В наше время научные учреждения и вузы работают в условиях ничтожного финансирования, травли, оскорблений и угроз реформирования. Ликвидируют их - все надежды на будущее возрождение исчезают. Правда, ещё некоторое время будем наблюдать позиционирующего себя как философа и математика Г.А. Зюганова, застывшего в позе просителя и мечтающего о «формировании коалиционного правительства национальных интересов, ответственного перед парламентом».
Ю.А. Николаев
ИСТОРИЯ
НАКАНУНЕ ВОЙНЫ
Загадка того, что произошло в канун 22 июня 1941 года, до сих пор вызывает обостренный интерес занимающихся историей. Но несмотря на такое внимание, разобраться с теми событиями историки не сумели по сей день.
В 1953 году умер Сталин, а через три года советскому народу и всему миру объявили, что причиной наших поражений в начале войны стало то, что Сталин якобы не верил в нападение Германии и запретил приводить войска Красной Армии в боеготовность. С 1956 года эта установка стала официальной позицией СССР в области истории войны, и другое мнение в книгах и средствах массовой информации не допускалось. (Такая политика полностью сохранилась и после гибели СССР).
Но такой же режим цензуры был установлен и в странах Запада, называющих себя свободными и демократическими. Казалось бы, политические противники и антагонисты во всем, советские коммунисты и западные капиталисты трогательно сошлись в единой оценке действий Сталина накануне войны! Мол, все понимали и видели, что немцы вот-вот нападут, и один только Сталин ничего не понимал и не видел. Может ли быть так, что опытнейший и многолетний глава страны, самый осведомленный человек, безусловно признанный современниками как мудрый и дальновидный руководитель, оказался полным слепцом (или глупцом?) в вопросе, который был ясен всем вокруг?
Несмотря на явный абсурд, такая позиция была принята и до сих пор исповедуется абсолютным большинством историков. Причем это настолько вбито им в сознание, что они не только не видят нелепости своей позиции, но и в упор неспособны заметить массу фактов, которые вопиют об обратном и буквально лежат рядом – только протяни руку и возьми.
Но это отнюдь не единственный пример вопиющей нелепости в общепринятой версии тех событий. Предположим, что изучая военную и международную политику СССР в послевоенный период, мы совершенно не учтем существование противостоящего ему военно-политического блока НАТО и исходившей от него военной угрозы, прежде всего ядерной.
А между тем подобный абсурд не только допускается, но уже более чем полвека является правилом в отношении военных мероприятий Советского Союза в канун Великой Отечественной войны. К примеру, ее участники, описывая предвоенную обстановку в приграничных войсках, постоянно отмечают следующий важный момент. Практически любые перемещения у границы и попытки повысить боеготовность в виде передвижения войск в ее сторону (и не только) сопровождались либо запретом на их проведение без разрешения командования, либо строжайшим требованием соблюдать при этом чрезвычайную осторожность, чтобы «не вызвать провокаций».
Однако что это за провокации и почему их следовало опасаться, как правило, не объясняется. Точнее, иногда поясняют, что провокации могли дать немцам повод к войне. Но если они имели желание и возможность начать войну, то зачем им какой-то повод? Напасть ведь можно и без повода – что они, в конце концов, и сделали. Либо, на худой конец, самим придумать любой повод, в чем у них уже был приличный опыт.
Историки должны были разобраться и объяснить, что это за провокации и почему советское военно-политическое руководство их так опасалось. Но и здесь они оказались бессильны (к счастью, не все, об исключениях будет сказано ниже), и в их трудах военно-политическое руководство СССР выглядит некими пугливыми придурками, которые боялись неизвестно чего. Врагам СССР и России это всегда нравилось, но соответствует ли такая картина той, реальной, действительности? Не заблудились ли в трёх соснах сами историки?
Между тем, за объяснением далеко ходить не надо.
Тройственный пакт
27 сентября 1940 года в Берлине правительства Японии, Италии и Германии заключили военно-политический союз – Тройственный пакт, более известный под названием “Ось Берлин – Рим – Токио”. В течение полугода к нему присоединились Венгрия, Румыния, Болгария, Хорватия и Словакия, позже – Таиланд (и фактически – Финляндия).
