Читаем без скачивания Арт де Строй. Дилогия (СИ) - В. Миргородов

На все про все у меня ушло пара минут, после чего я медленно шел по знакомому переулку, унося с собой станер, браском и содержимое карманов уличного торговца, которому, если его не сожрут крысы, копающиеся в мусорных баках, предстоит долго мучиться, пока у него восстановятся нервы и чувствительность нижних конечностей и руки. Вполне возможно, что за деньги, современная медицина способна быстро восстановить ему нервные волокна спинного мозга и подвижность ног, но это было очень и очень дорогое удовольствие. Настолько дорогое, что даже у торговца наркотиками на это могло не хватить денег. Аналогичная судьба ждала его телохранителя, решившего зарядом игольника остановить Дарса де Кампа. Забирать жизни этих подонков я не хотел, но заставить их пройти через то, на что они обрекли подростка и, этим вернуть долг прежнему владельцу моего тела, я считал себя в праве. Возможно, что я был не прав, но в душе меня было светло, так как я считал, что смог восстановить некую справедливость в этом мире. Миновав проулок и, не обнаружив в нем знакомую парочку наркоманов, я успокоился, увидев их, идущих впереди. Получалось, что купив дозы, и, имея на руках деньги, парочка решила слегка расслабиться, оплатив услуги одной или пары проституток. Меня они видеть не могли и их мысли были уже далеко от толстого Мопса, судя по нарушенной координации их движений. Как я и ожидал, тянуть с возможностью уколоться они не стали. Деньги у неразлучной парочки были, поэтому их "праздник жизни" мог растянуться, как минимум, на пару дней….

Через пару часов я находился в темном переулке, выходящем на площадь, где стоял эскалатор. К этому времени я уже успел вскрыть универсальные карты толстого Гарри Мопса и его телохранителя и вычистить память их браскомов. Все вещи, по которым можно было установить их бывшего хозяина, сейчас плыли где-то в канализации и, если ими не полакомятся всеядные крысы, то от них все равно будет мало толку, так как влажность в канализации им быстро нанесет серьёзный урон. Станер я оставил себе, так как он не нес на себе отпечатка личности и был разрешен к продаже гражданскому населению, как оружие самообороны и приравнивался к баллончикам с нервнопаралитическим или раздражающим слизистые оболочки газом, кои были в ходу на Земле. Игольник здесь был запрещен, поэтому я тщательно очистил его от отпечатков пальцев, завернул в чистую тряпку и положил в подсумок Родека, откуда выбросил в канализацию пакет с наркотиками. Сейчас на мне было два ремня с подсумками, один из которых можно было легко расщелкнуть, если мне доведется встретиться с полицией. В крайнем случае, я хотел откупиться или сказать, что его нашел и несу сдавать в полицию. Выбрасывать столь эффективное оружие ближнего боя меня давила жаба, так как я пока не знал, что меня ждет впереди. Проходить через эскалатор, где возможно была установлена сканирующая оружие аппаратура, я не собирался, так как опасался попасть в поле зрения уличной банды Железного Фреда, поэтому пока игольник решил оставить себе.

На площади перед эскалатором, несмотря на позднее время, по-прежнему было много народу, спешащего по своим делам. Было похоже, что мегаполис никогда не спал. Осмотрев место будущей операции, я убедился, что карниз в данное время находится в темноте, и приступил к исполнению своего плана по проникновению на второй ярус, начав его с того, что вновь упаковал и скрутил в трубку свой плащ, убрав туда лук и тесак со стрелами и все что мне могло помешать. Повесив его на лямках за спину, я скользнул из проулка в нужный мне подъезд и, поднявшись на шестой этаж, открыл подъездное окно. Предстояло выбраться на улицу, медленно опустить свое тело на руках и, разжав пальцы рук, упасть на карниз, так как моего роста было недостаточно, чтобы кончинами пальцев ног дотянуться до карниза. Переведя подсумки на ремнях на спину, я вылез из окна и опустил тело вдоль холодной стены, после чего медленно разогнул руки. Вопреки моему ожиданию, мне удалось достать ногами карниз, вот только я достал его только кончиками пальцев ног, что мне казало недостаточным. Неожиданно мне стало страшно от мысли, что если я разожму пальцы рук, то могу упасть вниз и разбиться. Сейчас ширина карниза мне казалась слишком маленькой. Страх усилился, а по спине покатились капли холодного пота.

— Твою мать. — Выругавшись, я медленно разжал пальцы правой руки, оставшись висеть на левой. Это действие позволило мне получить бОльшую опору ногами и посмотреть вниз, чтобы понять, что ширины яруса более, чем достаточно, чтобы удержаться на нем.

