Читаем без скачивания Образ зверя - Филип Фармер

Чайлд почувствовал, как мышцы влагалища сжались, словно там скрывалась третья рука Это ощущение немедленно вызвало в его памяти кадры фильма, и эрекция вновь стала спадать. Он вспомнил, как какое-то существо пыталось вырваться из влагалища у женщины в фильме.

— Ради Бога, ну а теперь что с тобой?

— Мне показалось, что что-то мелькнуло в кустах. — Это было единственное разумное оправдание, какое он смог придумать. — Может, это Глэм?

— Если это он, я убью его. Не думаю, что барон будет сильно этим огорчен.

Привстав с кушетки, она крикнула куда-то в темноту:

— Глэм? Глэм? Если ты там, старая задница, уноси ноги и поторопись, пока ты не познакомился с другим концом волка!

Ответа не было.

— Другим концом волка? Что ты имеешь в виду? — удивился Чайлд.

— Попозже расскажу. Его там нет. А если бы он там и был, то не посмел бы подойти к нам. Давай продолжим, я была близка к оргазму.

Вместо того чтобы вновь лечь на кушетку, она встала и подошла к небольшому шкафчику, стоявшему в дальнем углу беседки. К кушетке Магда вернулась, держа в руках наполовину пустую пузатую бутылку с длинным горлышком. Она сделала глоток, набрала жидкость в рот и, прижав свои губы к его губам, выплеснула жидкость ему в рот. Жидкость была теплой и терпкой на вкус. Чайлд глотнул и буквально через несколько секунд с удивлением заметил, что тревога его оставила.

— Что это за дрянь?

— Этот ликер изготавливают на родине Игеску. Он обладает возбуждающим действием, точнее, снимает скованность. Тебе это не повредит.

— Я в этом больше не нуждаюсь, — отозвался Чайлд. Он чувствовал, как его пенис поднимается, будто стратостат, готовый совершить трансатлантический перелет. Луч лунного света упал на поднимающийся орган, и она взвизгнула от восторга:

— Ты прелесть! Ты — чертовски большая прелесть! Она улеглась на кушетку, раскинув ноги. Чайлд опять вошел в нее и вышел. Вошел и вышел, вошел и вышел. Это продолжалось довольно долго. Оба молчали. Чайлд долго не мог кончить. У Магды оргазмы пошли сериями, она вцепилась ногтями в спину Чайлду и исцарапала его в кровь, но он этого поначалу не почувствовал.

Некоторое время они лежали в молчании, их тела покрывал пот. Воздух был неподвижен, спустившаяся ночь не принесла долгожданной прохлады.

— Мне пора ехать, — сказал наконец Чайлд.

По его мнению, ему уже давно нужно было сделать контрольный звонок сержанту Мастанойе.

Вместо ответа женщина потянулась за бутылкой, стоящей на полу рядом с кушеткой.

— Давай лучше еще выпьем и посмотрим, что из этого выйдет.

Чайлд не сводил с нее глаз, чтобы убедиться, что она действительно отпила из бутылки, только после этого он сам сделал глоток и спросил:

— Так что это за история с Глэмом и другим концом волка?

— А, ты об этой глупой уродине! — со смехом ответила она. — Он меня хочет, а я его терпеть не могу. Этот слабоумный давно попытался бы меня изнасиловать, но он понимает, что в том случае, если его не убью я, это сделает барон. Можешь не сомневаться, Игеску так и сделает! Ты верно заметил, здесь есть волки. Как-то вечером я гуляла по лесу и услышала волчий вой и поскуливание. Судя по звукам, волк испытывал сильную боль. Я поднялась на холм и заглянула вниз в лощину. Там была волчица, привязанная за шею четырьмя веревками.

Концы веревок были привязаны к деревьям так, что она не могла пошевелиться. Рядом в одних носках стоял Глэм, он держал волчицу за хвост и ебал ее. Он наверняка сильно ее повредил. Не знаю, какого размера влагалище у взрослой волчицы, но не думаю, что оно достаточно велико, чтобы в него мог войти член такого монстра, как Глэм. Я не сомневаюсь, что это животное искалечило волчицу.

Чайлд немного помолчал.

— А как насчет волка-самца? Разве Глэм не боялся его?

Она рассмеялась.

— Это уже другая история, — и она снова залилась смехом.

Немного успокоившись, она взяла бутылку и вылила остатки жидкости на груди и лобковые волосы.

— Слижи, а потом мы займемся любовью.

— Ничего из этого не выйдет, — пробормотал Чайлд.