Текст договора гласил:
Правительство Великой Японской Империи, правительство Германии и правительство Италии, признавая предварительным и необходимым условием долговременного мира предоставление каждому государству возможности занять своё место в мире, считают основным принципом создание и поддержание нового порядка, необходимого для того, чтобы народы в районах Великой Восточной Азии и Европы могли пожинать плоды сосуществования и взаимного процветания всех заинтересованных наций, выражают решимость взаимно сотрудничать и предпринимать согласованные действия в указанных районах в отношении усилий, основывающихся на этих намерениях.
Правительства трёх держав, преисполненные стремления к сотрудничеству со всеми государствами, которые прилагают подобные усилия во всём мире, полны желания продемонстрировать свою непреклонную волю к миру во всем мире, для чего правительство Великой Японской Империи, правительство Германии и правительство Италии заключили нижеследующее соглашение.
Статья 1. Япония признаёт и уважает руководящее положение Германии и Италии в установлении нового порядка в Европе.
Статья 2. Германия и Италия признают и уважают руководящее положение Японии в установлении нового порядка в Великой Восточной Азии.
Статья 3. Япония, Германия и Италия соглашаются осуществлять взаимное сотрудничество, основывающееся на указанном курсе. Если одна из трёх договаривающихся сторон подвергнется нападению со стороны какой-либо державы, которая в настоящее время не участвует в европейской войне и в японо-китайском конфликте, то три страны обязуются оказывать взаимную помощь всеми имеющимися в их распоряжении политическими, экономическими и военными средствами.
Статья 4. В целях осуществления настоящего пакта безотлагательно создается смешанная комиссия, назначаемая правительством Японии, правительством Германии и правительством Италии.
Статья 5. Япония, Германия и Италия подтверждают, что указанные выше статьи никоим образом не затрагивают политического курса, существующего в настоящее время между каждым из трёх участников пакта и Советским Союзом.
Статья 6. Настоящий пакт вступает в силу с момента его подписания. Срок действия пакта — десять лет со дня вступления в силу. Договаривающиеся Стороны по требованию одной из держав, заключивших пакт, обсудят вопрос пересмотра настоящего договора в любой момент до истечения этого периода.
Этот договор стал логическим развитием Антикоминтерновского пакта, заключенного Германией и Японией еще в 1936 году, и направленного «на оборону от коммунизма» - то есть фактически против СССР. Но тогда СССР еще не граничил с Германией, и проистекавшая от пакта угроза проявлялась не столь остро. Теперь же общая граница с крупнейшими мировыми агрессорами составила около 5000 километров. В итоге по новому договору Советский Союз получил у себя прямо перед лицом и за спиной единство двух старых врагов: на западе – Германию с сателлитами, а на востоке – Японию.
То, что после победы над Францией следующей целью гитлеровской агрессии станет Советский Союз, его руководству было очевидно. Сразу же после этого в июле 1940 г. народное хозяйство СССР перевели на максимально напряженный трудовой режим, резко ужесточилась ответственность за нарушение дисциплины, а доля военных расходов в государственном бюджете с 26 % в 1939 году подскочила до небывалой величины 43 % в первой половине 1941 года.
Германия же начала прямую подготовку к агрессии на Восток. Объективно Гитлеру выгодно было нападать на СССР вместе с Японией – вдвоем легче «завалить» такую крупную добычу. Это ясно и без большой политики, исходя из простого здравого смысла. Угроза войны на два фронта дамокловым мечом повисла над СССР.
Правда, условия Тройственного пакта прямо как будто не обязывали Японию идти на СССР вместе с немцами. Если исключить упоминания о новом порядке в Европе и Азии, которые собирались установить там страны «оси», то пакт вообще мог выглядеть оборонительным. Особенно такой вид ему придавала «оборонительная» статья 3.
Но парадокс в том, что для нас она была не многим менее опасной, чем, скажем, та, в которой содержалось бы взаимное обязательство партнеров о совместном нападении на СССР. В чем опасность, ведь Советский Союз не собирался ни на кого из участников Тройственного пакта нападать, какие тут могут возникнуть проблемы?
