Читаем без скачивания Крысиные гонки - Павел Дартс

Тоже всё не случалось. Нет, он был совсем не психом и не наивным, и прекрасно понимал, что если случится – всё будет не так здорово и красиво, ту же зомбячью кровь нужно будет чем-то смывать, а чем, если на станции водоочистки тоже уже весь персонал зомби? Нет, он не зря учился в финансовом ВУЗе, и просчитывать последствия и неочевидные на первый взгляд детали его тоже мало-мальски научили, - тот же любимый «Добро пожаловать в Зомбиленд» коробил повсеместным наличием в зазомбяченых городах электичества, и даже Луна-парк с аттрационами там функционировал… Но пусть не так гладко, но может же быть?? Вот и учёные не отрицают, и в Америке, пишут в интернете, были уже случаи, когда… впрочем, неважно. Да, как ни жалко, но на зомби-вариант БП рассчитывать не приходится! А так здорово было бы, как в «Я – легенда» рассекать на опять же красном «мустанге» по безмолвным, пустым улицам Мувска, и бесплатно «отовариваться» в любом брошенном магазине… Только чтоб вместо собаки рядом была длинноногая красотка; впрочем если ещё и собака – тоже можно!

Но – облом. Зомби не бывает. Во всяком случае «как у Ромеро».

Зато вдруг случился финансовый кризис, плавно переросший в финансовый коллапс. Как так получилось - преподаватели, маститые и казалось бы опытные финансисты, зубры валютных джунглей и бизоны бухучёта, объяснить не могли, да особо и не пытались. Вовчик чётко понял, что вся их опытность и все их знания действенны только в строго определённой, устоявшейся системе отношений; они занимали свою нишу – но чуть вне её, - и они были столь же беспомощны как акула на песке пляжа. Последние недели перед  летними каникулами они ходили с вытянувшимися лицами, точно чувствовали что их финансовой синекуре приходит конец, и вскоре будут цениться совсем другие знания и умения нежели свести годовой отчёт. Поняв это, Вовчик вовсе перестал посещать институт, высказав по телефону позвонившей старосте что в гробу он её видал… и на её возмущённо-угрожающее кудахтанье посоветовал запастись простынёй и белыми тапками.

С закрытием предприятий и каникулами по летнему времени немеряно развелось всяческих молодёжных «неформальных формирований», в народе попросту именуемых гопниками. От подростков до студентов по возрасту. У некоторых даже образовались некие политические программы, как его просветил сосед с верхнего этажа, Хронов Витька, «Харон» по сетевому нику, анархист, как он себя гордо называл. Все они моментально перессорились между собой, и, на фоне повсеместного бездействия полиции, стали представлять реальную угрозу, - всё это Вовчик тоже учитывал. Некоторые из них разительно напоминали ромеровских зомби, но до того чтобы пускать в ход свой ледоруб дело ещё не дошло, хотя газовые баллончики и перцовый «Удар» Вовчик теперь носил с собой даже вынося мусор к мусоропроводу, ну а уж с ножом он не расставался даже в ванной.

Сюрвивалистские сайты сначала ликовали, расписывая в красках «что будет», а потом постепенно стали безлюдеть… Действительность с очередями, веерными отключениями и непонятками с будущим многих настроила теперь уже на серьёзный лад, и люди ушли из интернета в реальную жизнь – как подозревал Вовчик, кто-то куда-то драпал, менял работу и место жительства, переезжали на «загородные базы», на сюрвивалистском слэнге называемые «Джокервиллями», и все, безусловно, запасались… Но толком запасаться уже не получалось: многие магазины закрылись, на продукты сначала ввели нормирование, а вскоре простое распределение по карточкам, но с обязательной отработкой на общественных работах; а в коммерческих магазинах, где по-прежнему было всё включая икру и торты, цены стали ну уж совершенно нереальными. Раньше, раньше думать надо было! – иногда прорывались вопли отчаяния на форумах, а потом и интернет стал гаснуть, выключаясь целыми сегментами. Хорошо ещё что народ в подавляющем большинстве не воспринимал надвигающийся БП как… как БП. «Ну, переживём, бывает, было уже в истории и ещё будет, нечего отчаиваться, вот автобусы уже в центре пустили, а ты талоны на макароны получил? А на молочные? А сколько дают? А где отрабатывать? Не, не смертельно – всё наладится. Вот и по телевизору говорят…»

Конечно, говоря одно, они в действительности и думали, наверное, и уж точно делали совсем другое – из магазинов постепенно исчезли все осветительные автономные приборы – от фонариков до светильников; генераторы стали редкостью и чудовищными по цене; в хозмагах размели свечи… Но соображалки у народа хватало только пока на эти, совсем очевидные вещи; никто не думал о «совсем уж плохом», и Вовчик вполне задёшево скупил на барахолке ещё несколько пар столь же крепких, сколь и страшных на вид рабочих ботинок, спецовки и рукавицы, втаривался сигаретами хотя сам не курил… Таскал, таскал на загородную «базу», и всё выжидал – когда, когда же «будет сигнал» драпать в деревню, в давно оставшийся в наследство от бабки, брошенный и забытый, а теперь регулярно по возможности посещаемый «домик в деревне». Вернее, не «драпать», а «осуществлять драп-бросок», как это именовалось в сюрвивалистской теории.

А сигнала всё небыло и небыло, магазины пусть криво-косо но работали, свет то отключали, то он был целыми неделями, газ был… Даже остановившиеся предприятия некоторые вновь пускали – во всяком случае об этом сообщали по телевизору. По телевизору вообще пошла сплошная благодать и оптимизм: бодрые репортажи « с мест» сменялись музыкальными комедиями, посмотреть – так вся страна, весь мир погрузился в праздник, всё равно что в рождественские недели… Принять волевое решение и совершить драп-бросок в далёкую деревню на краю мувского района, где уже всё было готово к «выживанию» было положительно трудно решиться.

Как сигнал он воспринял происшествие у продовольственного магазина, когда явный гопник избил ногами какую-то толстую тётку – и никто не вмешался. Он проходил мимо, принципиально не считая нужным стоять в диких очередях за пакетом риса или пачкой крупы, - всё это было во-время запасено; но обратил внимание на небольшую толпу зевак, преимущественно женщин, наблюдавшую за чем-то интересным, происходящим у магазина, и несущиеся оттуда вопли. «Опять гопники подрались» подумал он, и внедрился в толпу, - он считал что посмотреть на реальную, не киношную драку всегда интересно и поучительно.

Но там не дрались. Явный гоп с крашеным гребнем на голове бил ногами лежащую пожилую тётку, та только охала уже и стонала, - а люди стояли и смотрели на это как в ступоре. Бил зло, во всю силу. Было это настолько мерзко и страшно, что он не выдержал. Вмешиваться в какие бы то ни было уличные разборки – это было категорически не по-выживальщицки, но он решился: прячась за спиной какой-то тётки и сжимая сразу ставшими потными ладонями два газовых баллончика, Вовчик каким-то не своим голосом вдруг выкрикнул: