формирование временного австрийского правительства может помочь окончательному освобождению Австрии, было готово оказать поддержку Реннеру в его усилиях. Получив подобные заверения, австрийские политические лидеры всего лишь за два дня работы конференции приняли и утвердили состав и программу новой администрации.
Однако американское и британское правительства уведомили Москву, что они не собираются принимать поспешных решений. Они попросили советское руководство отложить признание в качестве временного правительства Австрии любых политических группировок, будь то Реннера или какой-либо иной. Тогда Реннер заявил, что новое правительство было подлинно национальным правительством, в которое вошли представители всех австрийских политических партий, за исключением тех, что ранее поддерживали нацистов. Коммунисты получили два поста — министра внутренних дел и министра образования и культуры. Членами правительства также стали Леопольд Фигль (Католическая партия) и Адольф Шерф (Социалистическая партия), которые были избраны канцлером и вице-канцлером Австрии. Реннер обратился к американцам и британцам с призывом открыто выразить свое отношение к происшедшим событиям.
Однако они не собирались давать никаких комментариев, пока у них не появится возможность самим выяснить, является ли самоназначенная группировка представителем австрийского народа и может ли она действовать самостоятельно. Советская сторона не собиралась ждать в данной ситуации и признала группировку Реннера временным правительством.
30 апреля Черчилль и Трумэн после совместных консультаций послали отдельные ноты Сталину, сходные по тону и содержанию. В них содержался упрек в его адрес, что он предварительно не проконсультировался с ними и не прислушался к их пожеланию предоставить им время для выработки совместной политики в этом вопросе. Поспешные шаги советской стороны, пришли к заключению Черчилль и Трумэн, вынуждают их послать немедленно своих представителей в Вену, чтобы быстрее завершить работу Межсоюзнической контрольной комиссии по установлению зон оккупации и формированию контролирующих органов.
Спустя две недели Сталин дал согласие на приезд миссий союзников. В течение этого времени советские официальные лица в Вене продолжали поддерживать и использовать в своих интересах администрацию Реннера. Западные союзники опасались, что Советский Союз будет проводить в Австрии ту же политическую линию на утверждение своего господства во внутренней жизни страны, что и по отношению к странам-сателлитам оси. Разве не получалось всякий раз так, что там, куда приходила Красная армия, сразу же появлялись комиссары?
Часть третья
Время испытаний
Глава 10
Различные подходы в политике по отношению к советскому правительству
Именно в Ялте в начале 1945 г. союзники приняли планы будущей оккупации Германии. Эти планы должны были стать свидетелями веры западных союзников, и особенно американцев, в то, что каждый участник коалиции будет действовать в общих интересах. Предполагалось, что они смогут проводить единую политику в отношении Германии, учитывая местные особенности. Общий боевой опыт и совместные цели должны были иметь основополагающее значение и превалировать над частными интересами. Была достигнута договоренность, что никто из партнеров по коалиции не будет стремиться к доминирующему влиянию в административных органах Германии и не будет допускаться никакое соревнование между капиталистическим и коммунистическим образом жизни.
Когда со временем в политике советских официальных лиц стало все больше просматриваться авторитарное начало и пренебрежение интересами союзников, американские и британские власти предложили разные подходы для решения возникшей проблемы. Как только наступление на Германию перешло в заключительную фазу, Черчилль и его коллеги вернулись к старым методам сдерживания России. Они настаивали на том, чтобы армии на Западном фронте продвинулись как можно дальше вглубь Европы и в окраинные области континента, насколько это было возможно, и укрепили там свои позиции. Они считали, что с помощью англо-американской дипломатии они смогут заставить советских правителей сделать выбор между умеренным политическим курсом и принуждением.
Однако Трумэн вместе со своими коллегами не испытывал большого беспокойства ввиду наметившихся расхождений между участниками коалиции. Они более спокойно воспринимали споры о старых границах и межгосударственных союзах в Центральной Европе. Когда в прошлом европейские страны имели твердые договоры в вопросе о границах? Может, не следует Соединенным Штатам дать вовлечь себя в эти мелкие территориальные споры, чтобы затем они превратились в крупные конфликты? Разве не более благоразумно проявлять терпение и дружеский подход?
Подобная дипломатия и подобные взгляды в столь критический период были в определенной степени попыткой не обращать внимания на расхождение проводимой западными странами политики с практикой советского коммунизма. Когда теория не считается с фактами, результат может быть плачевным; но когда сиюминутные факты довлеют над теорией, шанс на улучшение положения может быть потерян.
Глава 11
Британско-американский диалог
Наступление армий союзников вывело их за границы намеченных для них зон оккупации. Когда война закончилась, войска западных союзников оказались в советской зоне оккупации, простиравшейся почти на 400 миль с севера на юг и на 120 миль с востока на запад в самой протяженной ее части. То, что русские не продвинулись дальше, было заслугой не немецкого сопротивления, а американского командования.
Черчилль, обеспокоенный советскими намерениями, призвал в начале апреля американское и британское правительства не торопиться с размещением своих воинских подразделений в выделенных для них оккупационных зонах. Эйзенхауэр предположил, что после того, как армии, наступавшие с запада и востока, вошли в соприкосновение, их командующие вправе были ожидать от противоположной стороны отвода своих подразделений из чужих зон и сосредоточения их в своей зоне оккупации. Черчилль объяснил причину своего предложения в меморандуме, направленном 14 апреля британскому генералу Г. Исмею: «Мы полагаем, что прежде, чем англо-американские армии отступят с тех территорий, которые они отвоевали у врага и которые находятся вне предназначенных для них зон оккупации, должны быть обсуждены насущные политические вопросы между главами правительств. Необходимо рассмотреть сложившееся положение в целом и относительно взаимоотношений между советским, американским и британским правительствами». Но в послании Трумэну, отправленном спустя несколько дней, Черчилль не был столь прямолинеен. Он просто предложил не отводить западные войска, пока не будет образован Контрольный совет для Германии и пока русские не поделятся излишками продовольствия в своей зоне с другими зонами.
Эйзенхауэр и Объединенный комитет начальников штабов были недовольны вмешательством премьер-министра в их дела, его желанием «навязать» политическое решение военным вопросам. В итоге Черчилль согласился, что американские и британские войска в Германии и Австрии должны отступить в предназначенные для них оккупационные зоны, как только это позволит сделать военная ситуация. Американцы согласились, что следует воздержаться от подобных действий, пока не будут учреждены Контрольные комитеты для обеих стран и не установлены границы зон оккупации в Австрии.
Черчилль передал Сталину план, который учитывал все эти действия, и Трумэн заявил Сталину, что
