Но тогда каким инструментом делали линии «сетки» и снимали материал с Масуда-ивафун, если это не было простое скалывание зубилом и молотком?.. На ум приходит только нечто типа мобильной бормашины с довольно крупным диаметром бора (непосредственно рабочей части инструмента). Но это — уже вовсе не примитивный инструмент. Его может создать только цивилизация уже на очень высоком уровне развития!.. Ведь для обработки такого материала как гранит бор должен быть твердым и прочным; бор должен вращаться каким-то специальным механизмом и вращаться с достаточно высокой скоростью; этот механизм должен обеспечиваться какой-то энергией, которую что-то должно вырабатывать и т. д. и т. п.
Японцы времен Кобо Дайси подобной техникой не обладали. Тем более они обладать не могли ею еще раньше — если Масуда-ивафун реально существенно древнее официальных датировок. И речь должна идти о какой-то хоть и древней, но весьма высоко развитой цивилизации, неизвестной историкам.
На то, что мы действительно можем говорить о такой высоко развитой цивилизации, указывает еще одна особенность, которая отчетливо видна на обработанных участках Масуда-ивафун.
Дело в том, что природный гранит не является абсолютно однородным материалом. В нем часто встречаются темные более твердые вкрапления типа диорита и других аналогичных минералов. При обычном скалывании такого материала из-за различия твердости разных составляющих всегда образуется и разница уровней — участки более твердого минерала оказываются либо менее, либо более глубоко сколоты по сравнению с соседними участками собственно гранита, обладающего меньшей твердостью.
На обработанных же участках Масуда-ивафун темные более твердые вкрапления сняты заподлицо с соседними участками гранита!.. Даже там, где явно нет никаких признаков дополнительной шлифовки, которая могла бы нивелировать разницу уровней на участках разной твердости. Отсутствие же признаков дополнительной шлифовки довольно определенно указывает, что это — лишь побочный результат работы инструмента при снятии материала.
![]()
Рис. 74. Темные более твердые вкрапления на Масуда-ивафун
Подобный результат можно было бы получить при использовании такого машинного инструмента, который сразу срезает заподлицо участки разной твердости. Но здесь признаков резания как раз не видно. Поверхность даже обработанных участков гораздо больше похожа на результат работы какого-то инструмента, который не срезает материал, а как бы крошит, размалывает его. То есть использовался некий механизм, работающий по тому же принципу, что и некоторые современные горнопроходческие комбайны и валковые камнедробилки…
В ходе осмотра Масуда-ивафун нам удалось взять несколько образцов с обработанных поверхностей для поиска микровкраплений материала обрабатывающего инструмента, который вполне мог застрять между кристаллами кварца в граните (ведь любой инструмент при обработке столь твердой породы неизбежно стачивается). Для исследования образцов использовался растровый электронный микроскоп Tescan Vega LMU, оснащенный системой рентгеновского волнодисперсного микроанализа Oxford INCA Wave 700. Эта техника особенно эффективна для поиска и анализа микровкраплений металлов и их сплавов. Исследования организует и проводит участница нашей экспедиции геолог Юлия Горлова со своими коллегами.
Пока проведены только предварительные анализы, которые, впрочем, уже дали весьма любопытные результаты. В частности, на образце, взятом с восточной боковой стенки западной «ванны» Масуда-ивафун, обнаружены не только частицы железа с примесями титана и ванадия, но и частица сплава медь-железо-никель-кобальт. Подчеркну, что речь идет именно о сплаве, содержащем указанные элементы, а не просто о какой-то частице, которая могла бы оказаться лишь механической смесью указанных элементов. И если частицу железа с примесями титана и ванадия еще можно было бы списать на материал обычного железного инструмента, который уже использовался в Японии в I тысячелетии нашей эры (официальная датировка Масуда-ивафун), то сплав медь-железо-никель-кобальт заведомо не имеет никакого отношения к японскому обществу того времени и указывает на очень высоко развитые технологии. Особо показательно наличие в сплаве кобальта, поскольку ныне около 80 % добываемого кобальта расходуется на получение сверхтвердых, жаропрочных, инструментальных и износостойких сплавов. Эти сплавы находят применение в машиностроении, в авиационной технике, ракетостроении, электротехнической и атомной промышленности.
Версии, которые кажутся фантастикой
Возможность соотнесения Масуда-ивафун не с примитивной, а с весьма развитой цивилизацией, позволяет выдвигать принципиально иные — не столь упрощенные как постамент для памятника или саркофаг для погребения — версии назначения этого объекта. Версии, которые могут показаться даже фантастичными, но являются на самом деле вполне допустимыми для цивилизации, ушедшей далеко вперед по пути развития своих технологий.
Мне и Игорю Левашову, уже побывавшим ранее в Южной Америке, прежде всего бросилось в глаза некоторое сходство «ванн» с аналогичными прямоугольными выемками на древних перуанских объектах. Такими выемками, например, буквально изрезаны скалы в окрестности Куско. Причем эти изрезанные скалы имеют явные признаки того, что к ним приложила руки именно высоко развитая цивилизация.
Целый ряд таких изрезанных перуанских скал обладали особенностями, которые позволили выдвинуть версию, что эти выемки могли использоваться для размещения в них какого-то оборудования. Например, аппаратуры радиолокационных станций или пунктов дальнего наблюдения.
По аналогии с этой версией Игорь Левашов выдвинул версию, что и Масуда-ивафун представлял собой лишь некий «фундамент» для подобного оборудования, и здесь некогда располагался центр наблюдения древней высоко развитой цивилизации, следы реального существования которой в далеком прошлом мы находили в самых разных странах.
Правда, эта версия не объясняет некоторые особенности Масуда-ивафун — такие, например, как наличие «бордюров» на верхней части объекта, которые представляются излишними для подобного использования объекта.
![]()
Рис. 75. Изрезанные скалы в Саксайуамане (Перу)
В чем сошлись, пожалуй, все участники нашей экспедиции, так это в том, что, несмотря на всю странность деталей и незавершенность Масуда-ивафун, он производит явно впечатление геометрически весьма осмысленного объекта. Причем такого, который не предполагался его создателями в качестве самостоятельного монолита, а должен был составить лишь часть какой-то более сложной составной конструкции. Достаточно сказать, что «ванны» создают ощущение того, что к ним должна быть какая-то «ответная часть». Но какая именно была эта «ответная часть», и что могла представлять конструкция в целом?.. Тут можно лишь гадать.
Скажем, у Екатерины Манжосовой асимметричность верхней части Масуда-ивафун вызвала ассоциации с дверными замками. Но что мог запирать «замок» подобных размеров, и что могло быть «ключом» к такому «замку» — совершенно не ясно.
Весьма неожиданную, но более осмысленную версию выдвинула Мария Дудакова, которая обратила внимание на конусообразность обработанной южной грани Масуда-ивафун. Эта форма напомнила ей конусообразность некоторых современных бетонных опор, которые используются в условиях большого веса конструкции, располагающейся на подобной опоре.
Когда имеется какая-то очень серьезная нагрузка сверху, а опора должна стоять в земле очень прочно без каких-либо колебаний, то оптимальным вариантом как раз будет — сточить ее на конус. Тогда опора под своей массой (и массой располагающейся сверху конструкции) входит настолько плотно в землю, что не требуется никаких дополнительных фундаментов.
