Читаем без скачивания Следы на мосту - Рональд Нокс

– Вы всегда найдете меня там, пока дело не будет закрыто, инспектор. Не знаю почему, но настоящая детективная история не отпускает человека, он не может бросить ее даже при желании. Я пробуду здесь еще около двух месяцев, и «Пескарь» меня вполне устраивает. Не говоря уже о компании.

– Бридон, – сказал Лейланд, – все это время вы были немы как рыба. Не иначе как до чего-то додумались и на пути к решению.

– Ну, до цели еще довольно далеко, – весело отозвался Бридон. – Но я люблю неожиданные затруднения, которые не имеют отношения к делу. А данное затруднение, судя по всему, не имеет к нему ни малейшего отношения.

Глава 12

Тайна острова

Бридон был молчалив, пока не остался наедине с Лейландом.

– Предоставляю вам решать, – сказал он, – в какой степени вы намерены довериться мистеру Кверку. Мне же остается сообщить вам, что я в свое время раздобыл отпечатки пальцев Найджела Бертела, чему сегодня ужасно рад. Когда я заходил к нему показать те фотографии, то постарался сделать так, чтобы он взял в руки конверт, где они лежали, и потом вернул его мне. По возвращении я тотчас сфотографировал отпечатки, вот снимок. Если меня не подводит память, полагаю, они те же, что на графинах.

Предположение полностью подтвердилось.

– Ну что ж, – сказал Лейланд, – по крайней мере, мы имеем факты. По вашим словам, до той ночи кузены Бертелы не расставались. А ночь на понедельник Найджел Бертел провел в «Миллингтонском мосту» один, изо всех сил постаравшись сделать так, чтобы все решили, что Дерек тоже там был. Например, ему пришлось потрудиться, чтобы смять постельное белье в комнате три.

– И не впадайте при этом в распространенное заблуждение – невозможно как следует измять постель за десять минут. Это, знаете, в книжках, а в жизни, чтобы кровать выглядела так, будто на ней спали, нужно полежать не меньше часа, а то и больше. Думаю, Найджелу Бертелу пришлось всю ночь разрываться между двумя комнатами и двумя кроватями. В ту ночь он, конечно же, вылез в окно и еще раз зашел в гостиницу, представившись человеком с фотоаппаратом. Ведь у него была репутация приличного актера, что бывает среди любителей. Утро застало его в комнате номер три. Дверь в комнате два он запер, когда перебирался из одной кровати в другую. Потом притворился, что съел завтрак, умылся сначала в третьей комнате, затем во второй, уложил вещи, спустился, съел второй завтрак, оплатил счет и ушел. Неплохая ночная вахта. Но зачем?

– Может, я идиот, – задумчиво проговорил Лейланд, – но мне кажется, я подбираюсь к разгадке. Изложу-ка я вам свою версию вчерне, интересно, что вы скажете. Я исхожу из твердо установленного факта – покамест чуть ли не единственного твердо нами установленного факта: в ночь на понедельник Найджел Бертел сознательно притворялся двумя людьми, хотя на следующее утро, когда они продолжили путь, кузен точно был с ним. Единственный убедительный мотив, которым можно объяснить фантастические действия Найджела, тоже фантастический. Он действовал так, желая, чтобы все подумали, что Дерек Бертел жив. Между тем как в действительности тот был уже мертв. Значит, он убил своего кузена в воскресенье.

– Оригинально, вне сомнений. Вы хотите сказать, он оставил тело в лодке и привязал ее в таком месте, где бы ее вряд ли нашли?

– Возможно. А возможно, затопил тело в таком месте, откуда мог легко его достать. В любом случае поскольку до тех пор они во всех гостиницах останавливались вдвоем, Найджелу нужно было создать впечатление, что и в «Миллингтонском мосту» ночевали два джентльмена. И, как нам известно, ему это удалось. Но в целях предосторожности он этим не ограничился. Он решил проделать с телом кузена старый трюк Сида[22], то есть разыграть перед смотрителем шлюза сцену, будто тот жив. Найджел положил труп на дно лодки в позе спящего или находящегося под воздействием наркотиков человека и спокойно подплыл к Шипкотскому шлюзу. На его счастье, вода стояла высоко. В противном случае смотритель вышел бы на мост, чтобы повернуть лебедку, и взгляд его упал бы прямо на лодку. А так он только открыл ворота, причем сделал это, по обыкновению всех смотрителей шлюзов, повернувшись спиной к публике.

– Да, Найджел рисковал. Но, как вы уже сказали, фортуна была к нему благосклонна.

