Три ее сестры — Марика, Марина и Милана — меж собой довольно похожи, как и Милена с ними.
Ну да, один помет же.
Из своих способностей девушки ничем примечательным по сравнению со своей сестрой не выделяются.
Разве только местами сиреневых отметок, да какими-то абсурдными татуировками на лицах и теле.
Ну, еще разве что своими одеждами.
Да, они все облачены в обтягивающие костюмы, обеспечивающие им визуальную невидимость, но вот покрой и фасон у всех разный.
У Марики, например, костюм больше напоминает раздельные лосины и спортивный топ, соединенные на животе.
Наручи и элементы брони присутствуют, но выглядит все это…
Больше сексуально, чем устрашающе или эффективно.
Впрочем, арсенал у нее на месте — кинжалы, веревки, удавки, метательные иглы, ножи…
И где они их только прячут, ведь на виду ничего нет?
Марика.
У Миланы же, костюмчик вообще похож на какую-то латексную пародию из магазинчика для взрослых готов и любителей стоячих воротничков.
Наличие металлических и явно декоративных украшений, которые сидели на плечах и предплечьях я даже как-то затрудняюсь опознать.
Милана.
Третья убийца-сестрица, Марина, как и Милена, носила костюмчик, при виде которого я вспоминал времена, проведенные за игрушкой, посвященной одной известной смертельной битве.
Марина.
Впрочем, девицы своей амуницией были довольны, а на замечания Фратера, что это не доспехи, а позор какой-то, он удостоился не короткой короткой, но довольно емкой речи от Марины, которая в красках описала ему куда он может пойти, что там с ним должен сделать его боевой конь, стадо диких мустангов, две горы, три горных тролля, самка орка, саблезубый лев, левиафан из Штормового Моря, стая гоблинов, подземная река, три вулкана, иглобрюхая рыба размером с кулак…
— Какой чудесный день, — Ликардия развела в сторону плечи, демонстрируя свое декольте. — Но, да, кажется, наш Паладин сейчас закипит…
— … а потом можешь отсосать у себя сам, если силы останутся после того, как тебя вывернут горные медведи, неповоротливая груда металлолома, прикрывающая свое седалище конем, чтобы туда копье не вбили по самую глотку, — закончила Марина. — Чего вылупился? Ну давай, хватай свою кривую, как твой член, железку! Я исчезну с твоих глаз быстрее, чем ты ее из ножен достанешь, хеймец! И потом твой раб будет еще две недели вытаскивать у тебя по щепке твое же копье сам знаешь откуда.
Паладин, даже не дрогнув лицом, молча поклонился девушке, помахав перед ней своим беретом, после чего извинился и молча продолжил заниматься укладкой своих сумок.
Правда, закончил он с этим еще полчаса назад, но кто ж его упрекать за такое будет?
— Кажется я влюблен, — невольно пошутил, наблюдая за тем, как хрупкая «полторашка» смотрит снизу вверх на бывалого война на две-три головы выше нее и натурально словами спускает его с небес на землю. — Так емко описать ближайшее будущее нашего конного душнилы, это надо постараться.
— Как, оказывается, легко завоевать сердце Практика, — раздался смешливый голос за моей спиной.
Обернувшись, выхватил кинжал, однако, вместо нежданного визитера обнаружил лишь почти двухметровую громаду в доспехах.
Незнакомец был чуть пошире меня в плечах, с ног до головы сокрыт под броней, явно сделанной на заказ.
На вид — немало весит, но, как и любит наш Паладин-душнила, едва ли не каждый сантиметр тела прикрыт металлом.
Даже шлем с головы не снят.
А шлем, как ни странно, увенчан короткими металлическими рожками.
Интересно, а что по этому поводу скажет нас Паладин-душнила?
Впрочем, он наверняка просто захлопнет варежку, потому как этот неизвестный рыцарь одет именно что в латы.
А, помнится, мне говорили, что латный доспех большая редкость…
Или и тут обман?
