Начиная с этого момента наши дальнейшие занятия превратились в сплошной праздник.
Большая часть третьего дня была посвящена реальности. После довольно продолжительной дискуссии о природе реальности мы подошли к тройному тесту на реальность. Вот как описывает этот тест "Книга эст": Во-первых, она является физической. Мы называем реальным только физически осязаемое. Физичность проявляется во времени, расстоянии и форме. Физические объекты обладают формой, они существуют во времени, а также имеют определенную протяженность или тянутся на некоторое расстояние…
Во-вторых, все физическое измеримо. Другими словами, и время, и форма, и расстояние измеримы, а если о чем-то говорят, что оно измеримо, это значит, что оно имеет начало, середину и конец.
…В третьих, сущность измеримости заключается в соглашении. Чтобы нечто было измеряемым, оно должно иметь начало; но за всяким началом следует конец, которому предшествует середина.
…Эта доска реальна, поскольку она — физическое тело; она имеет форму, существует во времени, имеет местоположение и протяженность; она измерима, потому что имеет начало, середину и конец.
После продолжения дискуссии о природе реальности Хэл вывел на сцену пятерых участников и построил их в шеренгу, развернув их лицом в одном направлении; при этом четыре человека стояли вплотную друг к другу, а пятого от остальных отделяли почти два фута. Затем Хэл толкнул ближайшего из пятерки, создав эффект домино — первые четверо начали падать назад, в руки пятого. После этого Хэл спросил: — В чем, с точки зрения четвертого участника, причина его падения на пятого? — На него упал третий, — сказал один из учеников.
— Да, третий оказывает воздействие на четвертого, который падает на пятого. А что нам скажет по этому поводу номер третий? — Это все из-за второго.
Так и развивалось обсуждение, пока не дошли до номера первого, который оказал воздействие на второго, который, падая, оказал воздействие на третьего, который, падая, оказал воздействие на четвертого.
Безусловно, в действительности это сделал Хэл; но, с другой стороны, он всего лишь выполнял указания Вернера и т. д. Со временем вы, возможно, найдете первопричину сего действия. На самом деле мы имеем здесь дело с ситуацией, когда причина отсутствует, — есть только следствие, следствие, следствие… И так далее.
В анализе этого типа присутствует только следствие; причины в нем нет никогда. Это именно тот тип анализа, который вы используете в вашей жизни. Это тот тип, который сопутствует нашей реальности… Мы называем его "ЛОЖНОЙ ПРИЧИНОЙ". Именно ему вы позволяете править вашими жизнями.
После этого дискуссия переключилась на природу нереальности. Казалось вполне резонным предположить, что нереальность должна быть прямо противоположной реальности и, следовательно, нереальность должна быть нефизической, неизмеримой и независимой от соглашения. Более того: если реальность является следствием следствия следствия и т. п., то нереальность должна быть причиной причины причины и т. д.
— Что такое нереальность? — прозвучал вопрос.
— Опыт, — ответил кто-то из учеников.
— Действительно, опыт, — повторил Хэл. — Нереальность — это опыт: она не является физической, она неизмерима и не зависит от соглашения.
Все это уже было записано на доске: с одной стороны все характеристики реальности, а с другой — характеристики нереальности, которая, как мы уже договорились, являлась опытом.
Затем Хэл произнес: — Нет ли здесь ошибки? Он направился к доске и, в лучших традициях эст, перечеркнул слово «Реальность», написав над ним «Нереальность». После чего, естественно, перечеркнул «Нереальность», надписав над ней "Реальность".
Почему? Потому что, продолжил Хэл, "опыт — это единственная существующая реальная вещь; он является источником всего. А то, что большинство людей называют реальностью, на самом деле основывается исключительно на соглашении. Если достаточное количество людей согласится с тем, что Земля плоская, она будет таковой".
После чего он попросил нас не выносить этот маленький секрет за пределы комнаты и в каждом разговоре о нереальной физической вселенной называть ее кодовым словом «реальность». Говоря же о нашем собственном опыте, мы должны использовать другое кодовое слово — "нереальность".
Следующий вопрос звучал так: "Кто является источником или причиной вашего опыта?" Ответ, естественно, был однозначен: мы сами, поскольку каждый из нас создает свой собственный опыт.