Разумом я понимал, что шансы упасть с карниза, если я разожму пальцы левой руки, невелики, но мои чувство кричали и вопили о другом. В смятение приводило и то, что люди с этой высоты, ходившие в освещенном фонарями пространстве подо мной, начали мне казаться маленькими. Понимая, что чем больше медлю, тем больше начинаю бояться, я медленно разжал пальцы левой руки, слегка подогнув ноги, чтобы при падении пальцы ног оказались на самом краю карниза. Мгновение, легкое скольжение вдоль бетонной стены…. и, я понял, что стою на карнизе. Собрав свою волю в кулак, я медленно вывел подсумки со спины на бок и, сняв плащ с вещами и держа его в руках, повернулся к стене боком. Следующим этапом был разворот спиной к стене, для чего я перевел подсумки с бока на живот и осторожно повернулся к ней спиной, заняв нужное положение, оперевшись пятками на наружную половину карниза. Почувствовав, что мое положение устойчиво, и немедленное падение с карниза мне не грозит, я закрыл глаза и немного отдохнул от треволнений, привыкая к своему новому положению.

Открыв глаза, я почувствовал, что стал бояться меньше, успокоив свое разволновавшееся воображение. Спешить не следовало, поэтому я медленно боковым приставным шагом двинулся влево, приобретая все большую и большую уверенность, что у меня все получиться. Было страшно, но это уже был не тот страх, панически заставляющий меня вернуться, а тот, который мне помогал не упасть, скользя спиной по стене и идя по карнизу. Рано или поздно все заканчивается, закончился и мой путь по карнизу, когда я добрался до угла здания. Здесь мне предстояло пройти второй опасный этап моего плана побега с первого яруса. Сейчас я боялся меньше, поэтому смерив взглядом расстояние, я решил, что смогу допрыгнуть до ремонтной балюстрады и зацепиться руками за ограждающие перила. Расстояние было около двух метров, поэтому я должен был в прыжке вытянуть руки вперед, чтобы избежать роковой ошибки. Чтобы не нагнетать обстановку и не ждать, когда мои страхи опять овладеют сознанием, я сходу, едва приблизившись к углу, забросил на карниз свой плащ с вещами и ремни с подсумками, отсекая себе путь назад, после чего слегка согнул ноги и прыгнул вперед, выбросив в полете руки вперед. Резкий удар перил о грудь выбил из меня лишний воздух, но зато мои руки поймали верхнюю трубу ограждения. Подтянуться и выбраться на ремонтную балюстраду проблем не составило, после чего я лег на железный пол, чтобы окончательно прийти в себя и отдохнуть. Страх пришел позже, когда я уже лежал на полу нижней эстакады, широко раскинув руки и смотря вверх, на бетонное покрытие потолка первого яруса, одновременно являющегося полом второго….

Забраться по тонкой пожарной лестнице, минуя одну за другой ремонтные эстакады, было гораздо легче, того, что мне уже удалось пройти. Пока мне не очень везло, так как все двери для обслуживающего персонала были закрытыми. Добравшись до последней пятой эстакады и убедившись, что и тут дверь выхода с нее закрыта, я поднялся на обзорную площадку, устроенную под потолком яруса. Дверь не оправдала моих надежд, но зато люк оказался закрыт на обычный болт и гайку, раскрутить которые удалось руками. Осторожно открыв люк, я забрался внутрь помещения, куда он вел. Оказалось, что это целый этаж, где были проложены городские коммуникации. Море труб, кабелей, уложенных в специальные короба, тянущиеся на многие километры, и каналы водосбора, собиравшие воду со второго яруса, с системами вентиляции. Здесь же стояли охлаждающие установки системы кондиционирования воздуха и распределительные щиты энергоснабжения, которые я предусмотрительно обходил, пока искал способ выхода на поверхность второго яруса. Что удивительно, но крыс хватало и тут, хотя они были мельче и менее наглыми, чем те, что жили в канализации. Было похоже, что этому зверьку, сопровождающему людей с самой зари человеческой цивилизации, перебрать с яруса на ярус было гораздо легче чем мне, так как здесь их было не меньше, чем везде.

Выход на второй ярус оказалось найти неожиданно легко, так как уже через пару сотен метров путешествия по техническому этажу, я заметил группу бомжей, видимо, проживающих здесь на постоянной основе. Один из них, прямо на моих глазах, поднялся по скобам, вбитым в стену, к потолку, открыл люк водосбора и, без малейших проблем или раздумий, покинул технический этаж. Точно так же мог поступить и я, когда сообщество этих людей успокоилось и легло спать, разойдясь по своим спальным местам, в виде подстилок из картона или пластиковых коробок с прорезанными в них окнами для обзора красоты местного пейзажа и лучшей вентиляции. Мог, но не поступил, так как было довольно поздно, а заботы и треволнения предыдущего дня меня изрядно утомили. Понаблюдав за стоянкой бомжей, я тихо удалился в темноту технического этажа, подыскивая себе место для ночлега. Трудностей с выбором места для сна не возникло. Забравшись за одну из щитовых энергораспределения, я расстелил на бетонном полу свой плащ и, достав остатки мяса, пришел к выводу, что спать сытым мне сегодня не доведется. Оставив пару кусочков на завтрак, я добил свои мясные остатки и через пару минут погрузился в сон, набросив на себя вторую часть толстого плаща….