Как я и предвидел, старые дворцы снаружи раззолочены, а изнутри – со дворов – гнилые (провода, трубы, лестницы).
* * *
Защита докторской диссертации Татьяны Германовны Шаповаловой проходила в Совете Института пульмонологии Медицинского университета им. И.П.Павлова, что на ул. Рентгена. Этот институт – позднее дитя всемирно известного Всесоюзного НИИ пульмонологии. Но состав совета по-прежнему уникален. Это Г.Б.Федосеев, Н.В.Путов, В.И.Трофимов, А.Н.Кокосов, Т.Е.Гембицкая, М.М.Илькович. Защита проходила строго, традиционно, дозированно, но очень доброжелательно. Это, прежде всего, относилось к председательствующему академику Г.Б.Федосееву. Никто никого убивать не собирался. Да, на таком миру и смерть красна. Всемерно помогала нам профессор Мария Анатольевна Петрова. Защита прошла вполне успешно.
* * *
В кабинете профессора Г.Б.Федосеева на стене огромный портрет Ленина, рядом – портрет С.П.Боткина кисти Крамского – подлинник. На нем следы поражения осколками в годы блокады. В углу кабинета – Красное знамя (по-видимому, переходящее). Как было в 1991 году, так и сохранилось. Говорят, Глеба Борисовича из-за его привязанности к советским ценностям частенько «клюют». В кабинете нынешнего зав. кафедрой проф. В.И.Трофимова – тоже висит портрет Ленина, поменьше размером. Молодцы профессора! На этом фоне человек виден в необычном для нынешнего обывателя ракурсе. Обывателя шокирует отсутствие выгоды.
* * *
В ЦК РКРП – РПК утреннее совещание. Рядовое. Дожевывание съездовских решений, анализ усилий на выборах губернатора СПб и губернатора Ленинградской области. В практическом плане текучка и безденежье. Обсуждение перспектив кандидатов. Среди них В.Матвиенко, С.Беляев, А.Маркова и др. Все какие-то ничтожные, мелкие и одинаковые. И это все, что может выделить элитарный слой России? Все на одно лицо. Выбора нет.
* * *
После защиты Татьяна Германовна, профессор Л.Б.Худзик, я и Люся поехали на Невский проспект. У канала Грибоедова сели на теплоход. Экскурсия «Каналы и мосты СПб». Когда плывешь, возникает непривычный вид снизу, от воды на гранит набережных и стены домов. Это потрясает. Знакомое с детства воспринимается совершенно по-новому. Никогда не видел сразу все мосты над Обводным каналом, Мойкой и Фонтанкой. Сколько же гранита было всажено в это болото! Сколько труда рабочих-каменщиков, строителей, конструкторов, архитекторов впитал этот вечный город!
* * *
Вечером торжественно отметили успешную защиту Т.Г.Шаповаловой. У брата собрались все ленинградские Кирилловы и гости – всего 14 чел, в возрасте от 5 до 70 лет. Нормальная советская семья.
* * *
По дороге в Москву остановка в Бологое. Раннее утро. Запах сырых сосновых досок. На перроне продают клюкву – 80 руб. за кг. И ведрами грибы – подосиновики с крепкими красными шляпками и белые – крепыши. Запах такой, что уже только его можно продавать.
* * *
Поезд Москва-Саратов. В купе – крестьянин из Перелюбского района и его взрослый городской сын.
Перелюбский район – северо-восточная окраина Саратовской области. Мы мало знаем о сельской жизни, и поэтому разговор с ним был интересен. Собеседник – моих лет, всю жизнь прожил в селе. Он, рассказывая о жизни, как будто руками ее трогал, очень объективен, но сдержан в оценках. Подтверждает процесс медленного вымирания сельского населения, разрушения прежде колхозной собственности, выживания немногих успешных. Поселковые жители живут за счет своего подворья. Фермерство не развито. Промышленность – молокозавод, мясокомбинат. Очень распространено пьянство, а значит нищета – источник дешевой рабочей силы. В степи – недалеко – табор курдов. Они – вне законов, это даже не цыгане. Основа их жизни – воровство. Дети не учатся. Граница района с Казахстаном дырявая. По его словам, что-то в районе строится. Известный депутат Володин с дальним прицелом (губернаторским?) многое обещает и, действительно, что-то выполняет (построены ЦРБ, школа). Сообщение с центром области – автобус. Бывший нерядовой колхозник стал законченным единоличником, но память о советской власти, а значит, способность к критическому восприятию новой жизни у него не утрачена. Сына, живущего в Саратове, успел выучить именно в то время.
