Читаем без скачивания Предел зла - Светлана Алешина

Неподалеку прилаживал свою камеру оператор с телевидения.

— Здравствуйте, Лариса Викторовна, — Артемов выглядел взволнованно и взъерошенно.

— Когда это случилось?

— Час с небольшим назад. Стреляли, похоже, оттуда, — Николай показал на огороженную территорию школьного двора. — Попали прямо в водителя, который крутанул, по всей видимости, руль и врезался в столб.

— А что Шатров?

— Как рассказывают, он был на заднем сиденье вместе с Илоной и пострадал мало. Он вроде бы или успел среагировать, пригнувшись или они вообще там, так сказать… — Артемов слегка смутился, — черт знает чем занимались. Словом, сильные ушибы, и его на носилках только что увезли в больницу.

А с Илоной вообще ничего страшного, вон она.

Артемов показал рукой на одну из иномарок, около которой стояли трое мужчин и вместе успокаивали высокую длинноволосую девицу. Среди них Лариса сразу узнала Михаила Коротина. Второго, смазливого вида чернявого парня, Артемов представил как Эльдара Измайлова. И наконец, самый солидный из всей этой компании широкоплечий мужчина средних лет носил фамилию Болдырев. Это был отец невесты Шатрова.

Лариса вместе с Артемовым подошли поближе.

— Илона, успокойся, ничего страшного. Гена не раз переживал подобное, — вкрадчиво успокаивал ее Эльдар.

— Да уж, — тяжело вздохнул Коротин. — В детском саду он упал головой на какую-то железяку, потом об трубу ударился со всего размаху, не увидел ее перед собой, бедняга… И вот в третий раз сподобился. Бог троицу любит. У него вообще голова — самое слабое место. А самое сильное — вы и без меня знаете где. Вот Илона Дмитриевна опять же подтвердить могут…

Коротин явно намекал на сексуальную ненасытность поп-звезды и его неадекватные порой поступки. Это не значило, что он относился к Геннадию плохо. Просто у него был такой стиль общения, который не всегда встречал понимание окружающих.

Правду о себе они слушать хотели далеко не всегда.

— Сотрясение мозга — не такая страшная вещь, — продолжал свои успокоительные речи Эльдар.

— Было бы там чему сотрясаться, — снова вздохнул скептик Коротин.

Илона с неприязнью посмотрела на Михаила, но тот будто не заметил этого взгляда. В этот момент он как раз сосредоточил свое внимание на Ларисе и Николае и, как показалось Котовой, даже слегка кивнул им. Она решила воспользоваться этим и подошла поздороваться.

— Какие же будут версии детектива на сей раз? — вместо приветствия спросил Коротин.

— Пока никаких, — ответила Лариса. — События развиваются стремительно и непонятно.

— Да уж, — только и оставалось ответить администратору.

— А мы, кажется, знакомы, — солидно прозвучал голос старшего Болдырева. — Моя фамилия — Болдырев. Я начальник городской телефонной станции и несколько раз довелось посетить ваш ресторан. Вы меня не помните?

— Лично общаться нам, по-моему, не пришлось, — улыбнулась Лариса.

— И очень зря. Я слышал, вы специализируетесь на частном сыске.

— На любительском уровне.

— Очень хорошо! Вот моя визитка. Если возникнут какие-то вопросы, я к вашим услугам, — Болдырев вынул визитку из кармана пиджака. — А сейчас извините, нам надо ехать. Садись в машину, Илона.

— Папа, я боюсь! — капризно воскликнула дочь.

— Когда я с тобой, можешь ни о чем не беспокоиться. Я сегодня же свяжусь с начальником УВД, чтобы он взял дело под контроль. Совсем уже обнаглели!

Болдырев решительно открыл дверцу джипа и уселся на водительское место. Илона, попрощавшись с Эльдаром, который дружески пожал ей руку, села рядом с отцом.

— Сейчас он будет ей говорить, что если бы она не связалась с Геннадием, то все было бы нормально, — снова вздохнул Коротан.

— Это его личное мнение, и мы не можем на него повлиять, — виновато улыбнулся Эльдар.

— И слава богу. Потому что, как мне кажется, Шатрову нужно послать всю эту бодягу с личными переживаниями к чертовой матери и сваливать в Германию. Мне сегодня уже звонил Герхард и спрашивал, какого черта мы тянем с записью. А все наш гений — то у него депрессия, то пьянки, то блядки.

Тьфу, прости господи!

«Ну вот, точно второй Степаныч! — тут же подумала Лариса. — Или ворчание по любому поводу это свойство всех администраторов?»

— Надо ехать в больницу, Михаил, — сказал Эльдар. — Узнать, как он там.

