Читаем без скачивания Белая акула - Питер Бенчли

– Я тоже так подумал. Вероятно, он его вытащил. Бак протянул руку и помог Брайану подняться на борт.

– Давай посмотрим, – предложил он.

Бак подготовил шлемы, подключил систему Брайана и напомнил ему, как промывать маску. Затем поместил в футляр видеокамеру, прикрепил штатив с двумя 250-ваттными лампами – для страховки, если в воде окажется недостаточно светло, либо просто для дополнительной подсветки – и присоединил к собственному шлему. Несколько кадров Бак истратил, снимая себя с Брайаном в лодке, потом посмотрел отснятое через видеоискатель, чтобы убедиться, что все работает нормально. Картинка получилась отличной, звук – превосходным.

Они сели на борта лодки, а затем, по взмаху, попадали в воду.

Бак спускался первым, работая ластами так усердно, как только мог, и придерживаясь за кабель свободной рукой. Вода была темная, и в какое-то мгновение Бак ощутил себя подвешенным в зеленом тумане, не в состоянии разглядеть ни поверхность, ни дно. Сжав кабель, он прекратил погружение.

– Ты проверил глубину? – Слова Бака гулко отдавались в шлеме.

– Я до конца не опускался, – ответил Брайан, находившийся на несколько футов выше по кабелю. – Просто погружался, пока как следует не разглядел.

Бак слышал каждое слово Брайана так отчетливо, словно они с братом стояли рядом на открытом воздухе.

– Ну разве не сказка, как эта штука звучит? – спросил он.

– Сейчас ты на пятидесяти, – отозвался Брайан. – Спустись еще на десять футов, ну, может, на двадцать.

Бак сделал выдох и заработал ногами, держа камеру перед собой.

Сначала он увидел только какую-то желто-зеленую кляксу в зеленой мгле; при сближении пятно обрело форму правильного прямоугольника, по крайней мере восьми, если не десяти, футов длиной, примерно четырех в ширину и четырех – в высоту. Оказавшись в десяти футах над ним, Бак поймал прямоугольник в рамку видоискателя, включил подсветку и медленно сделал круг, снимая в движении.

Он услышал слова Брайана:

– Если они выставили буй, должно быть, что-то стоящее.

– Они не выставили буй, просто зацепились. Видишь – снизу торчит какой-то датчик, между скалой и этой штуковиной. – Бак подплыл ближе. – Думаю, они даже не знают, на что наткнулись.

– Тогда это действительно может быть что-то стоящее.

– Может... А может – кусок дерьма. Просто бронзовый ящик, который кто-то выбросил за борт.

– Зачем? Бронзу можно неплохо продать.

– Затем, что люди – кретины, – заметил Бак. – В любом случае, пока не откроем – не узнаем.

– Ты хочешь открыть его?

– Подумай о пленке, Брайан. Если даже ребята из Орегона нас пошлют, у нас будет пленка. Первые парни, открывающие давно потерянный бронзовый ящик. Точно тебе говорю, мы можем ее продать в «Новости своими глазами» за... Кто знает, сколько удастся заработать?

– А если там труп? Это будет не...

– Нет там трупа, разве только самого Кинг-Конга. Посмотри, какие у этой чертовой штуковины размеры. Она, должно быть, свалилась с парохода, может, действительно что-то ценное, иначе зачем хранить в бронзовом контейнере. – Бак выключил камеру и медленно опустился на песчаное дно. Он устроился поудобней, проверил подсветку и фокусировку объектива. – Хорошо, Брайан, опускайся и сядь на него – я тебя сниму, чтобы было видно, какой он здоровый.

– Не знаю...

Бак медленно работал ластами, чтобы удержаться в положении на шесть или восемь футов выше ящика.

– Давай, Брайан... Или ты не хочешь прославиться?

14

Давление в закрытом ящике оставалось постоянным, но в окружающем электромагнитном поле что-то переменилось. Существо это чувствовало. Рядом была жизнь – немалого размера и веса.

Потом раздался звук – хотя существо различало его не как звук, а только как ничтожное сжатие барабанных перепонок по бокам головы.

Потом звук прекратился.

Существо зверски проголодалось. Когда оно израсходовало все питательные вещества, получаемые из еды, добытой в чуждом, угрожающем внешнем мире, пришлось покинуть контейнер и начать охоту.

Оказалось, что еды поблизости не было. Существо всплыло в поисках бессчетных мелких животных, которых привыкло есть, но не нашло их. Озадаченное, существо плавало вверх и вниз водяного столба, отыскивая что-нибудь живое – любую жизнь, пригодную в пищу.

Существо видело живых тварей, но они оказались слишком быстры, осторожны и увертливы. Раз или два оно начинало преследование, однако поймать их не смогло.

