Я фыркнула. Предсказатель чёртов!
— И ты решил избавить меня от будущих проблем, — приторно улыбнулась.
— Именно.
— Ты сама доброта, Громов! — отвернулась, не в силах выдержать его взгляд. Бесилась, что не могу и все равно была не в силах это исправить.
— Можешь просто сказать «спасибо».
Я решила промолчать, боясь ляпнуть снова что-нибудь язвительное. И еще потому, что в глубине души, очень глубоко, я была рада, что в неприятный, нежеланный момент встречи с Аллой и отцом я буду не одна. Не только не одна — с Олегом. Потому что он, при всём моём нежелании признавать это, вполне мог оказаться прав.
Правда отца дома не оказалось. Радости я не испытала, впрочем, как и разочарования. И это было самым страшным — мне было плевать на него. На ещё недавно близкого и единственного родного человека… плевать.
А вот встретившая нас Алла недовольство свое скрыть даже не попыталась.
— Ну привет, красавица, — осмотрев меня, перевела взгляд на стоявшего позади Олега и, хмыкнув, отошла в сторону, пропуская нас в квартиру.
Взгляд мой упал на её уже заметно округлившийся живот. Новая дочка или сын, который полностью заменит ненужную старшую дочку…
— Зачем пожаловала?
Не раздеваясь, я направилась прямиком в комнату. Алла не отставала.
— Забрать кое-что, — бросила, не глядя на неё, и, подойдя к комоду, открыла верхний ящик, где всегда лежали документы.
— Что тебе нужно забрать? — в голосе Аллы слышалось напряжение.
Дошло, что я собираюсь сделать? Или просто почувствовала неладное? Мне было всё равно, хотя внутри всё-таки подняло голову злорадство. Мелочное, с наполненной мелкими острыми зубами пастью.
— Документы на квартиру, — я обернулась и встретилась взглядом с Олегом. Пройдя следом, он остановился в дверях и, прислонившись плечом к косяку, молча смотрел сразу и на меня, и на Аллу.
— Зачем тебе документы на квартиру? — по всей видимости, испытав на себе всю тяжесть взгляда Громова, Алла поспешно отвернулась от него и уставилась уже на меня.
Достав папку, где мама хранила все важные бумаги, в том числе и те, что были связаны с квартирой, я не сдержала удовлетворённую улыбку. Перехватила взгляд отцовской потаскухи и расправила плечи. Что-то сегодня спеси в ней поубавилось. Да, дорогая, Олег Громов это тебе не какой-нибудь пьянчужка, которого можно уговорить изнасиловать падчерицу за… интересно, сколько она ему предложила? И предлагала ли вообще что-то? Сука!
— Хочу забрать их себе. У меня они будут в большей сохранности, — прижала папку к груди, прекрасно понимая, что ничего эта дура мне не сделает в присутствии Олега.
— Здесь они тоже лежат и никого не трогают, — Алла сделала слабую попытку отобрать у меня папку, но я отступила к Олегу и покачала головой:
— И всё же, Алла. Как только наследство вступит в силу, мы с отцом получим по половине этой квартиры, и я… — зло усмехнулась. — Я намереваюсь продать свою часть. Если ты думала, что сможешь спокойно жить здесь в то время, как я ночую неизвестно где, ты ошиблась. Этого не будет.
— Я беременна, — выпятила она живот, погладила. Но это вызвало во мне лишь омерзение.
Нарочитый, подчеркнутый жест женщины, решившей решить свои проблемы с помощью ещё нерожденного малыша. Убого и мерзко. Мысленно я порадовалась, что так и не разделась. Интересно, удивилась бы она, поняв, что не только их с отцом ожидает пополнение? Вряд ли. Скорее бы разозлилась. Где только отец нашел её?! Если уж не выдержал болезни мамы, решил заменить её, мог бы выбрать достойную женщину. Это было бы не столь унизительно ни для меня, ни для него самого, ни для моей матери. — Ты не сможешь так поступить, Алина.
— Смогу, — процедила я, крепче вцепившись в папку. — Плевать мне, что вы будете делать со своей половиной.
— Отец может отказаться её продавать, и…
— В этом случае Алина разделит счет, и квартира заметно потеряет в цене. Вы бы подумали, иначе и вовсе останетесь ни с чем, — с мнимым сожалением выговорил Олег.