— Да. Кстати, почему Илона туда не поехала?

— Папа решил, что ей лучше быть дома, — ответил Эльдар со своей излюбленной улыбкой.

— Говорил я, что все это добром не кончится, — проворчал Коротин, достал ключи от машины и направился к «девяносто девятой», которая была припаркована неподалеку.

— Извините, пожалуйста, можно с вами поговорить? — окликнула Лариса Измайлова: он показался ей достаточно контактным и вежливым человеком.

— Да, конечно. Я знаю, что вы детектив. Но не знаю, чьи интересы вы представляете… — тут же откликнулся Измайлов.

— Сейчас, полагаю, что ваши. Поскольку я уже занялась этим делом, то главным для меня является узнать, кто стоит за этим покушением.

Измайлов думал недолго. Он спешил, поэтому сунул Ларисе визитку и предложил ей встретиться поздним утром, которое начиналось у Эльдара, как и у всех творческих людей, после одиннадцати.

— Мы опять ничего не узнали, — задумчиво протянула Лариса, следя, как медленно выруливает на проезжую часть Михаил Коротин. — Впрочем, что мы можем сейчас узнать? Надо думать! Мне пока что кажется, что два преступления между собой вряд. ли связаны. Скорее, это цепная реакция. Вот только кто стоит за всем этим?

— Вы думаете, Шатров не виноват? — спросил Артемов.

— А что, он сам, что ли, устроил на себя покушение?

— Вполне мог, — прозвучал неожиданно за спиной у Ларисы знакомый голос.

Обернувшись она увидела майора Карташова.

— Убитый водитель Григорий — тот самый охранник, у которого не было алиби на момент убийства проститутки, — мрачно объяснил он.

Глава 6

Наутро Лариса проснулась довольно рано и была готова приступить к работе немедленно. Она чувствовала, что именно сейчас нужно было предпринимать что-то решительное с целью обнаружения истины. Беда состояла в том, что она не совсем представляла себе, в каком направлении действовать. К сожалению, спектр этих действий ограничивался лишь беседами с задействованными в деле персонажами. А они не очень-то были расположены к откровениям с сыщиком. Например, с Шатровым так и не удалось до сих пор встретиться. И Лариса решила попробовать добиться аудиенции у Илоны.

Увы, на этом поприще ее тоже ждала неудача. Девушка вялым голосом объявила, что она очень устала и категорически против любых встреч, выясняющих ее отношения с Геннадием Шатровым и вообще на тему криминала. Поскольку считает себя абсолютно ни к чему не причастной. Лариса поняла, что настаивать на разговоре нет смысла, и прервала связь. Приходилось рассчитывать только на обаятельного Измайлова, чтобы выведать кухню взаимоотношений главных действующих лиц.

Эльдар опоздал на встречу в кафе на двадцать минут, сославшись на то, что заснул лишь в четыре утра.

— Как себя чувствует Геннадий? — спросила Лариса.

— Уже лучше. У него сотрясение мозга, но врачи говорят, что опасности для жизни нет. Мне сегодня придется говорить эти слова журналистам, и я сейчас репетирую, — объяснил он свой официальный стиль. — Пресс-конференция назначена на два часа, так что у нас не так много времени, — Измайлов улыбнулся и показал на часы.

Лариса поняла, что нужно поскорее приступать к делу.

— Прежде всего, скажите, пожалуйста, вы не были свидетелем разговора между Шатровым и Яной Ковалевой накануне ее гибели? — спросила она.

— Был, — ответил Эльдар и открыто посмотрел в глаза Ларисе.

— Вы не могли бы мне рассказать, как он происходил?

— А тут и рассказывать особенно нечего. Все было, как всегда: эта женщина, как мне кажется, потеряла рассудок и… вела себя… слишком эмоционально.

— Она требовала денег?

— Да, она требовала денег, но… — Эльдар снова улыбнулся и слегка наклонился к Ларисе, которая пила кофе за столиком напротив него. — Я вам могу совершенно искренне признаться, что ни Геннадий, ни кто-либо из нашей команды не убивал ее. И тем более ребенка. На это никто из нас никогда бы не пошел.

— Шатров выгнал ее?

— А как, вы думаете, он еще мог поступить? — ответил риторическим вопросом Измайлов и оценивающе посмотрел на Ларису.

Сделав паузу, он тихо, но внятно произнес:

— Понимаете, я не знаю, что вами движет, но я могу вам сказать честно все, что не стал бы говорить в милиции.

— Почему? — тут же спросила Лариса.

— Вы мне симпатичны, — очень просто объяснил Эльдар.

— Ив чем же заключается эта честность?