— Эм… И кто ты, чудо-юдо? — поинтересовался я, замечая, что у незнакомца при себе нет ни единого предмета вещей, кроме как перевязи с мечом.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
При этом положил левую руку на «Пожиратель Душ», обращаясь к его Магии Теней.
Но, вот незадача — передо мной стояла просто черная человеческая фигура.
Ни души, ни намека на маготоки.
Лишь ощущение вечного голода…
Что за срань?
Но агрессии не проявляет.
Если б хотел напасть — уже бы напал.
И каким это образом этот хрен оказался у меня за спиной? Там, вообще-то выход из нашего дома.
Как туда вообще можно попасть, если там Лаврик и Эллибероут?
Маловероятно, что это обещанные нам спутники, но…
— Знакомьтесь, — по правую руку от меня словно из воздуха появилась фигура, которой и принадлежал голос. — Это Люция уль Доран, так же известная как Бессмертный Кающийся Рыцарь. И нет, даже не просите ее снять шлем — она быстрее убьет вас, чем избавится от своих доспехов при свете дня.
— Рот закрой, малявка, — раздался из-под шлема неожиданно благозвучный низкий грудной женский голос.
Латная перчатка взлетела к шлему и через пару секунд на меня взирала молодая, лет двадцати пяти-тридцати женщина с белоснежными волосами и холодным взглядом прирожденного убийцы.
Ее слегка вытянутое лицо обрамляли две пряди, а на затылке виднелся небольшой хвост.
— Люция эль Доран, — перехватив шлем другой рукой, она протянула мне правую для рукопожатия. — Рада познакомиться с Практиком.
— Хм, Глеб, — ответил я на рукопожатие.
И пожалел об этом, так как мою кисть стиснули с такой силой, будто пытались из нее сок пустить.
— Что ж ты такой хрупкий, — в голосе воительницы послышалась надменность и пренебрежение.
Крякнув от неожиданности, натянуто улыбнулся этому безразличному лицу, после чего начал действовать, пока она перекатывала мои костяшки в своей хватке.
Не стесняясь, призвал Магию Теней и начал формировать в сжатой руке файерболл…
Белобрысая, оскалившись и продемонстрировав мне внушительные клыки, одернула руку и оказалась рядом с аркой входа в дом.
Ее глаза мгновенно окрасились желто-зеленым, а со стороны наших фургонов поспешили Олегус, на ходу разминающий свои руки.
— Приехали, — констатировал я, погасив пламя. — Вампирша?
Люция уль Доран.
— Высшая вампирша, попрошу заметить, — тараторила дамочка под боком. — Двадцать два столетия жизни, бесценный опыт в убийствах всех, кого только можно убить. Превосходно орудует полуторным мечом, чуть реже — своими клыками.
— Закрой пасть, — рявкнула на нее вампирша, сжимая и разжимая обожженную ладонь.
— Боюсь-боюсь-боюсь, — говорившая продемонстрировала язык.
Среднего роста, где-то чуть выше полутора метров, рыжеволосая девица, которой вряд ли можно дать лет двадцать, стояла, едва ли не приплясывая рядом со мной, отчего капюшон ее зеленого плаща едва не налезал ей на лоб.
Тонкие черты лица, чуть беловатая кожа, сдобренная на щеках румянами, аккуратный носик, постоянно находящиеся в движении губки по причине ее непрекращающейся болтовни.
Одетая просто, словно обычная горожанка, но в опрятной одежде, девица смотрела на меня широко раскрытыми голубовато-карими глазами.
С нескрываемым, мать его, интересом.
Больше похожа на какого-то проходимца, чем…
А кто она вообще есть и что тут делает?
— Ты еще кто такая, любимица солнца? — спросил я у обладательницы малюсеньких веснушек, которые, как и беспокойный характер, еще больше подчеркивали ее юный возраст. — И какого черта вам обеим от нас нужно?
— Ах, простите-простите, — защебетала рыжая, отступив назад и сделав реверанс. — Корделия Спинсриф. Маг тридцать третьей ступени, элементалист, профессионал в вопросах создания и устранения космических разломов шестого порядка…
Корделия Спинсриф.
