и разные соленья, и многое другое. Особенно хороша была выпечка. Ароматы смешивались и создавали особый общий запах по-настоящему королевского пира.
При этом слуги так быстро и ловко подставляли новые блюда взамен опустевших, что я даже не успевала замечать.
Слева от принцессы возникла тарелка с аппетитно выглядящими пирожными. Песочные корзинки со взбитым кремом, щедро посыпанные толчеными барнольскими орехами.
«Ну-ка назад!» — скомандовала я, бдительно отследив движение левой руки в сторону горки пирожных на блюде.
«Почему?» — немного обиженно спросила Милиана.
«Мы же договорились! Забыла? Буду следить за твоим нежным тельцем, чтобы привести в порядок!»
«Что, прямо сегодня начнем? Нельзя с завтрашнего дня?»
«Нет, такие дела начинать нужно или сейчас, или никогда. Так что терпи. Вот там отличные фрукты, лучше их бери!»
Милиана послушно принялась за фрукты. Уверившись в том, что она не будет своевольничать за столом, я принялась вслушиваться в долетавшие обрывки беседы герцога с каким-то лордом, сидевшим по правую руку от него.
Что меня заставило насторожиться, так это регулярно мелькавшее слово «дорога». Они обсуждали предполагаемый путь в Сторветанию так, будто отбывают прямо сейчас.
«У нас же еще три дня, разве нет?» — уточнила я у Милианы.
«Да, вечером третьего дня свадебного празднества жених забирает невесту в свой дом, — подтвердила принцесса. — Это старинный обычай!»
«Хорошо бы успеть за это время воплотиться, — вздохнула я. — Интересно, как там Эйдан?»
Тем временем расшумевшиеся гости перешли к музыке и танцам, иногда возвращаясь за столы, чтобы подкрепиться и, упасите боги, не протрезветь.
Закончив разговор, герцог вдруг повернулся к принцессе:
— Сколько времени вам понадобится на приготовления к отъезду?
— Все будет готово к отбытию, — ответила Милиана. — Еще два дня впереди.
— Задерживаться здесь более чем на пару часов не имеет смысла, — возразил герцог. — Поторопите ваших служанок.
Волнение накатило так резко, что из правой руки, принадлежавшей мне, прямо на стол выпал спелый местный фрукт, оставив на белоснежной скатерти большое фиолетовое пятно.
«Как мы успеем подготовиться к воплощению? Нужно предупредить Эйдана!»
«Они с Имой наверняка уже в роще! За пару часов не обернутся, слишком далеко!»
«А как же тогда снять морок сегодня вечером?!»
— К чему такая спешка? — сдержанно спросила Милиана, но ее голос немного задрожал от тревоги. – Если у вас какие-то срочные дела, я могу прибыть позднее, отдав должное всем традициям.
— Ваше уважение к традициям своего королевства заслуживает похвалы, но я все же настаиваю на скорейшем отбытии, — жестко произнес герцог.
— Но все устали… Не лучше ли выехать утром.
— В этом нет смысла. К тому же не люблю все эти утренние церемонии с простынями новобрачных, если понимаете, о чем речь, — небрежно бросил герцог, а затем пристально посмотрел на принцессу: — Кстати, а выпонимаете?
Это прозвучало так издевательски, что краска прилила к лицу — не от смущения, а от гнева, причем я прямо кожей почувствовала, что и Милиана злится, а вовсе не стесняется.
«Что будем делать?»
«Скажись больной и запрись в покоях. Нам бы хоть пару часов выиграть!»
— У меня разболелась голова, — объявила Милиана так, чтобы слышали те, кто сидит вокруг. — Вынуждена покинуть вас, мой дорогой супруг!
Встав и подобрав громоздкие юбки, мы медленно направились вдоль стола к выходу из зала. Слуги тотчас убрали кресло, на котором сидела принцесса. Как объяснила Милиана, позволить кому-то сесть на место молодой жены в день свадьбы — плохая примета.
Юбки путались под ногами, от корсета онемели ребра. Хорошо, что хоть шлейф отстегнули перед началом пира. Хотелось побыстрее уйти и запереться в комнате.
На удачу, герцог даже не попытался остановить принцессу — видимо, поверил в плохое самочувствие и решил дать немного времени на то, чтобы пришла в себя.
Дойдя до конца стола, я обернулась: Моргрег пододвинул свое кресло к герцогу, и они что-то обсуждали. И тут две фрейлины подошли о чем-то поговорить с Моргрегом. На их лицах застыло кокетливо-игривое выражение. Казалось, обе не прочь пофлиртовать не только с лордом, но и с герцогом.
«Смотри-ка, твой муженек времени даром не теряет», — заметила я.
«Он, кстати, пока что и твой муженек», — фыркнула Милиана.
«Да уж, повезло нам, что и говорить!»
В это время одна из фрейлин протянула руку к блюду с пирожными и между делом надкусила корзинку с кремом и барнольскими орехами.
Внезапно ее лицо страшно исказилось, он выронила пирожное, взмахнула руками и начала оседать на пол. Кожа стремительно посинела, а вытаращенные в ужасе глаза остекленели…
Глава 21. Поспешный отъезд
Вилора
Опрокинув кресло, герцог вскочил и бросился к фрейлине. Схватил за плечи, попытался вытряхнуть изо рта кусочек пирожного, но было уже поздно. Он даже пустил особый импульс драконова огня ей в грудь, пытаясь заставить биться сердце. Но девушка по-прежнему не дышала, а кожа из синей становилась серой.
Гости окружили простертое на полу тело и наперебой давали советы, но никто не решался собственноручно хоть что-нибудь сделать.
Покачав головой, герцог опустил ладонь на ее лицо:
— Ничего не получится. Девушка мертва.
Он аккуратно, самыми кончиками пальцев взял выпавший у девушки изо рта кусочек пирожного. Пристально посмотрел. Осторожно понюхал…
На его лице отразилось сперва недоумение, а потом отвращение:
— Все понятно. Унесите пирожные.
В толпе гостей раздались крики:
— Это отрава! В пирожных отрава!
Общая паника охватила всех за столом. Гости бросали недоеденные куски обратно на тарелки, выплевывали недожеванную пищу, брезгливо вытирали пальцы салфетками.
«Срочно бежим отсюда, пока еще что-нибудь не случилось», — скомандовала Милиана, но я уже и так поняла, что к чему. Быстрым шагом направилась к выходу, сталкиваясь с перепуганными гостями.
«Что-то мне здесь все меньше нравится, — заметила я, расталкивая у дверей каких-то девиц, зацепившихся друг за друга сложными прическами и визжавших с перепугу. – Есть у тебя хоть что-то, из-за чего можно не волноваться?!»
«Ну извини, не успела привести в порядок свою жизнь в ожидании высокой гостьи, — хмыкнула принцесса. – Добро пожаловать в мой мир!»
«Ладно, сейчас выберемся и решим, что делать…» — уже более миролюбиво ответила я, пробиваясь через нарастающую давку у дверей.
Оставив тело погибшей на попечение подоспевших слуг, герцог большими шагами нагнал меня у выхода из зала. Схватил за локоть:
— Не советую вам пропадать из поля моего зрения!
— С чего бы