Подняв голову, я поймала его мимолетную усмешку. Какое там сожаление! Твердый, четкий расчет. Улыбнулась в ответ так же едва заметно.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Конечно же, Алла всё поняла. Но значения это для меня никакого не имело. Поняла она или нет, что сожаление Олега скорее походит на сарказм, нет ли… Я стояла совсем рядом с ним, еще шаг — прикоснулась бы спиной к его груди. И едва не сделала это, но вовремя остановилась. Мотнула головой и снова взглянула на Аллу. Та, оскалившись, недовольно произнесла:
— Но и ты получишь копейки.
— Может быть, — согласилась я. — Но в этой квартире через несколько месяцев духу твоего не будет, гадина.
— Ты… — Я даже слушать её не стала. Развернулась и едва не впечаталась в продолжающего стоять на месте Олега. Он будто на автомате приобнял меня за плечи и тут же убрал руки. Я же прошла мимо в прихожую. Завернула в свою комнату. На этот раз тут даже стола моего не оказалось. Подавив вдруг резко подступившие слезы, я собрала волю в кулак и, открыв комод, достала фотографию мамы в рамочке.
— Как мне тебя не хватает, если бы ты знала, — прошептала одними губами и, не давая себе времени лить слезы, быстрым шагом вышла из комнаты. Олег уже обулся и ждал меня. Молча сунув ему папку и фотографию, я тоже принялась надевать сапоги.
— Красивые сапожки, — усмехнулась Алла.
— Дизайнерские, — застегнув молнию, я выпрямилась и с вызовом посмотрела на неё.
— Даже страшно представить, сколько они стоят, — красноречиво осмотрела Олега.
— Ты даже представить не сможешь, — рыкнула я, собравшись выйти, но вновь обернулась на Аллу. Та с подозрением смотрела на мой живот. Все-таки поняла? Благодаря новому пуховику, беременность моя была не столь заметна, да и живот выпирал далеко не так, как у самой Аллы. Скрывать свое положение я, конечно же, не собиралась, но и выставлять живот напоказ — тоже. Заметила — молодец, пусть расскажет папочке, что тот станет еще и дедушкой.
— Интересно, что ты будешь делать, когда у отца закончатся деньги, — процедила я. — Ведь он не миллионер.
— Я разберусь, — вскинула голову Алла.
Как же сильно я её ненавидела.
— Прощай, — бросила небрежно и вышла за дверь.
Олег уже вызвал лифт и молча наблюдал за мной.
— Что? — воскликнула нервно, поймав его взгляд.
— Ты молодец, — он мигом потушил моё раздражение. Протянул фотографию мамы. — Ты очень на неё похожа.
И тут я не выдержала. Слезы градом потекли. Схватив рамку, я прижала её к груди и, всхлипнув, заплакала сильнее. На меня будто цунами обрушилась волна эмоций, чувств, переживаний, — всё, что я так долго держала в себе. Всё, что так долго требовало выхода.
Как оказалась в объятиях Олега, я не поняла. Уткнувшись в его пальто, отчаянно прижималась к нему, ощущая себя в безопасности. В безопасности рядом с ним.
— Спасибо, что съездил со мной, — просипела я, щекой водя по мягкой шерсти пальто, вдыхая его запах, ощущая его близость, нуждаясь в нём сейчас, как ни в ком…
— Отработаешь, — почувствовала усмешку. Отстранилась, посмотрела на него снизу вверх, но ничего не ответила.
Створки лифта открылись, и мы вошли внутрь, больше не проронив ни слова.
Глава 18
Алина
Слезы унять мне всё же удалось. Пока мы ехали домой, я не выпускала из рук мамину фотографию. Водила пальцами по согретой моим же теплом деревянной рамке, а в голову лезли мысли о том, что же будет дальше. Время шло, малыш во мне рос. Скоро я перестану справляться с работой, и мне придётся уйти из дома Олега. Что потом? Деньги на первое время у меня будут, оставалось лишь надеяться, что у отца все-таки хватит мозгов, чтобы не препятствовать продаже квартиры. Куплю студию или однушку, да на что хватит денег. А потом?.. Останется ли в моей жизни сидящий рядом мужчина, я не знала. Хочу ли я этого?..
Меня не пугали трудности, но пугала неизвестность. Ещё больше меня пугали только чувства к Олегу, с каждым днем становящиеся сильнее и сильнее. И сам он меня пугал… пугал и притягивал к себе, лишал воли и разума. Как бы я ни сопротивлялась, как бы ни дерзила ему, в присутствии его я терялась. Теряла саму себя. Кажущаяся себе сильной и решительной, рядом с ним я понимала, что на самом деле это не так. Рядом с ним я была женщиной. Сейчас, особенно остро нуждающаяся в заботе и поддержке, я не была способна противостоять тяге к нему. Только что в ответ?! Что?! Господи, как я хотела определённости…
