Шеболдаев утверждал, что на Нижней Волге 25 процентов семей крестьян уже стали колхозниками и что к концу 1930 или к середине 1931 года коллективизация по существу будет завершена.
Косиор, докладывавший пленуму о положении на Украине, сообщил, что в десятках деревень коллективизация “раздута искусственно; население в ней не участвует и ничего о ней не знает”. Но “все эти темные пятна не должны закрывать взгляд на общую картину коллективизации в целом”.
Из всего этого ясно, что в момент, когда колхозное движение только начиналось, в партии высказывались различные противоречивые мнения. Революционеры были обязаны определить и защитить надежды угнетенных масс, дать им спасение от многовековой политической, культурной и технической отсталости. Надо было вдохновить массы на борьбу за будущее - единственный путь ослабления и разрушения глубоко укоренившихся общественных и экономических отношений. Правые оппортунисты делали все возможное, чтобы замедлить этот мучительный и противоречивый подъем самосознания. Тем не менее, надо сказать, что существовала возможность очень быстрого проведения коллективизации, но за счет отказа от партийных принципов. Такая тенденция включала в себя не только “левизну”, шедшую от привычек, приобретенных в Гражданскую войну - когда было нормой “командовать” Революцией, - но и бюрократию, жаждавшую перехватить руководство “великими достижениями”; кроме этих моментов, преувеличения и перехлесты могли также исходить от контрреволюционеров, хотевших скомпрометировать коллективизацию доведением ее до абсурда.
Резолюция ноябрьского 1929 года пленума. Резолюция пленума Центрального Комитета от 17 ноября 1929 года, подводя итоги партийной дискуссии, официально объявляла о начале кампании за коллективизацию.
В ее начале отмечалось, что количество крестьянских семей в колхозах выросло с 445 тысяч в 1927-1928 годах до 1 040 000 годом позже. Доля колхозов в товарном зерне выросла за тот же период с 4,5 процентов до 12,9 процента.
“Эти беспрецедентные темпы коллективизации, которые превысили самые оптимистичные прогнозы, подтвердили на деле, что средние крестьянские хозяйства в своей массе, убедившись на практике в преимуществах коллективных форм сельского хозяйства, вступают в движение...
Решительный перелом в отношении бедных и средних крестьянских масс к колхозам... знаменует новый исторический период в построении социализма в нашей стране”.
Успехи коллективизации стали возможны благодаря внедрению в практику партийной линии на строительство социализма повсеместно и постоянно.
“Эти значительные успехи колхозного движения являются прямым следствием последовательного проведения генеральной линии партии, обеспечивающей мощный рост промышленности, укрепление союза рабочего класса с основными массами крестьянства, создание единого государства, усиление политической активности масс и рост материальных и культурных ресурсов пролетарского государства”.
Провал оппортунистов-бухаринцев. Центральный Комитет настойчиво подчеркивал, что этот впечатляющий прогресс был достигнут не в “тиши и спокойствии”, а в обстановке самой ожесточенной классовой борьбы.
“Усиление классовой борьбы и упорное сопротивление капиталистических элементов против развивающегося социализма в условиях капиталистического окружения нашей страны, усиливающегося давления мелкобуржуазных элементов на наименее стойкие партийные кадры, допускающие рост политики капитуляции перед противостоящими трудностями, дезертирства и попыток договориться с кулаками и капиталистическими элементами города и деревни...
Именно здесь находятся корни полнейшего непонимания группой Бухарина происходящего на глазах усиления классовой борьбы, недооценки силы сопротивления кулацкого и нэпманского элементов, антиленинской теории “врастания” кулаков в социализм и сопротивления политике наступления на капиталистический элемент в селе”.
“Правые объявляют запланированные темпы коллективизации и строительства совхозов нереальными; они заявляют о нехватке материальных и технических предпосылок и о том, что бедное и среднее крестьянство не хочет переходить к коллективным формам сельского хозяйства. На самом же деле мы сталкиваемся с таким бурным ростом коллективизации и безудержным стремлением к социалистическим формам сельского хозяйства в части бедных и средних крестьянских хозяйств, что колхозное движение уже достигло точки перехода к всеобщей коллективизации по всем районам...
