитиком военного министерства и бессменно занимал этот пост в течение следующей четверти века. Когда после второй мировой войны было создано АНБ, Фридмен, несмотря на сильно пошатнувшееся здоровье, еще несколько лет работал заместителем директора агентства. Как написал в своей знаменитой книге «Взломщики кодов» историк криптографии Дэвид Кан, «нынешняя гигантская американская криптологическая служба со многими тысячами сотрудников является прямым и непосредственным потомком того крошечного офиса в Военном министерстве, который когда-то всецело и полностью был организован Фридменом».
