у меня на шее на толстенной цепи, пропуск, он же местный «паспорт», во всех произошедших перипетиях просто пропал. Когда это произошло и как я не имел ни малейшего понятия.
Тем не менее, на то, чтобы стоять длиннющую очередь из торговых обозов, а потом ещё и ждать нового временного паспорта, у меня совершенно не было времени. Рахира в последние полчаса уже едва дышала, а её сердцебиение замедлилось до всего десятка в минуту.
Нормальный человек при таких показателях уже сто раз бы помер и воительнице дико повезло, что её Дар был физического типа. Но любой выносливости был предел и даже Рахира в какой-то момент испустила бы дух. Расшаркиваться со стражниками мне было совершенно некогда.
— Спросите Вургу! — рыкнул я.
После чего фактически перешагнул через стражника и устремился по улицам форпоста к той гостинице, где решил остаться Тириан. Оставалось надеяться на то, что безумный целитель остался верен своим словам о том, что не хочет никуда ходить и сейчас находился в номере.
Ввалившись в гостиницу с Рахирой на плечах и лишь отмахнувшись от бросившегося с возмущёнными причитаниями по поводу моей наготы консьержа, я устремился вверх по лестнице. Дверь комнаты Тириана была не заперта.
Ввалившись в его номер, я застал этого сумасшедшего сидящего за столом и делавшего какие-то заметки в блокнотике. Роль стула для Тириана исполнял стоящий на четвереньках Фисак, обнажённый по пояс и почти полностью покрытый уже подсохшей кровью.
— Доброе утро, Тим, — спокойно кивнул, подняв на секунду глаза от своей записной книжечки Тириан, будто всё происходящее было совершенно нормальным.
Впрочем, спорить и возмущаться мне тоже было некогда. Скинув ремни с плеч, я положил Рахиру прямо на стол перед безумным целителем.
— Лечи.
— Хорошо.
Стоило отдать Тириану должное, он тоже не стал тратить время на лишние разговоры. Впрочем, возможно в его воспалённом сознании это действительно было в порядке вещей.
Встав с Фисака, после чего ночной воришка, жалобно заскулив, просто рухнул на пол там, где стоял, Тириан подошёл к ноге Рахиры, размотал тряпьё и внимательно осмотрел обкусанную мной культю. После чего положил руку на кровоточащий обрубок и комнату залило мерное свечение его магии.
Насколько я помнил, оно было приятного сине-голубого цвета.
В первую секунду воительница задрожала, будто от сильнейшего озноба, но затем её тело, наоборот, расслабилось, дыхание стало сильнее, а сердцебиение — чаще. Я успел. жизни Рахиры теперь ничто не угрожало.
Вот только, глянув на её ногу, я понял, что Тириан просто затягивает её культю рубцовой тканью и кожей. Хотя я слышал от него лично, что он может отращивать отрубленные конечности, сейчас он ускорял естественный процесс заживления после ампутации.
— Ты не будешь возвращать ей ногу?
— Зачем?
— Наверное потому что с ногой лучше⁈ — из-за кучи нервов и недосыпа я был на порядок вспыльчивее обычного.
— Слишком велика жертва, — покачал головой Тириан. — Так тоже неплохо.
Я крякнул. Переводя с безумного на человеческий, похоже, сотворение настолько сложной магии не проходило для самого Тириана бесследно и он не хотел идти на это.
— Если ты сейчас затянешь ей культю, будет возможно отрастить новую ногу потом?
— Да.
— Без дополнительных сложностей?
— Да.
— Хорошо, тогда как хочешь.
Споры с ним даже по простым поводам выматывали и выбешивали меня как мало что другое, что уж говорить о реально серьёзном вопросе. Сейчас у меня не было никаких сил на это. Если не было особой разницы, сейчас отращивать новую ногу или потом — то и сам этот разговор можно было отложить.
Тем более что у меня уже были гости.
— Господин, я прошу прощения, но за вами явилась стража… — боязливо заглянул в комнату консьерж гостиницы.
— Я сейчас выйду.
— Ты надолго на этот раз? — поднял глаза от культи Рахиры Тириан.
— Хрен его знает, — ответил я, сорвал с кровати безумного лекаря простыню, повязал вокруг бёдер и вышел вслед за консьержем.
Глава 35
До выяснения всех обстоятельств произошедшего меня посадили за решётку. Распределительный центр имел помещения, похоже, на все случаи жизни.