Он повернулся и стал целовать ее груди, затем запустил два пальца во влагалище и быстро начал ими работать, пока у нее не начались оргазмы. Затем он стал целовать ее живот, спускаясь вниз, пока не уткнулся ртом в лобковые волосы. Он слизал капли жидкости, затем воткнул язык как можно глубже. Когда он остановился, Магда перевернула его своими сильными руками на спину и нежно стала покусывать его член, пока он не поднялся, как выскочившая из воды форель. На этот раз он приступил к ней сзади. Она крепко сжала мышцы влагалища, на этот раз эрекция сохранилась.

Голова у Чайлда кружилась, сознание затуманилось. Он понял, что совершил ошибку, наглотавшись неизвестной жидкости из странной бутылки.

Затем мысли исчезли, тревога пропала. Смутно он ощутил оргазм, длившийся вечность, тысячелетний оргазм, обещаемый умершим праведникам исламом.

Дальше — провал в памяти.

Он смутно помнил, что как в тумане садится в автомобиль и трогается с места. Дорога извивается перед ним, как змея. Деревья наклоняются над машиной и машут ветками. У некоторых из деревьев — узловатые наросты-глаза и широко распахнутые рты. Глаза превращаются в соски, из них сочится сок.

Дерево протягивает ему руку — приятно было познакомиться.

Он оказывается на шоссе, вокруг — огни многочисленных машин, автомобильные гудки. И снова — то же дерево. Оно манит его, он приближается, рот оказывается шершавым лоном, оно что-то ему обещает, нечто особенное, чего он никогда раньше не испытывал.

Вдруг он наконец понимает, что оно обещает Смерть.

ГЛАВА 11

Чайлд очнулся в отделении реанимации госпиталя Беверли-Хиллз. Он чувствовал только слабость. В бессознательном состоянии его вытащили из разбитой машины и привезли в больницу. Полицейский рассказал, что машина вылетела на обочину и врезалась в дерево. В результате столкновения машина почти не пострадала, у нее немного погнулся бампер и разбита левая фара.

Полиция подозревала, что Чайлд находился в состоянии опьянения или пребывал под действием наркотиков. Чайлд попытался заявить, что авария была не случайной, а подстроенной, что потом его избили. То, что на голове нет повреждений, ничего не доказывает. Чайлд попросил допрашивавшего его полицейского связаться с сержантом Бруином, а если того не окажется на месте, то с сержантом Мастанойей: те могли бы подтвердить его благонадежность. Ссылки на блюстителей закона несколько подняли его престиж в глазах полицейского.

К великому счастью детектива, имелся свидетель аварии. Человек, который его вытащил из машины, как раз выезжал из-за поворота, когда Чайлд врезался в дерево.

Через пятнадцать минут по настоятельному требованию пациента его выписали. Мнение врача, предупреждавшего, что, хотя у него и нет явных признаков телесных повреждений, нельзя исключать сотрясение мозга, Чайлд проигнорировал.

Технические службы полиции были слишком перегружены, так что его машину оставили на месте аварии, полиция только забрала ключи. К несчастью, полицейский забыл вернуть их хозяину. Чайлду пришлось отправиться за ключами в полицейский участок Беверли-Хиллз. Офицер, забравший ключи, еще не вернулся с дежурства, однако Чайлда заверили, что ключи от машины он сможет забрать завтра у дежурного. В том, что он остался без машины, винить следовало только себя самого.

Кто как не он сам оставил дубликаты под кустом у входа в усадьбу Игеску и забыл их забрать?

Чайлд попытался поймать такси, но все машины были заняты. То ли жители бурно праздновали исчезновение смога, то ли желали хорошенько повеселиться перед тем, как воздух вновь станет ядовитым.

Пришлось идти пешком. В его доме слышался шум веселья — вечеринки, похоже, гремели в трех-четырех квартирах сразу. Как только Чайлд принял душ, то сразу улегся в постель, не забыв вставить в уши беруши.

Беруши еще кое-как заглушали звуки; но они не могли заглушить мысли. У детектива не было никаких сомнений, что наркотиком его одурманили намеренно, рассчитывая, что на оживленном шоссе он неминуемо погибнет в автокатастрофе.

Но почему наркотик подействовал только на него, а Магда оказалась к нему невосприимчива? Это был интересный вопрос, один из тех, на которые не так-то просто ответить. Она могла заранее принять противоядие или кто-то позаботился о ней, стоило только Чайлду покинуть поместье. Возможно, в жидкости содержался какой-то компонент, превращающийся в сильнодействующий наркотик только в случае соприкосновения с наружными кожными покровами.

Сержант Мастанойя! — с ужасом вдруг сообразил Чайлд.

Полицейский же наверняка нервничает, ведь Чайлд ему так и не позвонил вчера! Как он на это прореагировал? Что предприняла полиция?

Детектив выбрался из кровати и, поспешно набрав номер полицейского управления, попросил соединить его с сержантом.