– Вторая, нижняя, шлюзовая камера особой опасности не представляла. Поворачивая лебедку, смотритель опять стоял спиной, к тому же уровень воды быстро понизился, и Берджес лодки не видел. Затем Найджел, стоя над камерой, якобы завел разговор с безжизненным телом. Ответов слышно не было, но это не вызвало у смотрителя подозрений; шум воды, стены камеры – он едва ли мог услышать второго собеседника. Но оставался непростой вопрос: как аккуратно вывести лодку из шлюза, если пассажир мертв? Этот вопрос Найджел решил, надо признать, блестяще: он сделал вид, что в последний момент спохватился, будто забыл фотоаппарат или что-нибудь в этом роде, ринулся к лодке вниз по ступеням и, находясь вне поля зрения смотрителя, подтолкнул каноэ. Этого оказалось достаточно, чтобы лодку вынесло в реку, а там ее подхватил ветер. Затем наш герой занялся своим алиби.

– А тем временем…

– Тем временем… Знаете, я привыкаю к мысли о третьем человеке, только думаю, что это сообщник, который должен был каким-то образом избавиться от тела, отплыть подальше от Шипкота, затопить лодку и убраться восвояси.

– Вы полагаете, избавившись от тела, сообщник поплыл дальше?

– Именно. Понятно, что в утренние часы река, берега пустынны. Но все-таки никто не мог гарантировать, что не будет ни души. А если бы лодку увидели, нужно было, чтобы в ней находился только один человек. Тогда любой случайный прохожий впоследствии присягнул бы, что это был Дерек. Случайные прохожие всегда присягнут вам в чем угодно. А потому эту задачу сообщник выполнял один, и не важно, сколько человек его видели – кроме того момента, когда он топил лодку. Это, как вы понимаете, означает, что он должен был где-нибудь оставить тело, причем в таком месте, где бы его не нашли.

– Ну да. Кстати, вы ведь тоже думаете, что они собирались спрятать тело, а не ждать, пока его вытащат из воды?

– Я вам об этом и толкую. Бывает, конечно, что утонувших так и не находят, но вероятность невелика. Так что если, обшарив дно, наше тело не найдут, скорее всего его там просто нет. И только потому, что Найджел и его сообщник – назовем их так для простоты – не хотели, чтобы его нашли.

– Замечательно. Едем дальше. Это, в свою очередь, означает…

– … что осмотр тела все покажет; на нем обнаружатся следы либо насилия, либо чего-то еще, что не очень понравится коронеру. Стало быть, тело нужно было временно припрятать. Сообщник не мог перенести его к себе в лодку, Найджел не мог взять его с собой в поезд. Можно было его утопить, а затем достать, но это трудно. Проще спрятать на суше, до того как появится возможность окончательно от него избавиться.

– Но ведь у них было не очень много времени. Часа через четыре уже начались поиски.

– Именно. Тем важнее было выбрать место, где не будут искать. И потому я склоняюсь к мысли, что тело спрятано на острове. Вы, конечно, помните, в северной части острова – не там, где шлюз, – густой лес, заросли папоротника, подлесок. Искатели работают вдоль берега до шлюза, углубляясь в обе стороны на мили. Но на острове они как раз искать не будут, исходя из того, что если Дерек потерял память или просто дал деру, то сейчас он уже далеко-далеко. А правда, хоть кто-то осматривал остров?

– По-моему, нет. Однако вот что нужно учесть: если труп спрятали на острове, его потом очень трудно оттуда вызволить. Туда практически невозможно пробраться незамеченным, что по суше, что по воде.

– Вы правы. Но они вполне могут воспользоваться тем, что идут поиски. Во всяком случае, Найджел вроде как в понедельник допоздна искал тело. А что, если он знал, где оно? И нашел? А найдя, поспешил от него избавиться?

– Да, неплохо бы там посмотреть. Или вам непременно нужно в Оксфорд? Если вы умеете обращаться с веслом, нам не потребуется много времени, чтобы добраться туда по воде, это упростит задачу.

– Мы что, отправимся вдвоем?

– В каноэ я третьим не сяду. Анджела непоколебима в своем намерении на пару дней наведаться домой. Ей почему-то взбрело в голову, что дети обрадуются матери. А в том, что мистер Кверк согласится принять участие в этой операции, я сильно сомневаюсь. Ограничимся нами двумя.

Безветренная река под безоблачным небом была сказочно красива. На малейшие движения прохлада водной глади отзывалась нежной рябью. Ровный вечерний свет подчеркивал умеренный контраст между красноватым грунтом берега и его зеленым обрамлением. Над прямым и недвижным, как стражники, камышом вдалеке виднелись верхушки деревьев. Ласково журчала вода под ногами коров на мелководье, урчали уборочные машины, галдели, прорезая тишину, дети. Непереносимо сладкие запахи мяты, таволги, разбросанного сена смешивались с самой нежной из всех сред – ароматом чистой речной воды. Река, то сверкая в солнечном свете, то таинственно темнея в тени деревьев, казалось, перешептывалась с легкими ударами весел. Природа словно решила забыть о случившемся и жить как ни в чем не бывало. Лишь драги, попадавшиеся время от времени, напоминали о прошлом и своей печальной миссии.