Правые оппортунисты... говоря объективно, служили рупором экономических и политических интересов мелкобуржуазных элементов и кулацко-капиталистических групп”.
Центральный Комитет указывал, что надо внимательно подходить к изменению форм классовой борьбы: если раньше кулаки делали все возможное для торможения колхозного движения, то теперь они ищут возможности разрушения его изнутри.
“Широкое развитие колхозного движения происходит в условиях усилившейся классовой борьбы в деревне и изменения ее форм и методов. Наряду с увеличением числа прямых и открытых выступлений кулаков против коллективизации, которые уже перешли в стадию открытого террора (убийства, поджоги и вредительство), увеличивается их скрытный переход к тайным формам борьбы и эксплуатации, к проникновению в колхозы и даже в колхозное руководство для его разложения и подрыва изнутри”.
В связи с этим должна быть проведена основательная партийная работа по формированию твердого ядра, которое смогло бы вывести колхозы на путь социализма.
“Постоянной и последовательной работой партия должна обеспечить сплочение ядра сельскохозяйственных рабочих и бедного крестьянства в колхозах”.
Новые трудности, новые задачи. Достигнутые успехи не могли заставить партию забыть о “новых трудностях и недостатках”, которые надо было преодолеть. Пленум обозначил их так:
“Низкий уровень технической базы колхозов; несоответствие стандартов организации и низкой производительности труда в колхозах; острый недостаток колхозных кадров и почти полное отсутствие необходимых специалистов; нездоровая структура общества в ряде колхозов; факт, что формы управления плохо соответствуют масштабам колхозного движения, что управление не поспевает за темпами и масштабами движения; и также фактом является то, что средства управления колхозным движением зачастую явно неудовлетворительны”.
Центральный Комитет постановил немедленно начать строительство двух новых тракторных заводов мощностью 50 тысяч штук в год каждый и двух новых комбайновых заводов, расширить заводы, производящие сложное оборудование для сельского хозяйства, и химические заводы и начать развертывание МТС - машино-тракторных станций.
“Колхозное строительство немыслимо без неукоснительного улучшения культурных стандартов колхозного населения”. Для этого необходимо: ускорить ликвидацию неграмотности, построить библиотеки, расширить курсы для колхозников и различные виды заочного обучения, зачисление детей в школы, углубить культурную и политическую работу среди женщин, для снижения нагрузки на них организовать детские сады и ясли, построить дороги и культурные центры, внедрить в жизнь села радио и кино, телефон и почтовые услуги, общегосударственную прессу и специализированные издания для крестьян.
Наконец, Центральный Комитет предупредил об опасности “левого” уклона. Радикализм крестьян-бедняков мог привести к недооценке союза со средним крестьянством.
“Пленум Центрального Комитета предостерегает от недооценки трудностей колхозного строительства и в особенности от формального и бюрократического подхода к нему и оценке его результатов”.
Резолюция от 5 января 1930 года. Шестью неделями позже Центральный Комитет вновь собрался для того, чтобы дать оценку невероятного развития колхозного движения. 5 января 1930 года было принято важное решение, озаглавленное “О темпах коллективизации и государственной помощи колхозному строительству”.
В нем отмечалось, что более 30 миллионов гектаров земли уже засеваются на коллективных основах, что уже превосходит 24 миллиона гектаров, намечавшихся на конец пятилетки. “Таким образом, у нас есть материальная основа для замены крупного кулацкого производства крупномасштабным производством в колхозах... мы можем решить задачу по коллективизации подавляющего большинства крестьянских хозяйств к концу пятилетки. Коллективизация важнейших зерносеющих регионов может быть завершена в срок между осенью 1930 года и весной 1932”.
Партия должна была поддержать стихийное движение в его основе и активно вмешаться для его руководства и организации. “Партийные организации должны возглавить и упорядочить колхозное движение, которое стихийно развивается снизу, так, чтобы обеспечить организацию поистине коллективного производства в колхозах”.
