— Все они, — проворчал Уваров, — помешались на деньгах.
— На то и деньги, — возразил Эдерс.
— Нет, не на то. — Русский взглянул на него укоряюще. — Думается, когда в конце XVII века шотландец Джон Ло придумал и предложил выпускать бумажные купюры, он по наивности надеялся, что они, как и положено по политической экономии, будут эквивалентом товара. Ошибся, молодчик. В наш модерновый век они стали мерилом всего: ума, силы, положения в обществе и даже любви. Вот женщины и…
— Здорово вы ополчились на слабый пол, — Грег поправил повязку на глазу. — Крепко напакостили?
— Никто мне не пакостил. На тот проклятый банкет силой не волокли, думать следовало своей головенкой. Впредь наука.
— Больно дорого иногда обходится эта наука. — Фрэнк машинально кивнул. — Потом мучаешься всю жизнь. Ну ладно, хватит, друзья, дискутировать женский вопрос. — Он улыбнулся. — Деньги у Майка я получил.
— Много? — Доктор оторвал губы от кружки.
— Двадцать тысяч.
— Сколько? — одновременно приподнялись Эдерс и Уваров.
— Двадцать тысяч, — небрежно бросил Грег и встал. — Мало?
— Факир, — прошептал доктор. — Непостижимо. Виртуоз.
— Малохольный, — поддакнул Уваров восхищенно. — Но все равно здорово. И за вычетом пяти тысяч остается целая куча.
— Пойдемте?
Они поднялись и покинули бар.
— Знаете что? — Грег взглянул лукаво. — Давайте прогуляемся немного, хочу показать вам любопытную штуку. Тем более нам по пути. Как?
— Не возражаю, — кивнул Эдерс.
— Тогда к порту, это недалеко.
— Уж не обуревает ли вас желание, заполучив столь солидную сумму, купить яхту и отправиться за документами вплавь? — следуя за Фрэнком, спросил доктор. — С вас станется.
— Туда водой не доберешься. — Грег мотнул головой. — Но вы близки к истине — увидите тот пароход, на котором когда-то я жил вместе с дружком Косым. Там-то и произошла та зловещая трагедия, о ней я вам рассказывал. Небольшой экскурс в прошлое, долг памяти — именно в этот день мой друг был убит…
Полчаса спустя они остановились на заброшенном и захламленном пляже.
Метрах в ста от берега ржавой громадой возвышался старый корабль.
— Да-а. Его так и не отправили на слом. Но теперь, очевидно, на нем никто не обитает. Вон на причале с удочкой сидит сторож. Присядем и мы? — Грег опустился на белый песок.
Вкрадчиво шелестели ветвями деревья. В кудрявом колючем кустарнике попискивали какие-то серенькие птички. Шуршала о песок волна. С рейда изредка доносились гудки судов. От зеленоватого моря веяло водорослями, прохладой и покоем.
— А вы сентиментальны, Фрэнк. — Доктор приложил ладонь ко лбу. — Уж не стареете ли? Бытует мнение — в преклонном возрасте обуревает желание посетить места, кои в детстве врезались в память особенно. Не этим ли объясняется сие паломничество в юность.
— Может быть, — Грег пожал плечами. — Прошло уж не так много — всего лет десять. Но мне они кажутся вечностью, будто и впрямь немощный старик. Вероятно, стал мудрее. Жизнь многому учит. Вот здесь мы и жили. — Он задумчиво посмотрел на подсвеченный солнцем силуэт корабля. — В носу банда малолеток, а в корме — йиппи.
— Хиппи, — деликатно поправил Уваров.
— Нет. Именно йиппи. В те времена последняя разновидность юродивых. Пожалуй, самая оголтелая. Ладно, — вздохнул и поднялся. — Пойдемте домой. Чего травить душу…
Четверо сидели вокруг стола. Перед каждым кока-кола, листки бумаги и ручки. Свет от лампы лежал посередине желтым кругом.
— Так, — Фрэнк обвел присутствующих взглядом и смахнул с горлышка бутылки муху. — Всем известно, зачем мы собрались?
— Всем, — кивнул Эдерс и с неприязнью покосился на вьющееся возле бутылки насекомое.
— Прежде подсчитаем нашу финансовую мощь. Сколько имеем в наличии? — Грег вытащил бумажник и разложил на столешнице пачки купюр. — Тут около пятнадцати тысяч и мелочь.
— Я закрыл счет. — Мартин достал сверток. — Десять тысяч пятьсот сорок долларов.
— У меня ничего нет, — упавшим голосом произнес Уваров.
— Не беспокойтесь, — Фрэнк дотронулся до его руки. — У вас другие задачи, думаю, не менее важные, а долги за лечение мы возместим, сделаем через надежного адвоката.
— Здесь почти три с половиной, — Эдерс извлек из кармана деньги. — За квартиру, все остальное, а также за часть долгов Уварова клинике я рассчитался.
— Наши средства вручаем Мартину. Он казначей, как самый положительный и надежный из присутствующих.
— Да полно вам, Фрэнк, — смущенно запротестовал негр.
— Да-да. — Грег усмехнулся. — Остальные просто не котируются. Я — сумасшедший. Доктор — картежник…
— Я? Картежник? — возмутился Эдерс. — Ну, знаете!
— Вы, вы, доктор. Собственными глазами видел: во время дежурства резались в картишки с весьма недурненькой медсестричкой. Уж не ведаю, на что играли — ваше личное дело, — но было.
— Безобидное времяпрепровождение, чтобы скоротать вечер.
— Все начинается с малого. — Он повернулся к русскому. — Ну а Уваров — известный кутила и ловелас. Не обижайтесь, — заметив, что тот собирается возразить, погрозил ему крючком-кистью. — Казначей Мартин. За деньгами, чуть чего, обращаться к нему. Соответственно доктор заправляет медицинской частью, Уваров — научной. Если потребуется какое-либо оборудование или еще что, Мартин отпустит деньги или приобретет сам, как вам угодно.
— Мы же еще не знаем, что понадобится, — сказал Эдерс.
— Логично, — кивнул Грег. — Как выясните, так и закажете. Что касаемо меня, беру на себя общее руководство. Согласны?
Все кивнули.
— План приблизительно таков: экипировка соответствует туристам — мы же едем отдыхать. Отбываем в Египет попарно: я и Уваров, Эдерс и Мартин. Летим разными рейсами, но желательно в один день. Встречаемся в аэропорту и направляемся к профессору Эдвину, он возглавлял экспедицию, в которой работал Смайлс. Я с ним знаком, звонил ему, он сейчас там. Нам поможет уточнить место, где спрятаны тайны. Мы, разумеется, посвятим профессора в наши намерения.
— Хм. Стоит ли? — возразил доктор.
— Думаю, да. Не во все, конечно. Он прекрасный человек, эрудит, знаменитый ученый и будет нам весьма полезен. Не забывайте, он-то и укажет, где произошел обвал, поэтому необходимо полное доверие. Смайлс перед смертью сообщил: расчеты и аппаратура остались в склепе. Далее, достаем их, знакомимся и начинаем действовать, как говорят военные, по обстановке.
— Если убедимся, что это не чушь собачья, — вставил Эдерс. — Я еще сомневаюсь — уж очень фантастично выглядит.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