Октябрь
Из Рязани пишет младший брат Владимир Михайлович. Ныне он возглавляет там областную организацию РКРП-РПК. «Пришлось участвовать в сборе подписей для КПРФ. Правда, мы выбрали пассивную форму помощи. Собрали только 500 (это половина того, что установил наш ЦК). Энтузиазма у ребят нет». Энтузиазма нет и у саратовских коммунистов. Что-то все-таки собрали, но оказалось, что и этого не нужно: КПРФ сделала все сама. Слабенький какой-то контакт у нас с КПРФ. Устойчиво неверие в ее коммунистичность и способность к товарищеской солидарности.
Брат сообщает также, что торжественно отпраздновали 85-летие ВЛКСМ (в драмтеатре с участием областного начальства, то есть слабо-розового коммуниста губернатора Любимова).
* * *
Налоговая инспекция одного из районов Саратова. Новое здание. Компъютерная крепость, сдерживающая атаки криминального общества. Масса кабинетов, сотни сотрудников, чистота и внешний порядок, высокая степень дифференцировки обязанностей, превышающая здравый смысл (каждый за свое и никто за всех). Гимн формализму и чиновничьему безразличию, гимн бумаге, начальственной подписи, а человека – нет, он как бы необязателен.
* * *
Идет октябрь. Дожди. Желтеют листья на деревьях. Жизнь – обыденна. Где-то высоко – на телевизионном уровне – идут политические бои, а в обычной жизни – ничего этого нет или скрыто в мелочах. Не видно, чтобы КПРФ наступала, действовала или хотя бы занимала обещанные рубежи: «Лицом к лицу», «Глаза в глаза». Импотент не может увлечь, тем более, если он понимает, что он импотент.
Тихо шуршат подписные листы, шаркают по подъездам оплаченные агитаторы, негромко идет регистрация кандидатов от различных партий. Дремоту как всегда нарушают вечерние вскрикивания Жириновского. Поорет, поорет и вновь тихо. Шепелявый «народник» Райков дремать не мешает. Зюганов с красным от возбуждения и злым лицом, очень похож на нашего саратовского профбосса, псевдореволюционного на трибуне и жалкого в приемной у Аяцкова, с которым он согласовывает свои обрезанные инициативы. Масштабы разные, но главное одно: и тот, и другой другими быть не могут.
* * *
О 10-летии расстрела Белого дома осторожные СМИ говорят с нарастающей тревогой. Чувствуют, память не только не гаснет, а напротив – разгорается. Поговаривают о скором уходе «команды Ельцина» из путинского окружения, о дистанцировании Путина от ЕБН. Здесь много лукавства, но косметика неизбежна.
О памяти: люди помнят о расстреле рабочих на Дворцовой площади в январе 1905 г. («Кровавое воскресенье»), о расстреле рабочих на Ленских приисках в 1912 г. Лукавство умерло, а память осталась.
* * *
Иногда кажется, что парторганизация наша тихо умирает. Нет людей. Постарели, устали, перестали приходить, по домам сидят. Даже у «анпиловцев» больше сплоченности. Проводимые протестные акции (митинги, пикеты) напоминают появление над водой бурной реки головы плывущего человека, судорожно хватающего воздух и вновь погружающегося в пучину. Правда, это характерно и для КПРФ.
* * *
Зюганову недостает динамизма и порыва. Образно говоря, недостает одухотворенности хохолка на голове, как у Суворова. Однообразен, как колун.
* * *
Матвиенко со второго раза получила поддержку лишь 17 % ленинградцев: губернатор одной шестой части населения города. И это на волне празднования 300-летия СПб и максимума поддержки президентом. Людей не обманешь. Эпатаж лимоновцев: губернаторшу поздравили – «приложили букетом».
* * *
ВМА им. С.М.Кирова. Академическая столовая («шеровская», как ее тогда называли в честь ее заведующего). 50-е годы. Пожилая гардеробщица рекомендует слушателям – гулякам и бабникам прочесть «Крейцерову сонату» Л.Н.Толстого, чтобы образумить их. А сейчас профессора этого не знают.
* * *
Партийность – широкое понятие, это система взглядов и отношений. Конкретная форма партийности всегда проявление ограниченности, часто синоним выполнения партийного поручения. Активность коммунистического движения крайне низка, она отстает от уровня недовольства масс. Нет ярких последовательных лидеров, нет революционеров, нет глубокой партийности, нет самоотверженности.
* * *
Один из саратовских «борцов за народное счастье» «отстегнул» училищу благотворительную сумму и курсанты дружно проголосовали за своего благодетеля. Так рождаются Думы благодетелей с загребущими руками, как правило, из числа бывших членов бюро ВЛКСМ районов. Комсомол 80-х – инкубатор перевертышей 90-х – двухтысячных годов.
* * *
СМИ гонят бочку на губернаторов-коммунистов, сообщают сведения о, якобы, снижающемся рейтинге КПРФ. Это и есть черный пиар, предвыборная борьба в период, когда она запрещена.