Все более отчаиваясь, существо под воздействием сигналов, воспринимавшихся им лишь как знак потребности, отплыло чуть дальше от контейнера.

Оно нашло немного еды, едва хватившей на поддержание жизни.

Над ним появилось вдруг какое-то маленькое животное, бьющееся в страхе; существо схватило его, утащило вниз и сожрало, собирая неудобоваримые части – мех и хрящи – в углу рта, как жвачку, а затем выплевывая.

Потом появилось животное побольше, размером почти с само существо, не поблизости, а на поверхности волы: существо схватило его снизу, утопило и попыталось съесть. Но животное оказалось слишком крупным, чтобы сделать это сразу, и несъеденная часть уплыла. Существо преследовало остатки туши, пока волна не выбросила их из воды, за пределы досягаемости.

Потом еще что-то живое, медленное и неуклюжее, свалилось в воду в пределах досягаемости, но ускользнуло.

Заложенная программа сообщила существу, что вскоре ему придется охотиться, и успешно охотиться, или оно наверняка прекратит свое бытие.

Сейчас оно знало: рядом – нечто живое. Существо должно это съесть.

15

– Оседлай ящик как лошадь, – сказал Бак.

– Не могу, он слишком широкий.

– Тогда сядь боком. Позируй. Представь, что снимаешься для «Плейгёрл».

Неуверенно, со страхом, Брайан свесил ноги с контейнера. Чтобы удержать равновесие в подводном течении, одной рукой он ухватился за толстый черный кабель, уходивший к поверхности.

«Он трясется от ужаса, – подумал Бак, глядя на Брайана в видоискатель. – Еще минута, и он рванет к лодке». Чтобы отвлечь брата, Бак задал вопрос:

– Как у тебя с воздухом?

Брайан дотянулся до своего счетчика, поднес к маске:

– Сто пятьдесят. Сколько мы уже здесь?

– В любом случае нам нужно еще десять – пятнадцать минут.

Брайан наклонился над краем контейнера и провел рукой по срезу крышки.

– Как ты собираешься открывать эту штуку? – спросил он. – Нигде не видно никакого замка.

– Будет нужно, поднимемся и возьмем монтировку.

– А если там внутри что-то живое? Образец какой-нибудь.

Бак засмеялся:

– Этот ящик лежит здесь уже, наверное, годы. Что там может быть живым? – Он закончил съемку, выключил камеру и отпустил ее: камера повисла на ремне, застегнутом на запястье. – Ну, поглядим, сможем ли мы разгрызть этот леденчик.

Брайан соскользнул с контейнера на дно, ласты хлопнули по мелкому песку, подняв облако ила. Он увидел, как в облаке что-то взлетело и опустилось в нескольких футах дальше.

– Что это? – осведомился он.

– Что ты там заметил? – спросил Бак, медленно приближаясь к Брайану.

Брайан стал на колени и пошарил рукой по песку, пока не коснулся чего-то твердого. Он поднял предмет и осмотрел.

– Кость, – сказал он.

– Что еще за кость?

Брайан протянул брату кривую кость длиной примерно в пять дюймов.

– Похоже на ребро. Не знаю чье.

– По размеру что-то вроде собаки.

– А что здесь делать собачьей кости?

– Черт ее знает, – ответил Бак. – Посмотрим, нет ли там других.

Он опустился рядом с Брайаном, и они начали копать вместе.

Существо почувствовало слабые звуки поблизости в песке.

Добыча.

Оно потянулось к кнопке запора, нажало на нее. Крышка начала медленно подниматься.

– Посмотри, – сказал Бак. – Челюсть. Это точно собака, и кто-то ее съел. – Он протянул челюсть, показывая царапины на кости: – Следы зубов.

Бак увидел в пепельно-сером иле что-то темное и потянулся туда. Находка оказалась круглой, черного цвета и твердой, размером примерно со сливу. Он провел по непонятному предмету пальцем в одном направлении, потом в другом.

– Черт побери, Брайан... Шарик из шерсти... Вроде тех, что сблевывают кошки.

Бак поднялся на ноги и шагнул назад.

– Два кадра, Брайан, и пойдем, – произнес он. – Держи кости и шарик. Можешь возвращаться на лодку, если хочешь, а я открою ящик.

Существо выплыло из контейнера и опустилось на песок. Поскольку в теле не имелось воздушных объемов, оно обладало не невесомостью в воде, а отрицательной плавучестью – тонуло. Но поскольку, как у всех его сородичей, более девяноста процентов химического состава тела приходилось на воду, вес его в воде составлял лишь несколько фунтов. Существо могло зависать, почти не затрачивая усилий, а благодаря перепонкам на конечностях очень быстро плавало – практически летело в воде.