Небольшая, тем более для моих нынешних габаритов, камера с буквально сейфовой дверью из толстенного листа стали с запорами толщиной с мою ногу. Сама камера при этом изнутри тоже была обшита листами металла. Для содержания одарённого шестой ступени — самое то.
Тем не менее, даже если бы местом заключения для меня избрали обычную картонную коробку, я бы не стал сбегать. Во-первых, у меня в этом не было никакого интереса. Во-вторых, я слишком устал за последние три дня и заключение, как ни странно, было отличной возможностью отдохнуть.
Как только за мной закрылась дверь, перестали шуршать вдвигающиеся в стену засовы и я погрузился в кромешную тьму и полную тишину, я сел, прислонившись к стене, закрыл глаза и почти тут же отключился. Было бы куда удобнее лечь, но камера была для этого слишком маленькой.
И естественно, как и уже кучу раз до этого, всласть отоспаться мне не дали.
Меня разбудил скрип раскрывающейся двери. Снаружи камеры стояли трое: Вурга, командующий операции по устранению дракка, Сарзак, глава распределительного центра, и ещё одна незнакомая мне женщина.
На вид ей было около пятидесяти. Для обычного человека довольно высокая, в районе метра восьмидесяти, сухая и жилистая, с совершенно чёрными волосами, заплетёнными в тугой бублик на макушке, она смотрела на меня с явным недовольством.
— Тим Тарс? — поинтересовалась она.
— Он самый, — кивнул я, приподнимаясь и садясь ровнее.
— Почему ты стал ещё больше?
— Самому бы узнать. Не думал, что мой Дар может иметь такой эффект. Тарс мне про это ничего не говорил.
— Твой бог?
— Да.
— Где он? Какая страна тебя призвала?
— Появился я в Тхалсе. Но призвали меня не они, я появился прямо перед Тарсом посреди леса. Вокруг были какие-то люди, но он их почти сразу убил.
— Думаешь, я поверю в это так просто? — хмыкнула женщина.
— Можете верить, можете не верить, что я с этим сделаю?
Она нахмурилась, но не вспылила, и лишь продолжила допрос.
— И какой же Дар у твоего бога?
— Дар звериной силы.
— Поэтому ты так выглядишь?
— Да.
— И поэтому ты не смог остановиться, пока не сожрал… — она замялась и глянула на Вургу.
— Сердце, мозги, печень и желудочный сок, — подсказал ей генерал.
О личности женщины после этого уже можно было особо не раздумывать.
— Пока не сожрал всё это?
— Поэтому тоже, наверное, я и раньше чувствовал дикий голод, когда сражался с монстрами. Но в тот раз, мне кажется, во многом это произошло из-за этого, — я продемонстрировал первому Стражу левую руку с печатями.
— Это правда отметки, оставленные Пятью Великими?
— Да.
— Я не с тобой разговариваю, — отмахнулась от меня женщина. Несколько секунд мы простояли в тишине, после чего она вновь подняла глаза и наши взгляды встретились. — Мой бог подтвердил, что это — действительно следы Даров Пяти Великих. Но также он предупредил меня, что ты что-то мне не договариваешь. Ничего не хочешь добавить к своей истории?
— Не хочу, — покачал я головой.
Пока я бежал с Рахирой на плечах сначала по вырытому червём тоннелю, а потом по поверхности к форпосту, у меня было время обдумать варианты развития событий.
Очевидно, что очередная моя метаморфоза привлечёт пристальное внимание. То, что было незнакомо, то, что было невозможно объяснить, вписать в привычные категории, всегда настораживало и пугало. Неизбежно насчёт меня будут возникать подозрения у всех, кто будет иметь хотя бы зачатки логического мышления.
И сделать с этим было ничего нельзя. Для достижения своих целей мне нужна будет сила куда бо́льшая, чем есть сейчас. И эта сила, теперь это уже было на сто процентов очевидно, будет оставлять во мне всё меньше человеческого. Появившиеся в моём теле «сердца» были тому железобетонным доказательством.
Как бы я ни хотел органично влиться в общество вокруг себя, как бы ни старался завоевать доверие людей, каким бы ни был добрячком и рубаха-парнем, это всё никогда не сработает до конца. А потому, после нескольких часов сомнений, я решил больше не пытаться специально подыгрывать людям вокруг в надежде на лучший результат.
Да, у меня были свои скелеты в шкафу. И да, далеко не всё из того, на что я был способен, могло быть объяснено с точки зрения классического понимания местного мироустройства.
Но я был достаточно силён, чтобы со мной приходилось
