щенку очень быстро надоело валяться без дела.
― Я подумаю, ― пообещала Марья, заранее предполагая, что вряд ли изменит решение. ― О, нет, малы-ы-ыш!..
Спрыгнув с дивана, Крендель стал энергично отряхиваться, и капли воды полетели во все стороны, забрызгав и Марью, и Павлу.
― Кажется, он отомстил нам за помывку, ― рассмеялась Павла, вытирая мокрые ноги. ― Ему не очень-то понравилось купаться. Мам, можно, когда Крендель обсохнет, мы выйдем гулять в сад? Владимир Семенович разрешил. А Глаша обещала присоединиться.
― Конечно, можно, ― разрешила мать. ― Вы с Глашей можете гулять так часто, как вам захочется. Я совершенно не против.
А вот ей лучше не видеться с Владимиром, не давать себе лишнюю надежду. Марья решила, что между ними ничего не может быть, кроме соседства.
На следующий день, рано утром, Семен Петрович привел к домику соседок помощника. Константин выглядел уверенным в себе и представительным. Невысокий, светловолосый и довольно крупный, с грубоватыми чертами лица, он много улыбался и уверял Марью, что у них все получится. Он обещал взять на себя поставку готовых салатов в магазины, а также закупку всех необходимых ингредиентов.
― Если что понадобится, только свистните, ― попросил он, вручая Марье свой номер телефона. ― Всегда к вашим услугам.
Марья приняла визитку и в который раз порадовалась, что в их доме установлен городской телефон. Так она могла всегда оставаться на связи.
― Спасибо, ― поблагодарила она Константина. ― Я рада, что вы верите в наше предприятие.
Она сильно нервничала перед первой поставкой. А еще ― безумно боялась испортить продукты. Только бы ничего не забыть… Или не пересолить, как сегодня утром яичницу. Павла, смеясь, сказала, что ее мама влюбилась. А Марья покраснела, кажется, до корней волос.
― Ну-с!.. ― Константин хлопнул в ладоши. ― А теперь давайте проверим, все ли мы предусмотрели, и составим список дополнительных покупок. Не волнуйтесь так, Марья, все пройдет хорошо. У меня большой опыт работы поставщиком. К тому же я умею находить общий язык с любым человеком. Надеюсь, вы не сочтете это за бахвальство.
Марья покачала головой.
Константин действительно располагал к себе, был очень общительным и вежливым. Она не могла бы сказать с полной уверенностью, но, кажется, он даже пытался заигрывать с ней. Но в ее душе его ухаживания не нашли отклика. А вот образ Владимира преследовал всюду. Не важно, чем занималась Марья: готовила салаты, разговаривала с кем-то или просто задумчиво смотрела вдаль, непрошенные мысли не оставляли в покое.
Впрочем, серьезные хлопоты и подготовка крупной партии салатов заняли много времени и утомили Марью донельзя. Вечером, когда к особняку Вяземских стали подъезжать дорогие авто, она обессиленно упала в кресло. Руки и спина ныли, но выполненная работа грела душу.
― Мам, смотри, как красиво!.. ― Павла выглядывала в окно. В честь приезда в саду включили подсветку, установив дополнительные гирлянды. ― Как будто мы в сказочном лесу.
― Лишь бы не превратиться в ведьм, ― пошутила Марья. Вытянула уставшие ноги и прикрыла глаза. ― Надеюсь, будет не слишком шумно, и мы сможем лечь спать вовремя.
― Почему же ведьмы? ― возразила Павла, не обратив внимания на последующее высказывание. Спать девочке совершенно не хотелось. ― Может быть, мы добрые феи? Или Золушки ― она ведь тоже пряталась в лесу от злой волшебницы. Ой, к нам кто-то идет!
Глава 20
― Кто идет, воробышек?.. ― Марья подпрыгнула, как ужаленная. Пригладила волосы и оправила платье. ― Может быть, кто-то из гостей заблудился?
― Нет, ― весело прощебетала Павла. ― Это дедушка Глаши. У него в руках какие-то коробки… Интересно, что это?
Марье подумалось, что Семен Петрович забыл отдать ей что-то из оборудования. К примеру, коробки с герметичными контейнерами или посудой. Она широко растворила дверь и улыбнулась.
― Так и знал, что вы дома, ― вздохнул Семен Петрович и зачем-то осмотрел Марью с головы до ног. ― И был уверен, что на ужин вы не явитесь.
― Простите, ― сникла Марья, как ромашка под жарким солнцем. ― Я немного устала и…
― И вам с Пашей не в чем идти, ― дополнил за нее Семен Петрович. ― Знаю, Александра купила для вас одежду. Но то, что подходит для работы в саду и огороде, не годно для званого ужина, верно?
Он бодро подмигнул и вручил Марье коробки. Она машинально приняла и, краем глаза заметив логотипы дорогих брендов, охнула.
― Что это? ― спросила, уже догадываясь, что именно находится в коробках. ― Семен Петрович, вам не стоило… Мы с дочерью и без того ваши вечные должницы.
― Не выдумывай глупостей, Марья, ― отмахнулся он. ― Это я должен извиниться за попытку скрыть вас от сына. Не стоило предлагать вам прятаться и держаться в стороне от особняка. Глупая была идея. Думаю, я вас обидел, и потому прошу прощения.
― Что вы, никаких обид, ― взволнованно возразила Марья.
Павла подкралась к ней и забрала верхнюю коробку. Перенесла на диван, и, открыв, обнаружила там красивое вечернее платье, нежно-розовое, пышное, совсем как сказочный наряд принцессы.
― Ма-а-ам!.. ― протянула она, глянув на мать. Глаза девочки горели азартом. ― Можно примерить? Ой, тут еще и туфли есть. И все моего размера. Ма-а-ам, ну пожалуйста…
Вздохнув, Марья кивнула.
У ее дочери никогда не было и быть не могло таких нарядов. Но она, как все девочки мира, мечтала их получить. Разве можно лишать ее возможности почувствовать себя принцессой?
― А ты свое не хочешь посмотреть? ― лукаво предложил Марье Семен Петрович. ― Надеюсь, тебе понравится.
― Это слишком дорого, ― продолжала стоять на своем Марья. ― И вам действительно не за что извиняться. Вы сделали так много для нас. Это мы должны одаривать вас.
― Я сделал это от души, Марья, ― возразил Семен Петрович. ― И мне очень хочется