Это рассуждение привело нас к длительной дискуссии — казалось, что присутствующие пытаются представить себе такие ситуации, которые не могли зависеть от них самих.
Независимо от того, насколько полно мы понимаем (или не понимаем) это, всем нам необходимо смириться с тем, что мы являемся единственными создателями нашего личного опыта. Все начинается с идеи ответственности. Я не считают ответственность обузой, я всегда рассматриваю ее как возможность — и только как возможность. Существует, например, ответственность, которая возникает вследствие получения водительских прав: вам необходимо соблюдать правила дорожного движения и нести ответственность за последствия их нарушения. Однако данная ответственность дает нам и возможность, открывает нам целый мир новых возможностей.
Но даже если вы сможете логически подтвердить существование ситуаций, в которых вы не создавали никакой реальности, когда на самом деле эту реальность создал некто другой (за что вы его с тех пор не устаете корить), — этим вы только обманываете себя. Уравнение простое: обвинение = сопротивление = замыкание энергии в определенном месте = застой энергии = утрата силы = сознание жертвы.
Если вы хотите добраться до источника, вам необходимо взять на себя ответственность за то, что вы создали. Действуя таким образом, вы признаете свою ответственность и начинаете быть с ней! При этом ваше слово становится законом вашей вселенной.
Мы на самом деле неуклонно создаем нашу собственную реальность, и принятие ответственности за этот акт открывает нам новую возможность — ответственность позволяет нам завершить прошлое вместо того, чтобы переживать его последствия, что, в свою очередь, позволяет нам пребывать в настоящем. Именно в этот момент вы обнаружите, что направляете лошадь именно в том направлении, в котором она скачет.
Остальную часть третьего дня мы занимались процессами — всего их было два или три. Больше всего мне запомнился один, когда группа занимающихся, человек двадцать или около того, выходила на эстраду, строилась в прямую линию и пыталась изобразить верх идиотизма. Нам давали сценарий и рекомендации по его воплощению. Текст сообщал Хэл; мы должны были повторять его совершенно точно и максимально драматично.
Моей группе выпала ситуация, в которой каждый из нас проснулся утром, возможно с жуткого перепоя, отправился в ванную комнату и там обнаружил нечто совершенно невыносимое. Короче, нам следовало вопить: "ЧТОБЫ Я БОЛЬШЕ НИКОГДА, СЛЫШИШЬ, НИКОГДА НЕ ВИДЕЛ, ЧТО ТЫ ЧИСТИШЬ ЗУБЫ СВОЕГО ПСА МОЕЙ ЗУБНОЙ ЩЕТКОЙ!" Я орал, жестикулировал и вообще из кожи вон лез, изрыгая каждое слово. После этого я до конца дня охрип, но зато «прослушивание» прошел успешно. А вот тем, кто срезался, не повезло — им пришлось исполнять это соло до тех пор, пока все не получилось как надо (должен заметить, что Хэл оказался очень придирчивым экзаменатором. Кстати, к этому времени я заметил, что Хэл делает успехи; конечно, до Рона ему было далековато, но он явно старался). Тем несчастным, кого заставили повторять их выступления, происходящее показалось еще более ужасным занятием, чем "процесс опасности".
День завершился появлением Мистера Личности, т. е. Виктора, который механически развез нас по домам.
Четвертый и последний день занятий был посвящен "анатомии разума" (Если верить Хэлу, это составляло восемьдесят пять процентов всего курса обучения. Он даже посоветовал нам забыть все, что мы слышали на протяжении первых трех дней, потому что настоящая информация давалась именно сегодня!).
Итак, прозвучал вопрос: "Что такое разум?" Конечно, у эст уже был готовый ответ: "Разум — это линейный массив мультисенсорных совокупных записей последовательных моментов настоящего". В сущности, смысл этого определения в том, что разум является последовательностью пленок — полных записей прошлого опыта, включающих в себя все виды чувств. Одни события мы можем вспоминать сознательно; другие — нет.
Согласно "Книге эст", цель (или точнее, расчетная функция) разума заключается в выживании: "выживании существа либо любого другого объекта, с которым существо себя отождествляет".
